Юрий Москаленко Грандмастер

Кто смертельно заболел на похоронах Сталина, но остается в компании с Гитлером?

14 марта 1953 года, 55 лет назад, чешские врачи, в течение нескольких дней упорно боровшиеся за жизнь пациента № 1 своей страны, бессильно опустили руки. Пару раз они запускали остановившееся сердце Клемента Готвальда, но всему есть свой предел. В какую-то секунду оно сжалось в последний раз и бессильно остановилось.

Что подумали в эту минуту эскулапы? Конечно, они опасались, что их обвинят в том, что они выполнили не все возможное, чтобы продлить жизнь первому секретарю Ц К Чехословакии. Но кто-то из них вздохнул: «Это проклятие Сталина, не захотел он расставаться со своим лучшим учеником». Да, не умри вождь всех времен и народов 5 марта, не отправься на его похороны Клемент Готвальд, не подхвати он там тяжелое воспаление легких, очень скоро перешедшее в пневмонию, глядишь, история Чехословакии развивалась бы по иному сценарию. Вроде бы и не старый был лидер чешских коммунистов, за три месяца до этого отметивший 56 лет, но от судьбы не уйдешь, неожиданная смерть остановила все его амбициозные планы. Но, увы и ах, оказавшись без великого рулевого, Готвальд не стал цепляться за жизнь…

Я не хочу описывать горе чешского народа. Наверняка, если это и было горе, то только одних коммунистов, да и то, скорее верхушки компартии, чем рядовых членов. Но они, следуя за старшим братом, устроили Готвальду пышные похороны и даже поместили тело усопшего в специальный мавзолей, из которого потом, спустя годы, он был вынесен, как, впрочем, и Сталин.

Кто он был, Клемент Готвальд? Родился 23 ноября 1896 года в деревне Дедице, в Моравии. Уже значительно позже, в 90-х годах, некоторые чешские историки разыскали факт, что он, якобы, был незаконнорожденным сыном бедного крестьянина, чтобы подчеркнуть психологическую «неполноценность» Клемента. Скорее всего, это выдавание желаемого за действительное. О незаконнорожденных сыновьях и дочерях графьев, князей, помещиков слышать доводилось, но на то они и баре, чтобы принуждать дворовых девушек к сожительству, но с крестьянами такое баловство встречалось крайне редко, в деревнях с этим было строго. Но суть жизни будущего лидера это вряд ли меняет…

С 12 лет Клемент батрачил на местного землевладельца, в 16 лет он уезжает в Прагу в поисках работы, где практически сразу попадает под влияние социалистически настроенной молодежи, а вскоре ему доверяют возглавить один из отрядов молодежного движения социал-демократов. Впрочем, это длится недолго, до начала первой мировой войны, в жернова которой юный Готвальд угодил одним из первых. Так как родная Моравия входила тогда в состав Австро-Венгрии, рядовой Готвальд попадает служить в артиллерию австро-венгерских войск. Сражается со своими будущими учителями, русскими солдатами, не жалея для них снарядов. Но довольно быстро понимает, что война ни к чему хорошему не приведет. Во многом Клементу открыло глаза его ранение, в госпитале, где острая, как бритва, боль войны ощущается по-особому, раненый Готвальд еще больше убеждается в том, что только «пролетариям всех стран» под силу остановить эту бойню.

После возвращения из госпиталя Клемент одной из ночей покидает расположение части и перемахивает через нейтральную полосу, сдавшись в плен русским. На его счастье пленившие его пехотинцы были «заражены» бациллой социализма, а потому перебежчика к стенке не поставили, напротив, угостили кашей и похлопывали по плечу: «Комрат».

Именно Готвальду принадлежит немаловажная роль в том, что из разрозненных коммунистических групп в Чехии удалось создать единую и крепкую организацию, которая даже в годы буржуазной реакции умудрялась показывать зубы. И коммунистические газеты, такие как, например, «Правда худоби» (насколько я понимаю бедняков, а не крупного рогатого скота, как звучит в украинском), и «Глас люду» выходили исправно. А редактор у них был один — Клемент Готвальд. Конечно, он не имел журналистского образования, зато говорить научился не хуже, чем Цицерон.

На правах редактора он в 1925 году становится членом ЦК КПЧ, а в 1929 году на V съезда КПЧ избирается ее генеральным секретарем. В том же году на выборах в парламент он побеждает в своем избирательном округе и становится членом парламента. Чуть раньше он становится активнейшим участником Коминтерна, а в 1935—1943 годах его секретарем.

Когда в 1938 году было подписано Мюнхенское соглашение и в Чехии оказались гитлеровцы, Готвальд счел за благо поскорее уехать из Праги, занятой врагом. Естественно, он подался в Москву, где продолжал активную деятельность в Коминтерне. Более того, ему удалось сплотить вокруг себя коммунистических беженцев, эта группа получила название заграничный руководящий центр КПЧ. Помните, совсем недавно был рассказ о Юлиусе Фучике. Он остался в Праге, а Готвальд отсиживался в Москве. Как известно, когда над головой рвутся снаряды, руководить работой значительно легче.

Не подумайте, что я ерничаю, в конце концов, это было внутренним делом чешских коммунистов, решать, где должен быть командир, впереди на лихом коне, или в тылу. Для сравнения, в двух словах военная биография Густава Гусака. В годы Второй мировой войны — лидер нелегальной коммунистической партии в находившейся под властью немцев Словакии, в 1940—1943 годах находился в заключении. В 1944 году принимал участие в подготовке антифашистского Словацкого национального восстания. Кстати, Густав Гусак был репрессирован именно Готвальдом, а в 1954 даже был приговорен к пожизненному заключению как приверженец «словацкого буржуазного национализма», что не помешало ему потом практически 20 лет руководить Чехословакией.

В родную страну Готвальд вернулся уже после ее освобождения частями Красной Армии, сделал многое для того, чтобы в Чехословакии было установлено просоветское правительство. В феврале 1948 года руководил деятельностью ЦК КПЧ по срыву заговора буржуазной реакции против народно-демократической власти. После февральских событий 1948 года сформировал новое правительство, очищенное от буржуазных заговорщиков. С 14 июня 1948 года — президент Чехословацкой Республики и главнокомандующий вооруженными силами. Он автор расхожего лозунга: «С Советским Союзом на вечные времена!».

А теперь о самом интересном. Еще во время жизни Готвальда он становится почетным гражданином нескольких чешских и словацких городов. Один из них, 10-тысячный Ланшкроун в Пардубицком крае Чехии, у подножья Орлицких гор, не был исключением, отдав таким образом уважение Готвальду. Но каково было удивление чешских журналистов, когда они вдруг обнаружили, что еще одним почетным гражданином Ланшкроуна является… Адольф Гитлер. Дотошные журналисты потребовали объяснений у местного мэра — Мартина Косталя. Тот пожал плечами: «Мы не превозносим Гитлера и не восхищаемся им, но историю переписывать не позволим!». Вот так!

И никто не посмел возражать, не то, что памятники с пьедестала стаскивать!

Обновлено 29.02.2008
Статья размещена на сайте 28.02.2008

Комментарии (1):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: