• Мнения
  • |
  • Обсуждения
Юлия Пуховицкая Читатель

Махорку из какого города курили солдаты Великой Отечественной войны?

Чем славен Витебск? На этот вопрос каждый ответит по-своему. Один скажет, что здесь жил и творил Марк Шагал, другой назовет фестиваль искусств «Славянский Базар», третий припомнит неповторимый «летающий» рельеф города. Но если этот вопрос задать простому солдату времен Великой Отечественной, он с большой вероятностью ответил бы — конечно, махоркой! Так считал и народный поэт БССР Аркадий Кулешов, посвятивший витебской махорке одноименное стихотворение. О махорочной фабрике, продукция которой славилась далеко за пределами нашего города, пойдет речь в этой статье.

«Вокруг церкви, заборы, лавки, синагоги…» (М. Шагал)

Безусловно, главная достопримечательность не только Покровской улицы, но и всего Задвинского квартала — это дом-музей Марка Шагала. Именно это небольшое кирпичное здание является местом паломничества сотен тысяч самых разных людей со всего мира. Но стоит немного свернуть с проторенного туристического пути, и можно увидеть не менее интересные места — сохранившееся с дореволюционных времен здание пивоваренного завода, руины синагоги, заброшенное здание клуба металлистов — как фантомы из другого времени.

А в нашем случае и сворачивать никуда не надо: меньше 100 метров от памятника великому художнику и перед нами здание табачно-махорочной фабрики. Впрочем, это тоже фантом: ведь уже почти 40 лет здесь работает картонажно-полиграфический комбинат. К тому же в годы Великой Отечественой здание было почти полностью разрушено, позже -оштукатурено и лишено своего краснокирпичного колорита. А когда-то здесь витал характерный душистый, крепкий аромат, хорошо знакомый рабочих и крестьянам, солдатам и даже домохозяйкам — аромат махорки.

Занятия евреев носят характер коммерческий (Е. Романов)

В этом году фабрика могла бы отмечать 130-летие. В 1883 году один из многих предприимчивых витебских евреев, купец 1-й гильдии Арон Колбановский решил, что производить выгоднее, чем перепродавать и начал производство махорки и табака. И не прогадал — вложенные средства в строительство здания и нехитрое оборудование вскоре окупились. Хотя в городе это было не единственное подобное предприятие, именно фабрика Колбановского была крупнейшей по числу работников и объему производства. До революции здесь работало от 20 до 165 рабочих, годовая выручка составляла в лучшие годы до 300 тысяч рублей. На территории Беларуси она уступала лишь знаменитой табачной фабрике Шерешевского в Гродно, продукция которой неоднократно отмечалась медалями на международных выставках. К слову, эта фабрика существует и по сей день под названием «Неман».

До мировых табачных гигантов того времени витебской фабрике было, конечно, далеко, но все же продукция пользовалась немалым спросом. У хозяев фабрики имелись собственные плантации табака на Украине, выпускался курительный, нюхательный табак и махорка.

Колбановский и его наследники год за годом подсчитывали барыши, а вот условия труда рабочих были весьма тяжелыми. Процесс производства был вредным, но об охране труда и речи не было. По воспоминаниям старожилов фабрики «рабочие не видели друг друга на расстоянии трех шагов из-за махорочной пыли и горячего никотина», «горы махорочной пыли в цехах не убирались годами». Рабочий день составлял 12 часов, а дневная плата лишь 20−30 копеек. Да и этих денег можно было лишиться: на фабрике господствовала система жестких штрафов. Оштрафовать могли не только за опоздание на работу или нарушение технологии, но и за шум, разговоры и пение во время работы. Почти весь процесс производства был ручным, вся механизация состояла из конного привода для резки, крошильных станков и огневого барабана для сушки и крошки сырья.

Неудивительно, что рабочие фабрики неоднократно выражали недовольство, устраивая забастовки с требованиями отменить штрафы, повысить зарплаты, устроить вентиляцию в цехах, разрешить разговор и пение во время работы, выступали против несправедливого увольнения товарища. В 1917 году всеобщее стремление рабочих Российской империи к лучшей жизни увенчалось успехом.

Вот так надо работать! (А. Микоян)

В 1919 г. Витебская махорочная фабрика, в соответствии с лозунгом «Фабрики рабочим!», была национализирована. И вместо хозяина у нее появился директор. В 1932 году им стал Гавриил Соломонович Школьник. Интересно, что родился он в один год с Марком Шагалом — 1887, и жизнь обоих была тесно связана с Покровской улицей. Вот только в то время как 13-летний Марк грыз гранит науки в четырехклассном училище и заглядывался на проходящих мимо гимназисток, его одногодок Гавриил вдыхал «дым Отечества», работая на махорочной фабрике. Пройдя несколько ступеней карьерного роста (крошильщик, печатник, набойщик, инструктор набойно-бандерольного цеха, замдиректора), он занял руководящий пост и находился на нем 26 лет. Примечательно, что директор махорочной фабрики сам курящим не был.

Под руководством Школьника фабрика поднялась на небывалую для махорочной промышленности высоту. С 1932 по 1940 год фабрика получала переходящее Красное Знамя как лидер махорочной промышленности Союза. В 1940 г. фабрика за две недели вырабатывала столько же махорки, сколько до революции вырабатывалось за год. Нарком пищевой промышленности Микоян ставил работу витебской махорочной фабрики в пример остальным. Директор за высокие производственные показатели был премирован персональной легковой машиной и награжден орденом «Знак почета».

Значительно улучшились и условия труда рабочих. Был введен 8-часовой рабочий день, работникам выдавалась спецодежда, предохранительные приспособления, молоко и жиры за вредность. Процесс производства был полностью механизирован — от крошки сырья до подачи продукции в цех.

Старожилы города без труда вспомнят, как выглядела продукция предприятия. Витебская махорка была расфасована в бумажные пакетики по 7 копеек за пачку. А уж возможность произвести магический ритуал скручивания самокрутки предоставлялась потребителю. Впрочем, махорку использовали не только суровые мужчины для курения, но и домохозяйки для уничтожения моли.

Бойцу махорка дорога, кури — и выкури врага! (С. Маршак)

За годы руководства фабрикой Школьнику приходилось решать немало проблем. И главную из них он выполнил с блеском. В те тяжелые июльские дни 1941 года, когда директора витебских фабрик и заводов наперебой доказывали начальнику вокзала, что именно их продукция жизненно важна для фронта и победы, Школьник уже выбил для своей фабрики несколько вагонов, 3 июля эвакуировав работников и оборудование в город Маркс Саратовской области. Три-четыре месяца пришлось работать на табачной плантации, заготавливая сырье. К зиме на фабрике уже выпускали продукцию.

Ещё в 30-е годы нарком пищевой промышленности Микоян эмоционально заявлял: «Без махорки даже воевать нельзя. Махорка это оборона. Это правда, не пушка, не аэроплан, но и без нее на фронте трудно». Так вот, во время Великой Отечественной про витебскую махорку знали на всех фронтах. Именно витебской махоркой снабжали солдат-защитников Сталинграда.

Табачной фабрики, конечно, мы не найдем среди руин… (А. Кулешов)

Во время войны здание фабрики сгорело, остался лишь каркас. Вернувшиеся из эвакуации работники сами восстанавливали фабрику, переквалифицировавшись в столяров, каменщиков, штукатуров. В январе 1948 году фабрика уже выпускала продукцию: за год было выпущено 80, 6 тыс. ящиков при плане 60 тыс. И это не был план ради плана, ведь спрос на махорку по-прежнему сохранялся, и витебская махорка не утратила своей значимости. Например, в 1950 году была осуществлена отправка махорки особого назначения на Дальний Север.

Но время не стояло на месте, табачная промышленность развивалась, в СССР выпускалось более 50 видов сигарет на любой вкус и кошелек, а производство махорки в прежних объемах было признано нецелесообразным. В 1930-е годы рентабельность и производительность витебской фабрики привела к закрытию махорочных фабрик в Минске и Бобруйске, теперь же витебский махорочный цех был присоединен к Гродненской табачной фабрике. Круг замкнулся…

По человеческим меркам махорочная фабрика прожила долгую, наполненную событиями, жизнь. И выполнив свою миссию на Земле, ушла в историю. И хотя «Минздрав предупреждает», так хочется представить, как же пахла та легендарная витебская махорка.

Статья опубликована 19.04.2017
Обновлено 22.07.2020

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: