Юрий Москаленко Грандмастер

Легко ли классике «перебить» комедию?

18 февраля 1908 года, 100 лет назад, в многодетной семье рабочего с петроградской окраины Григория Зархи родился сын, получивший при рождении имя Александр. Спустя некоторое время семья осталась без кормильца, и бедной женщине, матери Александра, пришлось поднимать сразу несколько детей одной. Жили, прямо скажем, небогато, но очень дружно. И жизненный путь таких мальчишек был предельно очерчен: немного образования в школе и «заводская проходная», ставшая родной для старших поколений…

Любовь к искусству
Саше Зархи привил Юрий Лавров, который и сам-то был всего на три года старше Саши, но приобщился к театру гораздо раньше, а в школе предложил вести драматический кружок. Обычно «театралами» становятся под влиянием выдающихся мастеров сцены, но здесь был совершенно иной случай. Революция вызвала волну воодушевления у молодежи, открыла перед ними новые пути, а потому Зархи без сожаления сломал предполагаемый стереотип поведения и на заводскую проходную попал разве что во время съемок фильмов.

Начинающий драматург
Николай Чуковский хотел доказать своему знаменитому отцу Корнею Ивановичу, что вовсе не собирается вечно находиться в тени своего родителя, и писать начал относительно рано. Под влиянием отца сначала получались только стихи, но очень скоро Чуковский-младший понял, что так ему из-под крыла вовсе не выбраться, а потому перешел на прозу: писал пьесы для драматического кружка школы, в котором занимались Зархи с Лавровым.

К сожалению, ни одного названия из этих пьес не сохранились, и сам «драматург» был старше руководителя кружка только на год. Но эта история лишний раз подчеркивает: даже если рядом с «театралами» не будет опытного наставника, а все «общество» состоит из нескольких многообещающих талантов, — этого вполне достаточно, чтобы раскрыться.

И в самом деле — Зархи стал выдающимся кинорежиссером, Юрий Лавров — народным артистом СССР, а Николай Чуковский писателем, певцом блокадного Ленинграда. Его роман «Балтийское небо» стал одним из открытий первых произведений о страшной ленинградской судьбе…

Старик поневоле
Свою первую роль Зархи сыграл в 14 лет в спектакле по мотивам чеховских рассказов. Так получилось, что он пришел к «раздаче слонов» одним из последних, все более-менее стоящие роли уже были разобраны, а Саше досталась роль старого комика Светловидова. Легко ли подростку играть старика? Наверное, нет, но у Зархи это получилось так, что весь зал лежал от смеха. С тех пор Александр Григорьевич уверился: во-первых, плохих ролей не бывает, а во-вторых, нет таких крепостей, которые бы не могли взять большевики.

Это видение актера и роли очень помогло ему в дальнейшем. Как правило, он всегда «угадывал» с актерами. Так могло показаться на первый взгляд. Но Зархи вовсе не был «везунчиком» — он просто умел «довести» актера до своего понимания роли и всегда добивался того, чтобы на съемочной площадке присутствовало вдохновение, а не тяжкая работа.

Друзья-товарищи
С Иосифом Хейфицем судьба свела Александра, когда Зархи было всего 20 лет. Он уважал Иосифа за то, что тот уже в 15-летнем возрасте, в 1920 году, не просто принял революцию, а был помощником коменданта Ревтрибунала Киевского военного округа. Надо ли говорить, что старший товарищ был авторитетом для Зархи во всем. И когда Иосиф предложил Александру организовать на кинофабрике «Совкино» молодежное объединение — «Первую комсомольскую постановочную бригаду», «младший брат» с энтузиазмом откликнулся. Младший по возрасту, а не по таланту.

Первым совместным фильмом молодых режиссеров стал «Ветер в лицо», который кто-то по прошествии десятилетий называл обыкновенной агиткой. Но надо оценивать фильм в контексте времени. С этой точки зрения фильм, что называется, попал в точку. Да, может и было в нем что-то прямолинейное, но не стоит забывать, что Хейфицу тогда шел 25-й год, а Зархи 22-й.

Еще больший успех принес режиссерам их фильм «Горячие денечки», снятый в 1935 году. А дальше последовали настоящие шедевры, на долгие годы ставшие классикой советского кино: «Депутат Балтики» (Гран-При Международной выставки в Париже, 1937) и «Член правительства». Правда, мало кто знает, что предвестником этих двух кинокартин стала «Моя Родина», за которую режиссеры едва не попали в застенки НКВД. Благо, что это был 1933 год, а не 1937-й. Но и так наказание было слишком суровым: за фильм, якобы, порочащий Красную армию, их на два года отлучили от кино…

Новая высота
Творческий тандем Хейфиц-Зархи распался в начале 50-х годов. Не то чтобы они надоели друг другу хуже горькой редьки, просто каждый постарался доказать другому, что представляет собой больший талант. Выиграл от этого больше, на мой взгляд, именно Зархи. Во всяком случае, если в самом начале Иосиф еще задал высокую планку Александру фильмом «Большая семья», то в дальнейшем Зархи смотрелся все-таки поинтересней.

Настоящим шедевром у Зархи получился фильм «Высота», завоевавший главный приз Международного кинофестиваля в Карловых Варах в 1957 году. Изумительная игра Николая Рыбникова и Инны Макаровой, живой рассказ о производстве, где есть место не только героическому труду, но и романтике, стал поистине гимном советской молодежи. В первый год проката фильм посмотрело почти 25 млн. зрителей.

Кстати, 2 января 1957 года любимец советской публики Николай Рыбников зарегистрировал брак с актрисой Аллой Ларионовой. На премьере «Высоты» в Доме кино молодожены сидели рядом. Когда герой фильма Николай произнес с экрана: «Эх, прощай, Коля, твоя холостяцкая жизнь!» — зал взорвался аплодисментами.

Классика жанра
В конце 60-х годов в СССР вышло немало запоминающихся фильмов. Так уж получилось, что одними из самых посещаемых кинофильмов были комедии, например, «Кавказская пленница», «Бриллиантовая рука», «Свадьба в Малиновке» и героико-приключенческие фильмы «Подвиг разведчика», «Щит и меч», «Неуловимые мстители». А Зархи в это время работал над классикой, решив экранизировать «Анну Каренину».

Работа над фильмом заняла 4 года. Вот как вспоминала о съемках Татьяна Самойлова, сыгравшая главную героиню: «Мы искали, чтобы билось наше сердце. Вместе — и его, как художника и режиссера, и мое, как актрисы. Чтобы это был вид, соответствующий XIX столетию. Чтобы это были костюмы, чтобы это был грим интересный. Все это было поиском, работали мы над этим четыре года: два года писался сценарий, два года мы снимали. Картина, с моей точки зрения, получилась безумно интересная…

Более 40 млн. зрителей за первый год проката — это ли не признание? И хотя очень нелегко «классике» «перебить» комедию, у Зархи это прекрасно получилось!

Протестую, Зархи жив!
Александр Григорьевич прожил долгую и счастливую жизнь. Он скончался 27 января 1997 года, чуть больше года не дожив до своего 90-летия. Но, как бы сказал один известный литературный персонаж Булгакова: «Протестую, Зархи жив!». И в своей «Анне Карениной», которую так и не смогли «перебить» потомки (образец современного фильма по душевности не идет ни в какое сравнение с прежним, 40-летней давности), и в веселой песне «Не кочегары мы, не плотники» из фильма «Высота», и в замечательных актерах, которым он помогал найти себя. И если на сердце печаль и тоска, достаточно поставить ту же «Высоту», чтобы зарядиться оптимизмом. Если уж Коля Рыбников на высоте в несколько десятков метров бодро распевал песенку, то что нам-то раскисать? ]

Обновлено 19.02.2008
Статья размещена на сайте 12.02.2008

Комментарии (2):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: