Михаил Берсенев Грандмастер

Охота на оборотней. Остросюжетный роман -детектив. Глава 1.

Краткая аннотация романа:

В Тулеевске — среднем по численности населения городе на юге России — происходит противостояние местного «топливного короля» Стрельникова и областной нефтяной корпорации за рынок сбыта бензина и автозапчастей. Используя обширные связи в мэрии, Стрельников всячески препятствует «пришлым» закрепиться в городе. Он считает весь нефтяной рынок города своим. Неожиданно его сына 15-ти лет, когда он катается на мотоцикле, убивает снайпер. Затем погибает от пули снайпера же еще один ребенок бизнесмена. Люди говорят о начале войны больших капиталов в городе, где разменной монетой становятся дети предпринимателей. Стрельников решает мстить…

В городе также действуют разные группировки и уличные банды молодежи. Одна из них — «Оборотни» — контролирует часть рынка сбыта наркотиков, уличной проституции, мелкого рэкета. Промышляет грабежами прохожих, придорожных лавок, ювелирных магазинов. Банда передвигается на современных мотоциклах, имеет свой постоянный доход, развивается. Принятие в группировку «Оборотни» — мечта многих местных парней и девчонок.

Недалеко от Тулеевска есть совсем небольшой городок Шаповск, где малолетние и агрессивные юнцы лет четырнадцати на старых мотоциклах образовали свою банду под названием «Беркуты». Малолетки очень наглые, жестокие. Они желают оторвать у «Оборотней» кусок криминального пирога. «Беркуты» идут войной на «Оборотней» и начинают с подконтрольных «Оборотням» проституток Тулеевска.

Бойцам и лидерам обеих банд придется сойтись в кровавых стычках, и взаимная ненависть будет только расти. Лидер «Беркутов» обучался снайперской стрельбе у своего дяди — некогда криминального авторитета, который в давние времена СССР был биатлонистом и до сих пор умеет прекрасно стрелять. А неизвестный снайпер все убивает мотоциклистов и убивает. Причем, не только детей бизнесменов.

Город погружается в панику: люди говорят, что некий псих, которому не нравится шум рева мотоциклов по ночам, начал отстреливать всех подряд мотоциклистов. Кровь обагрила улицы некогда тихого города. Кто и почему стреляет в детей бизнесменов? Бизнес — разборки? Может быть, некий психопат купил снайперскую винтовку и ведет охоту на жителей? Или убийства — отголоски войны банд за сферы влияния? Ответить на все вопросы, и, главное, сделать очень непростой выбор между четким следованием букве закона и жаждой справедливости предстоит молодому следователю полиции. Зовут его Петр Прокопчук.

А тем временем в Тулеевск прибывает важная «шишка» из следственного управления краевой Прокуратуры. Версии Петра теперь отметаются, и даже высмеиваются Ему очень непросто работать: ко всему прочему, красотка Олеся — очаровательный секретарь его непосредственного начальника полковника милиции Мельникова Федора Игнатьевича — любит одновременно и молодого Петра, и зрелого Федора Игнатьевича! Петр в шоке от непонятной ему женской двусмысленности. А киллер продолжает убивать, причем мотива особенно и не видно. Может быть, киллер — женщина?

НАЧАЛО

Россия, Чечня, апрель 2008 года. 134 км от Шатоя, горный аул, 06 час. 31 мин.

Сквозь оптический прицел с нанесенными делениями и цифрами для определения угловых размеров и расстояния до цели, снайпер, надежно замаскированный на боевой позиции, рассматривал крышу каменного дома. Пока он приметил одного часового, который сидел на маленьком балкончике почти вровень с крышей дома. На голове бойца была натянута черная вязаная шапочка. Дуло ручного пулемета спокойно смотрело в небо. Охранник неторопливо перекусывал. Переведя оптику в правую часть дома, снайпер заметил и второй пост. С автоматом наперевес там вышагивал боевик по достаточно длинной лоджии с этой стороны дома.

Человек с ружьем взглянул на часы. Они показывали половину седьмого утра. Воздух в горах в это время становится еще чище и целебнее. Белые, перистые облака текли по направлению к востоку. Снайпер давно занял свое укрытие. Периодически он осматривался, чтобы не допустить приближения противника сзади и по бокам. Тело уже начинало затекать и, специальными упражнениями, солдат старался размяться. Минимальные движения, статические напряжения, когда мышцы резко напрягаются на несколько десяток секунд, а потом так же быстро расслабляются. К тому же земля все еще была холодной. Он подстелил себе специальный коврик, но холод с грунта все равно пробивался до тела. В воздухе пахло ранней весной, птицы радостно приветствовали приход тепла.

Боевой приказ командования звучал четко и ясно: по данным разведки, в этом конкретном доме, в этом ауле, засели недобитые остатки некогда многочисленной банды боевиков одного из полевых командиров, насчитывающая примерно 10−12 человек. Гражданского населения в здании нет. Задача группы, в которую и входил стрелок, состояла в уничтожении всех бандитов. Приказа взять хотя бы командира живым не поступало. Только ликвидация. Бойцы федерального спецподразделения морской пехоты затаились на расстоянии с разных сторон объекта. Снайперу приказ был понятен: снять охранные посты и огнем прикрывать товарищей по штурму, ликвидировать как можно больше живой силы противника. При обнаружении боевиков, ускользающих от федералов из дома, уничтожать их прицельным огнем. С ним связался командир спецподразделения:
- Азимут! Азимут! Доложите обстановку!
-Титан! Титан! Докладываю! Как слышно? Прием! Имеется два поста. Один в левой части здания, почти у крыши, другой ниже, на противоположной стороне здания, справа. Тот, что слева, вооружен ручным пулеметом. Таким образом, вся территория вокруг дома полностью простреливается с этого поста. Второй пост — часовой с автоматом справа, ходит по лоджии над зеленой крышей козырька. Как поняли меня Титан, как поняли?
-Понял вас Азимут, Понял! Два поста. Пост с пулеметом высоко у крыши, слева здания, самый опасный. Второй пост — справа, у козырька с зеленой крышей. Автоматчик. Все верно?
-Все верно, Титан!
-Азимут! Азимут! Ждите сигнала к началу атаки! После ликвидации постов, доложить о результатах! Как поняли, прием?
-Вас понял, Титан. Жду сигнала. Приказ понял: ликвидировать часовых после получения условного сигнала и доложить.
-Азимут! Азимут! Конец связи! Тишина в эфире до сигнала! Как понял, Азимут?
-Понял вас, Титан! Конец связи.
Рация отключилась, и снайпер повернул дуло винтовки влево. Теперь голова в черной вязаной шапочке оказалась под прицелом.

Караульный перекусывал. Ручной пулемет мирно покоился рядом. Мужчина с удовольствием подставлял лицо лучам весеннего солнца, жевал бутерброд, и, даже, на полминутки зажмурился, подставив прикрытые глаза теплым лучам восходящего солнца. Губы расплылись в легкой улыбке. В этот момент боец спецподразделения морской пехоты Вооруженных Сил России получил сигнал к началу операции в виде кодового слова. Он совместил прицел с улыбающимся лицом боевика, выдержал небольшую паузу, и мягко нажал на курок винтовки. В ту же секунду пуля прошила черную вязаную шапочку и вылетела с противоположной стороны головы вместе с окровавленными мозгами. Лицо пулеметчика, подставленное солнечным лучам, превратилось в кровавое месиво. Аппетитный бутерброд выпал из рук уже мертвого часового. При этом ни один звук, кроме едва слышимого самому снайперу хлопка от выстрела, не нарушил утреннюю, величественную тишину суровых и прекрасных гор. Стрелок пару десятков секунд сквозь оптику изучал результаты выстрела и, убедившись, что лицо у боевика теперь отсутствует, и превратилось в кровавое месиво, плавно перевел дуло оружия вправо.

