Хайаса Арарат Грандмастер

Александр Гарсоев (Гарсоян) - главный «подводник» Советского Союза, первый проектировщик и конструктор советских подводных лодок.

Гарсоев Александр Николаевич (02.11.1882/1886 г., Тифлис (по другим данным Санкт-Петербург) — 1934 г.) — главный «подводник» Советского Союза, первый проектировщик и конструктор советских подводных лодок.

ПОДВОДНЫЙ КАМИКАДЗЕ
-----------------------------

Как человек проницательный, он прекрасно осознавал, что морское дно и есть вершина настоящего прогресса. Впрочем, не только настоящего, но и будущего. К тому времени литература фантастов — стоит отдать им должное — уже успела покорить воображение целого поколения молодых, образованных людей. Образ знаменитого капитана Немо был представлен Жюлем Верном вполне адекватно: для достижения донных вершин одной лихостью не обойтись. Необходимы еще знание, образованность, опыт технической работы, инженерная мысль и научный подход.

Пристрастие еще совсем юного Александра к морю базировалось на весьма глубоких национальных традициях: армяне всегда поддерживали добрые отношения с водной стихией, а в Средневековье считались одним из великих морских народов. Тогда соотечественники пионера российского подводного плавания — Гарсоев был именно им — еще имели «собственный берег» и профессионально пользовались этим обстоятельством.

Будучи личностью сдержанной и хладнокровной, он, тем не менее, любил и умел удивлять людей: «Спросят, откуда у армян тяга к морю, я и припомню этим невежам все! И великие киликийские порты, и оживленную торговлю с Генуей и Флоренцией, и армянские суда, избороздившие просторы Средиземноморья и Бискайской акватории, и полотна Ованеса Айвазовского, равно как и его чин, а также то, что еще во время Крымской войны кавказско-черноморской укрепленной линией командовал армянин — католик Лазарь Серебряков, прекрасный организатор, знаток восточных языков, дипломат и военный моряк, к тому же основатель Новороссийска».

Удивительная преемственность: летом 1913 года будущему адмиралу флота СССР Ивану Исакову отказали в просьбе относительно поступления в Петербургский морской корпус. Он прекрасно сдал экзамены, однако строгий адмирал заметил: «Зачем этому молодому человеку из Армении идти на морскую службу? Сухопутные войска — дело другое. Но флот?» 19-летний Вано — именно так в начале века называли Исакова — в сердцах воскликнет: «Как это адмирал не знает об армянских моряках? В конце концов, о знаменитом Александре Гарсоеве!» Летом 1913 года Александр Гарсоев действительно был уже знаменит.

«Самотопами» называли на рубеже веков первых подводников: развитие этого глубокого во всех отношениях направления было военно-технической необходимостью практически для каждой морской державы. Однако щедрость государственных казначеев в отношении «водных камикадзе» обуславливалась не столько стратегической важностью осуществляемых ими работ, сколько иными соображениями: «надбавка к пособию под-иодников не в ущерб казне: жить каждому из них недолго — все они смертники». Будучи личностью сдержанной и хладнокровной, он, тем не менее, любил и умел удивлять людей: вопреки всему Гарсоев все еще жил.

Главный подводник морских сил, он в 1905 году сдал экзамены за полный курс Морского корпуса — благо, невежественного адмирала тогда не было в экзаменационной комиссии — и окончил штурманские и подводные офицерские курсы. В этой роли он и встретил катастрофический для русского флота 1905 год: вопреки выдающейся деятельности адмирала Степана Макарова, японская кампания завершилась полным фиаско: в течение двух лет погибла база национального флота.

Александру Гарсоеву суждено было поднять со дна традицию знаменитой русской школы и выступить против вполне реального замораживания проектов по развитию подводного мореплавания. По этому поводу матросы даже сочинили частушку:

Покатился бы на дно весь ковчег наш Ноев,
Если 6 имя не одно — капитан Гарсоев.

Как истинный кораблестроитель, он очень походил на некоторых литературных героев — гениальных ученых, которым хватало смелости и достоинства на себе проводить апробацию собственных теоретических разработок: в этом новом деле, где множество подводных рифов, возможно все! Александр Гарсоев — один из редких в истории ученых, кто практиковался на акватории военных действий. Впрочем, подводное дело в любом случае было экстримом века, даже в мирное время: подавляющее большинство первых подводников погибало на испытаниях.

На протяжении шести лет Гарсоев работает вахтенным начальником еще на надводных кораблях Балтийского флота: с 1911 года он всецело «погружается» в любимую работу — ищет потерянный берег. Командует подводными лодками «Почтовый», «Минога» и новой машиной типа «Барс» — «Львицей»; с апреля 1916 года как капитан 2-го ранга участвует в боевых действиях. Капитан продолжает удивлять: он практически каждый раз выходит сухим из воды.

Впрочем, в далеком 1913 году, когда будущий адмирал флота СССР Иван Исаков ожидал вердикта экзаменационной комиссии, жизнь его прославленного соотечественника висела на тончайшем волоске. Он, возможно, и мог вытянуть себя за волосы и в очередной раз выйти «полусухим» из воды и потом распивать по этому поводу такое же полусухое шампанское. Но 23 марта шампанское пил не он. Боцман «Миноги» Гордеев набрался… в том числе и непослушания. При отходе от пирса задним ходом «Минога» ударилась об угольную баржу и потеряла укрепленного на ахтерштевне золоченого орла. Около 4 часов назад Гарсоев отдал приказ боцману передать конвоирующему судну по семафору о своем намерении погрузиться. Бедолага передал сигнал, свернул семафорные флажки и засунул их под настил мостика рубки; к этому времени он уже начал отмечать не только свои обязанности, но и какой-то, известный только ему одному, праздник и не заметил, что флажки попали в клапан шахты судовой вентиляции. При погружении вода стала поступать через открытый клапан в машинное отделение, и лодка затонула: она легла на грунт на глубине 30 метров. Александр Гарсоев был безупречен: он сразу же приказал продуть кормовую балластную цистерну, чтобы облегченная корма поднялась на поверхность моря и был бы виден кормовой флаг. Все так и произошло, и его команда была спасена. Бедолагу Гордеева, конечно, судили; когда подоспевший буксир и водолазы поднимали его грузное неподатливое тело, он пел:

Покатился бы на дно весь ковчег наш Ноев,
Если б имя не одно — капитан Гарсоев.

Позже, капитан Гарсоев станет первым проектировщиком и конструктором советских подводных лодок, которого, однако, «запеленгует» сам Сталин. Правда, условно: империи необходим великий кораблестроитель — человек проницательный, прекрасно осознающий, что морское дно и есть вершина настоящего прогресса. Впрочем, не только настоящего.

***

Из книги «100 величайших армян XX века».
2007 год, Москва.

Статья размещена на сайте 8.03.2011

Комментарии (3):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: