Михаил Хенкин Дебютант

ЗЕРКАЛО для ПОРТНОГО или КАК ПРИВЛЕЧЬ КЛИЕНТОВ?

«Храбрая женщина, до удивительности похорошевшая, остановилась у зеркала, повела обнаженными плечами, потрогала волосы на затылке и изогнулась, стараясь заглянуть себе за спину…»
Михаил БУЛГАКОВ, Мастер и Маргарита.

Всё в этой истории от первой до последней строчки является плодом авторской фантазии.

Лев Ефимович познакомился с Савелием Антоновичем в Сочи, и они сразу понравились друг другу. Любезный и общительный Савелий Антонович пришелся по душе твердому и решительному Льву Ефимовичу. К тому же Савелий Антонович был кутюрье с мировым именем, художник и поэт, а Лев Ефимович — генеральный директор швейной фабрики в сибирском мегаполисе.
В Сочи же в это время набирал полную силу Фестиваль мод. Сверкали огни, блистали наряды, красавицы на подиумах показывали неожиданные ракурсы. В общем, как писала одна газета: «было самое время создавать альянсы профессионалов».
Неизвестно о чем был их первый разговор. Возможно, что Савелий Антонович для начала спросил Льва Ефимовича про сибирские морозы. Ведь, услышав из какого вы города, все интересуются, прежде всего, сибирскими морозами. Мол, как? Не задрали ещё? - С морозами всё нормально, — успокоил Лев Ефимович Савелия Антоновича.
А вот дальше разговор перешел к более важной и интересной теме: - У Вас замечательные модели, я видел… - А у Вас — швейное производство??? - А почему бы нам ??? - А почему бы и нет? Приезжайте, обсудим…
Вот так посланцы из Сибири поехали в Москву.
1997 год. Холод. Осень. Сверху — то ли дождь падает, то ли жидкий снег льется. Под ногами — хлюпает и скользит. На проспекте Мира — многоэтажный особняк: Дом моды Савелия Солнцева, лауреата, заслуженного деятеля, академика.
Особняк не отапливается: нет денег, чтобы расплатиться с коммунальщиками. О том, что отключили отопление, видно по растениям. Человек, когда ему надо согреться, может засунуть нос в теплую шаль, заварить горячего чая. Кошка может забиться в теплый угол, свернуться калачиком, запрыгнуть вам на колени. А где искать защиты этим цветущим, нежным созданиям, призванным облагораживать наши серые будни?
На лестничных пролетах, в залах и коридорах негде спрятаться от ледяных знобящих сквозняков. Единственное спасение — нетканые отрезы, в которые уроженцев тропиков укутали от верхушки до корней заботливые руки хозяина.
 — Вот так и живем, не тужим! — мэтр очень расстроен. Он говорит со своими цветами как с детьми, ласково успокаивает, просит потерпеть еще немножко, пережить невзгоды. Ведь все проходит. Пройдут и эти превратности.
А люди работают и не стонут! Его люди! Несравненные, самые лучшие, неповторимые! Портные Божьей милостью. Поразительно как он с ними общается. Все эти Зоечки, Валечки, Ниночки, Мариночки. Все эти милые, седовласые девочки. У них уже внуки и правнуки, но для него они те же дети. Они его гордость. Его достояние, как и все в этом Доме.
Он с ними начинал 20−30 лет назад. Он их воспитал. Вырастил. Нет, они не уйдут. Не бросят его в этой полной безнадеге, когда нет тепла, зарплаты, уверенности, что тебя не ограбят, не пристрелят, не зашибут на этих скользких, безумных улицах.
А здесь всегда праздник, пиршество выдумок, мир искрящихся чудес.
Гости идут в примерочную. В святую святых. Небольшая комната, а сколько повидала. Вот это кресло и этот журнальный столик помнят многих звезд эстрады, знаменитых политиков, бизнесменов.
Здесь они ожидают примерки, перелистывают лениво какой-нибудь альманах, любуются фотографиями. Все скромненько и со вкусом.
Но огромное зеркало на стене почему-то особенно притягивает, завораживает, привлекает внимание. Что-то в этом зеркале не так. Красивая резная деревянная рама обрамляет стекло. Может быть дело в раме?
 — Вот здесь они примеряются.
Понятно кто они. Спрашивать глупо. Савелий Солнцев широким жестом очерчивает дугу от кресла к зеркалу. Показывает, как очередной звездный посетитель приподнимается из уютной седловины и спешит к этой гладкой бездонной поверхности взглянуть на свое отражение.
Из многих символов, с которыми связывают зеркало, наиболее притягателен и загадочен символ любования. В каждом из нас живет Нарцисс, и мы мало задумываемся, насколько силен этот образ.
Лидия Сосновская, главный дизайнер фабрики, бросает на зеркало прощальный взгляд и собирается пройти дальше.
 — Ты куда пошла-то?! — повелительно останавливает Солнцев, — ты встань возле зеркала и посмотри на себя!
Молодая женщина подчиняется. Подходит к зеркалу и снова, теперь уже очень внимательно себя осматривает.
Так вот оно что! А зеркало то оказывается с секретом! Вот почему оно так притягивает…
Есть в нем что-то таинственное, неуловимое, что заметно улучшает вашу фигуру. Делает вас выше ростом, удлиняет ноги. И даже, если вы далеко не красавица, в зеркале вы почти супермодель. Уходить не хочется, а хочется еще смотреть и смотреть.
Ведь именно здесь вы такая, какой очень хочется быть.
Савелий Солнцев радостно потирает ладошки. Посмеивается. Доволен произведенным эффектом…
 — Ну как?!
Уже потом Лидия Михайловна прочла, что такой портновский прием используют многие знаменитые кутюрье. И не только кутюрье. В модных бутиках так иногда завлекают покупателей. Ведь наша одежда — это наша великая иллюзия. В одежде мы кажемся выше, красивее, сильнее.
И Савелий Солнцев — этот великий иллюзионист, помогает нам обрести самые лучшие качества. Он дарит людям мечту.
-У вас тоже такие зеркала стоят? — глаза у Солнцева хитренькие-хитренькие.
 — Нет, но надо бы завести такое же. Эффект конечно же классный…
Создание коллекции — это неимоверной каторжный труд. Это муки творчества. И сладкие, и ужасные.
Вот он весь день работает. Нравится. Шикарно получается. «Ай да Солнцев! Ай, молодец!».
Вечером едет домой и понимает: «Все не так. Надо все переделать». Что не так объяснить не может. Что-то необъяснимое не получается. Утром на следующий день то, что сделано загодя, безжалостно распарывается и начинается все сначала.
Переделывает. Сидит до ночи. И портниха, преданная до потери пульса Танечка, Сонечка или Нюшечка — тут же вместе с ним до 11, до 12 не уходит (а ведь может спокойно встать и уйти!). Режет, шьет, Ей тоже хочется, чтобы как-то не так, чтобы как-то по-другому вышло, чтобы каждая пуговичка, каждая ниточка подошли, чтобы все цвета совпали, чтобы получилась песня …
Солнцев любит необычные решения, любит испытывать на прочность логику сочетания привычного и непривычного, любит креатив в выборе формы и подборе цветов.
А вот выточки на женской груди решительно отвергаются («это пережитки социализма!»). И дешевые пуговицы из какого-нибудь полиэфира на дорогом материале — тоже («это гнойный нарыв!»).
С легкой руки Савелия Антоновича эти словечки на фабрике стали почти нарицательными. Теперь, когда надо остановить что-то безвкусное, неестественное, крикливое, все говорят: — Это — «пережиток социализма» или — «гнойный нарыв».
А вот чудо-зеркало Солнцева вспоминается каждый раз, когда берутся за новое дело и очень хотят поймать неуловимую игру воображения.
Нельзя делать что-то в полсилы. Ерунда получится. Дрянь получится. Надо во все вкладывать душу, частицу себя. И тогда на примерке вы залюбуетесь и замрете от восторга, глядя на свое отражение в бездонной, волшебной глубине…

Опубликовано на личной странице 29.12.2011
Дата первой публикации 29.12.2011

ШколаЖизни.ру рекомендует

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: