Абдуфатто Абдусалямов Читатель

Записки гастарбайтера-2. Проводы и Сонька-облигация

Глава вторая

Проводы и Сонька-облигация

В аэропорту собралось много друзей и знакомых, как на похоронах знатного человека. Соответственно ситуации, все были расстроены и невеселы. Сестры трудового мигранта не могли сдерживать слез. Братья находились в задумчивости и сдерживали скупые слезы. Один из друзей, самых близких, надеялся заглушить горечь расставания сотней-другой граммов водки. Бутылка водки с подходящим для данного случая названием «Строгая» была в его служебной машине. Для врачебной работы это все равно, что аптечка в машине. Редко кто из водителей приходит к мысли об использовании при необходимости этой аптечки. Основная доминанта, из-за которой аптечка всегда хранится в машине и остается неисчерпаемой, возможная придирка со стороны исполнительного и дотошного инспектора ГАИ, устраивающего засаду за кроной деревьев, чтобы неожи-данно появиться на твоем пути с радаром, направленным на тебя как автомат Калашникова. Попробуй не останови. Дороже будет. Лучше остановиться, заплатить ему что-нибудь, второй раз, как правило, гаишники не останавливают: Город-то не такой уж большой, приходится встречаться на свадьбах и похоронах.

Некоторые из провожающих были убеждены в том, что наш друг просто устал, давно не был в отпуске, отдохнет и вернется. Они находились, как показало время, ближе всех к истине. Все-таки не зря же наши доблестные профсоюзы придумали защищать право трудящихся на ежегодный трудовой отпуск фиксированной продолжительности, а некоторые профсоюзы и всякие там лиги защиты прав потребителей, пошли еще дальше. Один из друзей даже точно спрогнозировал сроки возвращения блудного сына. Прогноз подтвердился. Все, что было до этого возвращения изложено здесь. Почти все. Мелкие подробности и повторы читателя раздражают, да и предметом излишних расспросов могут стать, что уже к добру не приведет, но что поде-лаешь…

Обещания, подкрепленные гарантиями насчет трудоуст-ройства супруги, определения дочери в школу, перевода сына в университет на тот же курс сработали. Клиент дрогнул. Главное, считала наша вербовщица, ввязаться в бой, а там будет видно. Сработало. Не возникло у него при этом подозрений насчет той легкости, с которой можно будет защитить в России диссертацию. А что же Жабатулина сама тогда не защитилась, если это так легко делается? Но такой вопрос тогда не возник. Манили перспективы. Холодное трезвое взвешенное обдумывание всех «за» и «против» Соньке мастерски удалось отодвинуть на задний план, на потом. Из нее мог бы получиться талантливый де-лец по торговле людьми. Видимо, Жабатулина и не подозревала, к счастью потенциальных жертв, о своих гипнотизерских и мошеннических талантах. А декан оказался не умен, не смог даже заподозрить беду, пока она не пришла, и не догадывался, что когда-то ему придется стать храбрым из-за отсутствия способностей к прогнозированию и героически преодолевать проблемы, созданные им самим же. Такой малости не хватило, ума, но эта малость, на самом деле, самое великое, заключающееся в самом малом, здравый ум в теле человека. Другое дело, если бы принятие такого заманчивого предложения было бы неизбежностью, с которой и Боги не спорят, сыр то ведь бесплатным бывает только в мышеловке, но об этом каждая мышка узнает благодаря личному опыту, а не на опыте чужих.

Жабатулина была приглашена деканом домой на ужин. Такие серьезные вопросы надо решать с супругой, тещей, дедом, сыном, дочерью, братьями, сестрами и не забыть при этом про мнение домашней собаки тоже. Домашнее животное это как член семьи. Сколько проблем возникает только вокруг того, что во время отпуска или командировки нужно кому-то доверить любимую кошку или собаку, кому-то оставить ключи от квартиры, чтобы с собакой погулял и цветы полил. Красавица, стройная немецкая овчарка, Моника, разве она перенесет разлуку.

Стол был накрыт в честь иностранной гостьи шикарный, как она подумала. На самом деле это был в этом доме обычный ужин. Просто теща у декана настоящий повар, кулинар и кудесница. Нахваливая плов, новоиспеченная россиянка среднеазиатского розлива подчеркнула, что у них, в городе Н-ске, на рынке можно купить все, что здесь имеется на базаре. Будет работа, будут хорошие деньги, все можно купить. И Москва близко. Рукой подать, сказала она, засучивая над столом рукава. Кушала она с аппетитом, по-азиатски, как мужчины у нас едят. Только вот чуть слышно было, как вставные челюсти клацали у нее, наверное, самой не слышно, а может и привыкла уже. Помянули за столом и матушку Соньки Жабатулиной. До погребенья никого нельзя считать счастливым. Сонька ударилась в воспоминания о матери, из которых чувствовалось, что внимания при жизни ей не было. Но весь этот дефицит внимания был отнесен на тяжелые годы перестройки, переселения и перепрофилирования. Незаметно так и мама ушла из жизни. Жила она у сестры Жабатулиной в Булунгуре. Судя по тому, как Жабатулина остановилась не в районе у сестры дома, а в городе у золовки, можно было догадываться, что что-то они не поделили. Дело это житейское — раздел имущества после смерти родителей. Жабатулина претендовала на мамино кольцо с бриллиантиком и сережки в комплекте с браслетами, хранившимися в ее сундучке. А сестра, стерва, все спрятала и сказала, что все это было давно продано на лекарства для мамы. Поездка не окупалась, но ничего нельзя было сделать. Родственники как сговорились, объеди-нившись, талдычили об одном и том же, что последние годы мама тяжело болела, за ней нужен был уход, нужны были дорогостоящие лекарства и химиотерапия. Химия то ведь дорогая, потому как привозная. А без химии и лучевая терапия не сбережет считанные оставшиеся месяцы. А сколько проблем было с обезболивающими препаратами. Наркотические обезболивающие лимитированы. Чтобы доказать целесообразность их применения нужно, чтобы были знакомства среди врачей. А Жабатулину никто из врачей и не мог вспомнить добрым словом, чтобы по старой памяти хотя бы помочь чем-нибудь. После погребенья о матушке Жабатулиной нельзя было сказать, что она прожила счастливую жизнь. Про таких усопших принято говорить, отмучилась бедняжка…

Декану, мастерски владеющему методами дедукции, тогда и в голову не пришло спросить: если все так хорошо у вас там, в городе Н-ске, то почему столько вакансий и так долго они не заполняются. Сработал отточенный психологический расчет, и на этот раз Жабатулиной мозги удалось запудрить, декан уже не смог все обдумать со свойственной ему рассудительностью и логикой, он находился примерно в таком состоянии, которое наступает от воздействия нервно-паралитического яда. Продолжение разговора состоялось в семейном кругу. Речь шла об одном и том же, но уже заверения звучали так, что в них поти-хоньку стала верить и сама Жабатулина. Зря, что ли она мужу своему говорит каждый раз, что ей от бабки, которая в Булунгуре, достался дар экстрасенса. Муж, правда, отшучивался всегда тем, что бабка у нее не экстрасенс, а обыкновенная аферистка, но тоже постепенно начал свыкаться с этой мыслью.

(продолжение следует)

Опубликовано на личной странице 08.02.2011
Дата первой публикации 08.02.2011

ШколаЖизни.ру рекомендует

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: