Аркадий Шевкун Мастер

карать или миловать? часть 2

КАРАТЬ ИЛИ МИЛОВАТЬ? Часть 2

Заглядываю иной раз в «криминальную хронику» и на душе остается не самый приятный осадок Одно дело, что все показные процессы осуществляются по одному и тому же, до зубовой боли избитому сценарию: судья — жрец, прокурор — душелюб и ангел — спаситель адвокат. Вся эта триада истово, в поте лица старается беспристрастно исполнить свой священный долг: первый — установить истину, второй — дать по максимуму, третий — из кожи вон вылезая выгородить самого отпетого негодяя. И не надо быть физиогномистом, чтобы заранее, только по одному выражению их лиц и с точностью до одного шконко-дня предсказать каковым будет вердикт. Помиловать, если зелёными купюрами набит твой лопатник, или надолго упрятать, если ты даже сто раз прав, но богат как церковная мышь. Партию, как обычно выигрывает адвокат, ибо его «неопровержимые» аргументы — доказательства в триумвирате оговариваются задолго до самого суда. В таких спорах за истину соблюдается неписанный закон: хочешь жить — умей вертеться, выжми из подзащитного по- максимуму, ублажи прокурора, поделись с судьёй, ибо они ублажат тебя и возрадуются. Не потому ли наше правосудие после норвежского (Брейвик) стало самым гуманным? И не по воле ли расплодившейся до численности армии правосудной гильдии десятки тысяч отпетых мерзавцев — педофилов, маньяков, убийц и прочих подонков, цинично насмехаясь над своими жертвами или их родственниками остаются на свободе, вместо того, чтобы как это делается в Иране быть публично повешенными? Однако вместо применения радикальных мер любое такое дело за солидную взятку «кому надо», да еще по звонку от Ивана Ивановича дело, под видом «сложности и тщательности» расследования переводится в хроническую стадию. При этом основная мотивация — соблюсти законность, упаси бог не переборщить, дело-то касается самой жизни обвиняемого. Пострадавшая сторона при этом в расчёт не принимается.

Для начала «предполагаемого» преступника определяют в психушку, где на протяжении месяцев премудрые пескари-психологи вкупе с такими же психиатрами и не без помощи звонков от всё тех же иванивановичей или угроз родственников обвиняемой стороны определяют нормальным или ненормальным был преступник во время свершения деяния или деяний.

Вот признаем педофила или маньяка вменяемым, а адвокаты докопаются, что у подзащитного было трудное детство, его обижали мальчики, чурались девочки, на почве чего у него сформировался комплекс неполноценности. Для убедительности покажут фотокарточку шестилетки с милой, но обделённой вниманием мордашкой. Ну как можно судить такого? Убил он кого-то или изнасиловал совсем не по своей воле. Он ни в чем не виноват, его надо простить. И прощают или в худшем случае дают 4−5 лет зоны, да бы через пару лет по УДО выпустить на вольный промысел. Или другой случай: групповой убийца, руки которого по самые локти запятнаны кровью его жертв. Случай сто раз доказанный, но взявшие на себя обязательства адвокатишки гораздые оправдывать саму сатану продолжают слать апелляции в выше стоящие инстанции. И всё с той же пресловутой мотивацией: а вдруг несмотря на всю тщательность проводимого следствия будет допущена ошибка и пострадает совершенно невинный человек. Разве на практике не встречаются такие казусы? Да, имели место такие случаи, особенно где дело касалось серийных убийц, но ведь от таких ошибок не застрахованы и ургентные хирурги. Что же, исходя из этого принципа надо запретить и неотложную хирургию? Жизнь человеку дается всего один раз и отобрать её дозволено одному богу — твердят правоведы — филантропы. Выходит, что безнаказанно убивая людей и преступники становятся богами.

И еще избитый аргумент в защиту делинквентной братии: от того, что мы будем применять высшую меру, статистика преступлений от этого не изменится. Не лукавьте господа, вы сами запутались в дебрях витиеватой словесности законов. Если из тысячи приговоренных к вышке к исполнению предстанут не более 2х- 3х подсудимых, то ваши труды действительно будут сизифовыми. Такая цель не должна и преследоваться. По аналогии, как бы квалифицированно не оказывалась медицинская помощь пострадавшим в автокатастрофах, она ни коим образом не повлияет на число жертв и тем более самих аварий.

Предавая казни преступника надо исходить из принципа, что такое действо если и не будет служить для него наукой (будучи казнённым он никогда не будет знать, что правосудие свершилось) зато уже никогда не выступит в прежней ипостаси. Псевдогуманизм — это зло.

Исторический пример. До второго пришествия Наполеона, когда еще не успела укрепиться власть бурбонов, по всей Франции махровым цветом распустились ОПГ. Презирая как проявление трусости всякую жалость Бонапарт дал указание: всякую группировку, захваченную на месте преступления, без суда и следствия, не переводя в адвокатскую тягомотину предавать казни. «Я без всякой жалости убью тысячу, десять тысяч мерзавцев, но мне будут благодарны миллионы законопослушных граждан» И ему рукоплескала вся Франция. Разумеется, были среди них и невинные жертвы, соблюдался принцип онкологической хирургии: скверна удаляется с захватом живых тканей. Уже через полгода наступила полная тишина.

Так почему же в нашей стране несмотря на огромный штат силовых структур и органов правосудия статистика тяжких преступлений оставляет желать много и много лучшего? Я совершенно уверен, что в этих органах есть истинно порядочные и добросовестные люди: следователи, судьи, прокуроры, полицейские. Но как бы это не показалось странным, перед преступным миром незащищенными оказываются сами представители этих органов. В улучшении создавшегося положения даже запредельно высокие зарплаты работникам этих органов — не выход из положения, работает коррупция, телефонное право и прямые угрозы со стороны подсудимых, реальные угрозы. Посмотрите сколько за последние годы развалено абсолютно и неопровержимо доказанных дел тянущих на самую высшую меру. Откуда у нашего правосудия проявляется такая трогательная забота о преступном мир? Почему преступник на свою жизнь и свободу имеет несравненно больше прав, чем любой законопослушный гражданин?

Приведя пример из истории Франции, заранее предвижу филиппики комментаторов — правоведов.

-Вы хотели бы повторения 30-х ?

-Я не хочу повторения тридцатых, но желаю чтобы восторжествовал закон, справедливость, а вам уважаемым филантропам напоминаю, что речь идет об уголовных преступниках, а не тех кто отбывал сроки по знаменитой 58-й.

Опубликовано на личной странице 08.10.2015
Дата первой публикации 08.10.2015

ШколаЖизни.ру рекомендует

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: