Игорь Ткачев Грандмастер

Etudes ex abrupto О работенке

(иногда приятно быть неформатным. Это заставляет в себе подозревать редкую индивидуальность -)

Работа. Болото. Трясина. Пока работал во все лопатки, доказывал, показывал, вносил предложения, проявлял инициативу, был повсеместно нелюбим, неоднократно посрамлен и прилюдно бит. Не мог понять почему? Стоптал две пары туфель за три месяца, так усердно работал, не вылезал из цехов, бегал по клиентам. Все только шипели в след. «Выскочка! Выпендрила! Кто ты такой?!» Потому что хотели спокойной, инертной жизни. Как раньше. Потому что, что только не сделаешь ради того, чтобы ничего не делать.

А как только перестал бегать, показывать, доказывать, плюнул на все, в душе послал всех к чертям собачьим, и сиднем сел за свой заваленный бумагами стол, коллеги успокоились и даже полюбили.

Теперь сижу, в первой половине дня бумажку с левого края стола перекладываю на правый, а во вторую, ту же бумажку с правого края стола на левый. Морщу лоб, делаю умный, задумчивый вид, по десять раз набираю какой-нибудь номер, а потом кладу трубку, словно занято, или решаю пустяшные вопросы с заправкой принтерных картриджей или приобретения факсимильной бумаги так, словно собираюсь скупить все акции Билла Гейтса, продать их, а вырученные деньги вложить в швейцарские банки.

Директор, заметив эвересты бумажек на моем столе, замечает «Ну вот, теперь и Смельчаков заработал на всю мощь», и все сладко льстиво улыбаются директору, словно верят тому, что тот говорит.

Пока был честен и говорил правду, не любили, не верили и даже ненавидели. Как только стал юлить и врать, появилось доверие, люди заявили «Свой человек».

Раньше стоило зайти в какой-нибудь кабинет, где все зевают и невинно поинтересоваться: «Что работы нет?» — чтобы услышать возмущенное «Что ты, что ты? Мы продохнуть не успеваем, а ты тут! Иди, откуда пришел!».

То теперь, стоит зайти в какую-нибудь сонную курилку и сказать «Что трудимся изо всех сил? Нельзя так переутруждаться, нельзя», чтобы услышать «Да, мы такие. Иначе не можем».

По пути назад повстречал юриста, женщину с претензией на лице, неторопливо ковыляющую вверх по лестнице, которая покинула свое рабочее место полчаса тому, и которую за десять минуть до этого я видел в другом крыле здания, оживленно сплетничающую со своими подружками. «Ну вот, весь завод, наверное, обошли» — говорю ей игриво, а в ответ слышу «Смельчаков, ты, когда говоришь, головой иногда думаешь?» — и все это с видом осрамленной весталки, и вновь наблюдаю, как ее неуклюжая фигура удаляется в другом от нашего кабинета направлении. Наверное, пошла по рабочим вопросам.

За имеющиеся в моем распоряжении десять секунд задаюсь своим извечным вопросом: почему люди все время лгут и лицемерят, и часто услышав правду — либо дико возмущаются, либо чувствуют горячую неловкость во всем теле?

На вопрос секретарши директора «Как дела?» отвечаю правдиво «Плохо» и вижу рассыпавшееся по ее лицу разочарование. «Да нормально, нормально» — приободряю я потерянную секретаршу.

Случайно узнал, что директор в больнице. В начале было, пожалел, по-человечески, а сегодня его видел — замечательно, подлец, выглядит. И даже для больного как-то слишком весел. Даже завидно стало, что он, больной, лучше выглядит меня, здорового.

На больничном также и наш начальник отдела, по совместительству сын директора. Наверное, это у них зараза какая-нибудь. Или семейное. Правда, от него и на работе пользы не так уж много, разве что приятно глазу от костюмов его с галстуками.

Ужасно поссорился с Марией Александровной. Вернее, она со мной, так как я человек неконфликтный, если меня не трогать. Ту задело, что на ее вечную болтовню по всем рабочим телефонам одновременно я игриво поинтересовался «Уже закончили личные дела обсуждать?». Что тут началось! Едва начальник отдела удалился на обед, меня пообещали убить, кастрировать и еще что-то. На мой невинный вопрос «За что?» — мой внезапный оппонент захлебнулся от возмущения и негодования. После чего я поспешил ретироваться вслед за начальником отдела в столовую, а, вернувшись десять минут спустя, снова застал Марию Александровну на весь этаж обсуждающую какого-то не то Васю, не то Ваню по рабочему мобильнику.

Пожал плечами. Решил не вмешиваться. Правда, после работы мне досталось уже и от напарницы Марии Александровны, которая быстро во всем разобралась и встала на стороны подруги.

Расстался с ними в отзвуках эха по мою бедную душу. Послал их мысленно далеко, так как ни черта не понимают.

Завтра снова на работу. Надо будет выспаться.

Опубликовано на личной странице 20.11.2008
Дата первой публикации 20.11.2008

ШколаЖизни.ру рекомендует

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: