Почему-то она всегда была не в фаворе – русская музыка «до Глинки». Можно восполнить этот пробел и хотя бы назвать ряд имен. Те, кто интересуется духовной музыкой, должны знать имена таких профессиональных композиторов 17-18 веков, как Дилецкий Николай Павлович, Ведель Артемий Лукьянович, Титов Василий Поликарпович.
Как вы думаете, кто мог написать оперы «Горебогатырь Косометович» или «Начальное управление Олега»? Музыку писали иностранцы, а вот тексты – сама Екатерина Великая.
Звучат знакомые переливы, и даже если можно предположить странную ситуацию, что можно забыть, где и когда находишься, сразу же – «звуковой маячок» – Новый год. Это инструментальные переливы из «Иронии судьбы» моментально узнаются на слух, не меньше, чем песни из этого же фильма.
Человек, пробегавший босиком первые 10 лет жизни за неимением обуви, «пророс сквозь все ступени общественной лестницы». Он стал членом Парламента – то есть сенатором, он стал крупным землевладельцем. Но Верди и «высший свет» – понятия несовместимые. Самое важное: «Имя его – пять букв, пламенных знаков возвышения Италии – обратилось в символ».
Давно стало крылатым выражение: «быстро, как только возможно», но потом – «еще быстрее» – частично, благодаря Ильфу и Петрову. Да, это очень в духе музыки романтизма: как только возможно, но потом все-таки еще (быстрее, сильнее и так далее).
Почему-то редко задаются вопросом: кто изображен на картине Брюллова «Всадница»? А ведь и у этой девушки-всадницы, и у девочки, которая ее радостно встречает, есть имена, и эти имена имеют прямое отношение и к итальянской музыке, и к российской истории. Хочется в праздники рассказать историю поудивительней, но она напрямую связана с общей темой.
Феерически-мистическая музыка Вагнера звучит по всему миру. Однако Вагнер в Израиле, мягко говоря, не приветствуется. Каждый народ имеет право на то, что можно назвать «гуманитарной защитой» – то есть не впускать в свою жизнь то, что задевает чувства этого народа, прямо или косвенно. Каждый народ имеет такое право.
Даргомыжского никак нельзя назвать забытым. Но то, что он недооценен – несомненно. Это немного странно. Во-первых, он был новатором в отношении оперного языка. Во-вторых, он одним из первых в отечественной культуре осветил социальные темы – эту тенденцию позже подхватит М. Мусоргский.
Лист прожил довольно необычную для романтиков жизнь: во-первых, долгую (75 лет), во-вторых, он был полностью востребован, умел зарабатывать, выдерживая золотую середину между вниманием к вкусам публики и стремлением поддержать высокую художественную ценность искусства.
О Шопене можно только по-шопеновки. Балладно, «ноктюрново, прелюдийно». Но так могут поэты. И пишут – на свете много стихов, посвященных Шопену. Но нужно попытаться в прозе.
Понимая, что одного очерка для знаменитого немецкого романтика крайне мало, решила выбрать какую-то одну небольшую тему. Например, песни Шумана на стихи поэтессы с русскими корнями, умершей в Санкт-Петербурге в возрасте 17 лет. Но пока смотрела материалы, поняла, что на эту тему есть замечательная работа.
Все знают музыку Мендельсона, даже если считают, что не знают. Все, кто хотя бы раз посещал свое собственное или иное бракосочетание («Свадебный марш»). Мало кто при этом знает, откуда эта музыка и как ей досталось.
Глинку в советское время восхваляли и выделяли среди других русских композиторов того времени, в наше время любят несколько «принизить». Всё не по-людски. Чуть ли не претензии предъявляются. Мало написал? Посмотрите сколько и попробуйте сами. И кто сказал, что нужно больше? Или вдруг кого-то смущает название оперы «Жизнь за царя»...
Музыкальная жизнь в России была чрезвычайно насыщенной уже в 18 веке. До этого времени можно говорить о расцвете народной музыки и духовной музыки. О последней есть статья, народная требует отдельного рассмотрения.
«Неизвестный однофамилец» Михаила Александровича Берлиоза – всемирно известный французский композитор-романтик Гектор Берлиоз.
Страшные обывательские легенды или занимательные анекдоты – не ясно, что же правда, а что ложь в рассказах о Паганини. Даже Стендаль и Мопассан не смогли избежать неправедных «страшилок» в своих рассказах о скрипаче. А Паганини и провоцировал сам, и не всегда отвергал обвинения.
Фильм Люка Бессона «Пятый элемент» помнят все. И что за Элемент – тоже понятно, это Любовь. Саундрек фильма включает музыку итальянского композитора Гаэтано Доницетти. А именно – сцену сумасшествия из оперы «Лючия ди Ламмермур».
Фрося Бурлакова была девушкой невероятно талантливой. Не зря ее популярность не гаснет с годами. И сейчас у нее все замечательно получилось, только вот ошеломила она московского профессора объявлением: «Ария Розины, музыка народная». Профессор ее деликатно поправил… и застыл, услышав приезжую настойчивую девушку. Это одна из лучших сцен старого фильма «Приходите завтра».