Просмотрел окна дома и, не увидев в них ничего и никого подозрительного, навел прицел на автоматчика в правой части здания, у козырька с зеленой крышей. Тот все так же прохаживался взад и вперед по длинной лоджии, изредка останавливаясь, чтобы осмотреть окрестности и передохнуть. Снайпер также неторопливо совместил прицел с головой боевика и стал ждать. Автоматчик через полминуты остановился и прислонился плечом к бетону. Тут же часть стены за головой часового покрылась багровыми пятнами и брызгами, а еще через несколько мгновений тело рухнуло на холодный пол балкона. Все та же утренняя тишина стояла вокруг. Признаков движения в доме не наблюдалось. Стрелявший с равнодушным видом поглядел сквозь оптику на остатки мозгового вещества на стене здания и вызвал командира.
-Титан! Титан! Я — Азимут! Я — Азимут! Как слышите меня, прием!
-Слышу тебя, Азимут! Доложить о выполнении приказа!
-Доступ к объекту открыт! Оба поста ликвидированы! Повторяю, оба поста ликвидированы! Как поняли меня? Прием! Титан! Как поняли меня?
-Понял вас, Азимут! Понял! Посты ликвидированы, путь к объекту свободен. Далее следуйте полученным инструкциям.
-Понял вас, Титан! Конец связи.

Через минуту с трех направлений сразу, там, где были окна и двери, в сторону дома начали движение бойцы спецподразделения. Снайпер имел возможность наблюдать только две стороны объекта — правую торцевую и фасадную. Еще одна стена, левая торцевая, не имела окон и дверей. В здании пока все было тихо. Штурмующие бесшумно приближались, и тут окно на втором этаже с фасадной стороны открылось, и оттуда высунулась на улицу голова мужчины с черной бородой. Снайпер вовремя заметил движение. В одной руке бородач держал эспандер в виде резинового кольца, которое методично сжимал, а в другой красивое зеленое яблоко, которым он завтракал. Яблоко — прекрасный, легкий завтрак для следящих за своим весом людей. В прицеле винтовки снайпер увидел обнаженный торс боевика. Мужик, видимо, соблюдал диету и был приверженцем здорового образа жизни. Бородач зевнул и стал откусывать кусочек полезного для организма фрукта и тут увидел приближающийся спецназ. На секунду он так и застыл с яблоком во рту посередине окна, резиновое кольцо в ладони замерло. Шестеро бойцов спецподразделения также обнаружили рано проснувшегося любителя вкусной и здоровой пищи и на миг прекратили движение. Немая сцена длилась недолго: снайперская пуля разнесла красивое, явно импортное, и, по всей видимости, очень сладкое яблоко во рту бородача, пробив горло. Уже мертвый приверженец здорового образа жизни стал заваливаться вперед, перегнулся через подоконник, после чего камнем полетел на брусчатку под окнами. Бойцы продолжили бег к зданию. По взмаху руки командира почти в каждое окно, одновременно, послали автоматную очередь. Раздался звон осыпающегося стекла. Бойцы мгновенно приблизились к дому и вслед за пулями стали забрасывать в окна гранаты, вплотную прижимаясь к стенам. Дом содрогнулся от многочисленных взрывов, из окон повалил дым, сразу же начался пожар. Внутри здания закричали не по-русски.

Боец с винтовкой не видел, что два окна с противоположной от фасада стороны остались целы. Оттуда здание атаковали четверо бойцов, и в первую волну атаки они накрыли лишь четыре окна, а не шесть, как бойцы с фасада. Двое спецназовцев отбежали от дома и дали очередь по стеклам, опустили автоматы и стали выхватывать гранаты, чтобы забросить их в два оставшихся окна. В этот момент из дома на улицу, фактически бойцам под ноги, полетели две гранаты, а следом засевшие в здании боевики открыли огонь из автоматов, мельтеша в оконных проемах. Спецназовец успел схватить одну из гранат и отбросить ее, но ко второй не успел. Оба бойца спецподразделения погибли на месте. Третий из четырех атакующих дом с тыльной стороны, получил осколочное ранение в плечо и упал на землю. Из окна здания выпрыгнули трое боевиков в высоких не шнурованных армейских ботинках, в трусах и майках, с автоматами наперевес. Четвертый боец спецподразделения открыл огонь из ручного пулемета, и белая майка боевика окрасилась в красный цвет, но двое других террористов буквально изрешетили морского пехотинца автоматным огнем, и стали уходить вверх, к основанию горы, покрытой низкорослыми деревьями. Тем временем штурмующие с фасада забросили вторую очередь гранат в здание. После этой волны взрывов крики прекратились, и в доме воцарилась тишина.

-Азимут! Азимут! Я — Титан! Я — Титан! — услышал снайпер вызов командира, — Двое боевиков вырвались из здания с тыла, наших ребят положили! Уходят в горы! Сейчас они появятся в поле твоей видимости! Не дай им уйти, Азимут! Не дай им уйти! Как понял меня, Азимут! Не дай им уйти! Они в майках и трусах сматываются! В майках и трусах!
-Я — Азимут! Я — Азимут! Понял вас, Титан! Понял! Жду их появления в поле видимости!
И уже тихо добавил:
-Я не дам им уйти, товарищ майор! Не дам!
-Не дай! — так же тихо прозвучал в рации голос командира.
Спустя несколько десятков секунд боец, откликающийся на позывной «Азимут» увидел, как двое мужчин в нижнем белье бегут к основанию горы, отстреливаясь от морских пехотинцев. Оба боевика бежали, петляя, прячась за камни и выступы горной породы. Снайпер вплотную прижался к специальной резинке на оптическом прицеле, значительно смягчающей отдачу при выстреле, поймал белую майку бегущего человека в прицел. Но беглец в этот момент спрятался за хозяйственную постройку, дал очередь в сторону преследователей, и вновь рванул в горы. Дуло винтовки на миг застыло, и белая майка в тот же миг окрасилась красным цветом в районе грудины. Морские пехотинцы, идущие следом за бандитами, увидели, как один из них упал замертво от пули снайпера. Другой боевик с черной клиновидной бородой, бросил автомат и стал просто тикать еще быстрее, при этом петляя. Снайпер снова нажал на курок, но на сей раз, пуля прошла мимо цели. «Поиграем?» — усмехнулся стрелок и улыбнулся. Потом припал к трубке прицела вновь.

Мужчина с черной бородой в нижнем белье уже почти добежал до низкорослых деревьев, как хладнокровный и точный выстрел разнес ему голову. По инерции он сделал еще шаг и повалился на голые камни. Белоснежная майка осталась почти такой же чистой, как и была. Через пару минут около трупов стояли морские пехотинцы. Доделывать здесь что-либо не было никакой необходимости: ребята видели перед собой мертвецов. Шансы уйти которых, пока они еще были живы, как оказалось, равны нулю. Стрелок еще раз осмотрел трупы сквозь оптику прицела и удовлетворенно, зловеще улыбнулся. Отложив в сторону винтовку, огляделся. Вокруг все было «чисто». Он перевернулся на спину, расслабил тело, и стал глядеть в небо.
-Азимут! Азимут! Прием! Как слышите? Прием! — заговорила рация голосом майора спецподразделения.
-Азимут на связи! Слышу вас хорошо, Титан!
-Отличная работа, Азимут! Отличная! От имени командования выражаю вам свою благодарность! Спасибо! Как поняли меня, Азимут?
-Понял вас хорошо, Титан! Служу России!
Связь отключилась. Получивший благодарность от командования воин прошептал небесам:
- Хотел от меня убежать! Наивный! До чего ж наивный, однако!

Город Шаповск, 38 км от города Тулеевск юга России, май 2010 г.

Их потертые «Хонды», ««Кавасаки», старые «Иж-Юпитеры, «Явы» и «Восходы» образовали кольцо вокруг своего лидера. В середине круга, на земле, лежал высокий металлический ящик, на котором стоял их вожак по прозвищу Беркут. Высокий парень двадцати двух лет, с бритым черепом. На его затылке красовалась татуировка, в форме летящей птицы, на которой знающий человек сразу бы признал беркута. Губы оратора были сжаты, лицо выражало решительность и волю. Вообще чувствовалось, что от него исходили флюиды опасности и агрессивности. Движения его были отрывисты, четко очерчены. Так как время клонилось ближе к полуночи, выражение глаз Беркута разобрать было трудно. Косуха, вся в заклепках, как влитая, сидела на крепких плечах, а поверхность кожи пестрела наклейками. Самой главной из них был рисунок с изображением огромной птицы. Банда и носила название «Беркуты», по кличке главаря, что стоял сейчас перед своими юными, внимающими каждому слову старшего подчиненными. Он смотрел на них свысока постамента весьма высокомерно. Как царь на своих подданных. В его стиле руководства было непреложное правило: каждый член группировки стоит друг за друга «горой». Беркут неустанно повторял, что если есть проблемы у одного члена банды, то значит, вся банда больна и эти проблемы нужно решать сообща, всей компанией. Группировка Беркуты насчитывала около двадцати голов, в возрасте от тринадцати до семнадцати лет. Он — двадцатидвухлетний — являлся самым старшим из них.

Всю полноту власти Беркут взял в честном бою с предыдущим вожаком. Их битва за верховенство в банде состоялась полгода назад. Бывший лидер по кличке Пластырь оказался ушлым противником. Физически, может быть, он был не очень сильно развит, но его удары отличались хлесткостью, он постоянно не давал пространство Беркуту, как бы прилипая к нему. Одним словом, пластырь он и есть пластырь. Тогда оба бойца основательно измотали друг друга. Их лица покрывала кровь из разбитых носов, синяки и ссадины уже никто не замечал, но победу Беркут одержал только тогда, когда уставший Пластырь дал свободу Беркуту в движениях и пространство. Последний «отлепился» от Пластыря и с большой дистанции стал наносить мощные удары в лицо сопернику. Беркут то подбегал к Пластырю, то отскакивал опять. В конце концов, от многочисленных затрещин и потери крови Пластырь зашатался, стал будто пьяным, уже практически не защищался и Беркут, собрав последние силы в единый в кулак, подлетел к окровавленному вожаку и мощным апперкотом отправил того в нокдаун. Пластырь крякнул, упал спиной на землю, попытался пошевелиться, но затих. Победитель, утерев кровь рукавом с разбитого лица, медленно подошел к поверженному сопернику и торжественно поставил свой армейский сапог тому на грудь. Члены банды молча наблюдали за этой битвой. Они все окончательно поняли. Теперь у них новый главарь, более сильный, волевой, уверенный в себе и не такой придирчивый и занудный, каким был Пластырь. К тому же Пластырь хоть и был старшим по возрасту среди членов банды, но немного трусоват. Его назначил верховодить предыдущий вожак волевым решением, уходя на службу в армию. Большим авторитетом новый назначенец среди рядового состава Беркутов не пользовался. Но закон требовал подчинения новому командиру, назначенному законным лидером по всем правилам передачи власти. И вот теперь Беркут руководил ими более полугода, взяв руководство в свои руки также на законных основаниях. То есть, основываясь на праве сильного.

-Беркуты! — мощным и громким голосом начал свою речь предводитель со своего постамента. — Мы с вами становимся настоящей и боеспособной бандой! За нашими плечами уже есть три успешных грабежа, одно ограбление, нам удалось захватить часть уличного рынка сбыта «кислоты» и кокаина! Мы сумели взять под свой контроль бордель на улице Твардеева в нашем городке. Но, несмотря на эти успехи, я уверен, нам этого мало! Как вы думаете, я прав?
-Точно! Так же думаем! Правильно говоришь, Беркут! — стала галдеть банда.
-Так вот! Если мы хотим мощные и новые мотоциклы, а не эти старые полу раздолбанные железяки, которые и гоняют-то еле-еле. Если мы хотим, чтобы нас все боялись и уважали, то нам нужно идти дальше, за пределы нашего маленького городка!

На последней фразе Беркут значительно повысил голос. Один из участников группировки по прозвищу Сухарь, недовольно воскликнул:
-Беркут! Ты наш главарь, но зачем ты оскорбляешь наших «железных коней»?!
Бекрут посмотрел прямо в глаза прервавшему его пацану и твердо сказал:
-Я очень уважаю наших «коней»! Они наши боевые кореша, но для новых и дерзких дел нам нужны более современные и скоростные колеса под наши задницы! Ты забыл, за что «закрыли» в колонию Кирпича, когда он уходил от погони на трассе Москва — Зеленодар, после налета на придорожное кафе? Менты его догнали только потому, что движок того старого Днепра не дал уйти ему от милицейского «Кавасаки». И мы потеряли из-за этого отличного бойца, настоящего кореша нашей банды! Где он теперь?! Или ты уже забыл о нем, Сухарь?! Напомню: мы все величали его Кирпичом, и он действительно был крепким и бесстрашным пацаном, настоящим пацаном!
Сухарь виновато опустил глаза в землю и пробубнил:
-Прости Беркут, извини! Я чего-то не сообразил!
-А надо соображать! — повысил голос главный. — Надо!
-Ты наш вожак, ты наша голова, тебе и прикуп в руки! — сдался Сухарь. Он вообще был исполнительным подростком. Вожака банды слушался беспрекословно. Высокий, как перпендикуляр, с морщинистой кожей, подвижный и жилистый. В свои шестнадцать лет он обильно наносил на волосы гель, прилизывая их назад, чтобы быть похожим на итальянского мафиози.
-Вот это правильно! — так же спокойно и твердо заявил Беркут. — А теперь слушайте! Когда я говорил о другом городе, о выходе за границы Шаповска, я имел в виду город Тулеевск. Все вы там были и видели, насколько он богаче и больше, насколько там значительно жирнее может быть добыча! Мы отправимся в этот город и отрежем там часть пирога для себя! Я имею в виду, уличных проституток, что тусуются на Литейном проспекте Тулеевска. Они будут обязаны платить нам дань и выполнять все наши прихоти, так же как это делают наши шаповские! Мы, «Беркуты», налетим на тулеевских шлюх неожиданно и заставим их подчиниться! Те, кто не захочет этого сделать, будут покалечены. Покалечим одну, остальные будут платить, и исполнять наши прихоти!
-Но, постой, Беркут, у них же там уже есть «крыша»! — писклявым голосом заявил парень по кличке Опенок, невысокий, тоже с лысой головой, которая блестела на солнце как шляпка гриба. — Просто так туда не накатишься! Не ляпнешь тулеевским проституткам, что мы — «Беркуты», а вы — уличные шалавы, и оттого, платите нам дань!

Подросток картинно вытянул вперед ладонь в форме ковша и сделал движение на себя, как бы загребая воображаемые деньги. В его характере крылось что-то театральное. Он любил красивые жесты, мужественные лица героев кинобоевиков. При всем при этом сам он отличался трусоватостью и вертлявостью. Несмотря на возраст — пятнадцать лет, пацан считал себя уже состоявшимся мафиози. Повторять судьбу матери — уборщицы и отца -повара в придорожной забегаловке он не желал.
-Послушай, Опенок, я уже навел справки через одну знакомую девчонку, что работает там проституткой! Уличных там держит одна банда под названием «Оборотни». А как ты хотел?! Чтобы тебе все принесли на блюдечке с голубой каемочкой «бабки», девок, власть и сказали: «На тебе, наш Опенок, бери все! Лишь бы ты доволен был, бери все забесплатно! Типа, мы очень грибки любим, вот и решили Опенку приятное сделать!»
Нет, так не бывает! Нам придется сразиться с «Оборотнями» за контроль над этим бизнесом и доходами от него! Просто так, без боя, никто ничего нам не даст! Так что заткни пасть, иначе я тебе твою опенкину шляпку отобью! Вопрос ставлю ребром: если кто испугался, если кто против моего плана, пусть заводит мотоцикл и проваливает к всем чертям отсюда! Итак, я жду. Кто против — вон отсюда! Наказания не будет, но и возврата в наш круг тоже!

Беркут завершил весьма пламенную речь, закурил и с интересом стал разглядывать тлеющий кончик сигареты. Ждал. Ни один мотоциклетный движок не нарушил полуночной тишины. Все члены банды хранили молчание, так же как и их железные кони.
- Что ж! Я был в вас уверен! — резюмировал Беркут. — Сегодня мы разъезжаемся по домам, отдыхаем. Готовьте цепи, бейсбольные биты, куски металлических труб, ножи. Завтра вечером мы стартуем в город Тулеевск в семь часов вечера! Сбор здесь в шесть часов. Итак, «Беркуты», по домам

Не говоря больше ни слова, он направился к своему мотоциклу. Девушка в черных ботфортах, что развалилась на сиденье, слезла и пропустила парня за руль. Сама же села позади и плотно обхватила спину Беркута в кожаной куртке. Лидер банды повернул ключ в замке зажигания и отлично отрегулированный движок моментально запустился. После этого еще двадцать двигателей разорвали ночную тишину. Вереница мотоциклов стала уходить в сторону огней города Шаповск.

Опубликовано на личной странице 02.06.2011
Дата первой публикации 02.06.2011

ШколаЖизни.ру рекомендует

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: