Юрий Москаленко Грандмастер

Какой подарок себе к 20-летию Великой Победы сделал Вадим Кожевников?

В ночь с 21 на 22 апреля 1909 года, 100 лет назад, на заимке под Нарымом Томской губернии у супруги ссыльного Михаила Кожевникова Надежды начались роды. Шансы на то, чтобы спасти младенца, были невысоки — кто бы занимался роженицей в глуши? А счастливый отец не растерялся: роды принял сам, обеспечив необходимые антисептические меры. Так что ни матери, ни ребенку ничего не угрожало. Ребенка, кстати, назвали Вадимом, в честь одного из героев романа Михаила Юрьевича Лермонтова.

В двух словах о самом Михаиле Петровиче Кожевникове. Он родился и жил в Екатеринодаре (ныне — Краснодар), будучи юношей, увлекся идеями марксизма, четырежды арестовывался харьковскими и ростовскими жандармами за хранение нелегальной литературы, был сослан в Томскую губернию, где познакомился с будущей супругой, тоже ссыльной.

Лотерейный билет с выигрышными номерами…

Михаил Кожевников - отец будущего писателя. Фото 1901 года Когда сыну исполнилось полгода, Михаила Петровича отпустили обратно в Екатеринодар, но он пробыл на родине недолго. Сослался на то, что срок ссылки жены подходил к концу только в августе 1910 года и написал рапорт томскому губернатору с просьбой вернуться в этот губернский город. Свою просьбу подкрепил желанием поступить в местный технологический институт.

Ему разрешили приехать, но поступил он в 1910 на медицинский факультет Томского Императорского университета, а по его окончании в 1916 году устроился работать врачом. В Февральской и Октябрьской революции участия не принимал, был мобилизован белыми, за что потом был исключен из РСДРП, пытался восстановиться, но из этого так ничего и не вышло. Зато «подарил» сыну очень уважаемую в пролетарском государстве строку в биографию в графе «происхождение». С каким наслаждением Вадим Михайлович вписывал то «из ссыльных», то «из политических заключенных». В те времена это был почти что лотерейный билет с выигрышными номерами…

Во всяком случае, в Московский государственный университет на факультет литературы и этнологии Кожевников-младший поступил без проблем. И еще в студенческие годы опубликовал свой первый рассказ, который назывался «Порт». Впрочем, сказать, что уже тогда у Вадима чувствовалась рука мастера — значит погрешить против истины, ведь писатель — как румяное яблочко: ему нужно вызреть, «налиться» мастерством, другое дело, что яблоки бывают разных сортов — есть дички, от которых кривятся, а есть культурные…

Перо приравнивали к штыку

Вадим Кожевников и летчик-истребитель Герой Советского Союза Г. Д. Онуфриенко Чуть-чуть приоткрыл дверцу своего таланта Кожевников в самом конце 30-х годов. А потом была война, на которую начинающий писатель отправился в качестве военного корреспондента газеты «Правда». Если кто-то полагает, что на войне это — не самая трудная профессия, могу уверить: суждение ошибочное. Как-то в начале 80-х годов мне посчастливилось пообщаться со знаменитым мастером фотохроники Великой Отечественной войны Евгением Халдеем (именно его работа «Знамя Победы над рейхстагом» говорит больше о нем, чем собственная фамилия). Евгений Ананьевич пояснил: «Нас, фотографов и журналистов, гитлеровские снайперы „выцеливали“ в первую очередь, знали, что наше слово и фотография страшнее, чем танковый полк…»

Кожевников на войне был одержим. Он пробирался в самые передовые подразделения, несколько раз чудом избежал гибели. Военкор искал что-то такое, что позволило бы наиболее ярко раскрыть русский характер. И его сборники «Рассказы о войне» и «Март-апрель», вышедшие в грозном 1942 году, стали одними из наиболее ярких в литературе периода начала Великой Отечественной войны. Тогда еще только создавались такие произведения, как «Они сражались за Родину»…

Кстати, именно рассказ «Март-апрель» был практически сразу после написания экранизирован, а это произведение сравнивали ни больше ни меньше, с военной прозой Льва Толстого, в частности, с «Севастопольскими рассказами». Забегая вперед, скажу, что до конца войны Вадим Михайлович выпустил еще несколько сборников. И каждый раз он по-прежнему на первое место ставил вечного труженика войны — солдата. Что не могло не вызывать уважения со стороны бойцов и командиров.

В апреле 1945 года Вадим Кожевников вместе с передовыми отрядами советских войск вступает в Берлин. Бои носили очень ожесточенный характер, но писатель не берег себя, его часто видели там, где трусы просто умерли бы от страха. И сразу четыре боевых ордена — яркое свидетельство того, что его ценили.

Иоганн Вайс «родился» в Берлине?

Вадима Кожевникова все считали жгучим красавцем. Но женился он только в 36 лет... Позже, Вадим Михайлович сознался, что идея создания большого эпического произведения, посвященного разведчикам, возникла именно в поверженном Берлине. Он вдруг подумал, что вот так, многомиллионной группировкой очень легко взять любую осажденную крепость, а каково быть тем, кто приближал эту победу изнутри, находясь в полном окружении врагов, причем, не находясь в «спячке», а активно работая, ежесекундно рискуя собственной жизнью.

Было ли у писателя еще тогда, в мае 1945 года, ощущение того, что это будет разведчик Иоганн Вайс? Скорее всего, нет. «Личности» тогда писатель еще не прорабатывал. Но то, что войну нужно показывать с разных сторон — эта мысль, повторюсь, зародилась именно тогда.

После войны, ставший благодаря своей военной прозе признанным мастером, Вадим Михайлович назначается редактором журнала «Знамя». В понимании многих людей, редактор — это венец в журнальной или газетной деятельности. Но нельзя забывать и о том, что вдумчивый редактор, целеустремленный, привлекая к сотрудничеству талантливых людей, часто оказывается не только в роли «вершителя судеб», но и прилежным учеником. Вбирая и впитывая по частице от того или иного таланта, перенимая какие-то методы, формы, творческие приемы. Не учатся на этой должности только самые недалекие люди.

От военной тематики Кожевников плавно перешел к общечеловеческой. Ему было важно понять, кто были его старшие товарищи, из-за чего они так упорно боролись с царизмом, пусть даже сгорали в этой борьбе, но от этой маленькой искры возгорелось большое пламя. Роман в двух частях «Заре навстречу» был посвящен томской ссылке отца, он во многом автобиографичен, хотя, честно говоря, не думаю, что сегодня найдется слишком много охотников его перечитать, он так и остался в своем «отсеке»…

И, наконец, какой подарок сделал себе Вадим Кожевников к 20-летию Великой Победы. Он поставил окончательную точку в своем лучшем романе, который называется «Щит и меч». И пусть сейчас некоторыми людьми разведчик Александр Белов (он же Иоганн Вайс) воспринамется, как лубочная картинка, мол, у него нет никаких слабых мест, перед Кожевниковым стояла задача сделать образец для подражания, и он прекрасно справился с этой задачей. Не без помощи консультанта Александра Святогорова.

Владимир Басов вернул «должок»…

Фильм "Щит и меч" в первый год его проката посмотрели десятки миллионов зрителей Конечно, в чем-то Вадиму Михайловичу повезло. В те времена из-под пера мастеров слова выходило немало подобных произведений. Но именно на «Щит и меч» обратил свое внимание известный актер и режиссер Владимир Басов. Он уважал Кожевникова еще со времен войны, когда в декабре 1941 года в студеные дни вместе с боевыми прикрывал щели блиндажа немецкими трупами, чтобы не замерзнуть…

И какой блестящий актерский состав подобрал Владимир Павлович, доверив первую скрипку начинающим, но ярким Олегу Янковскому и Станиславу Любшину. Они словно были созданы для этих ролей.

Кожевников написал еще немало произведений. Но они сегодня остались «за кадром» — такова, к сожалению, планида писателя средней руки. Но разве он в этом виноват? Другие вообще ничем в памяти не остаются.

Деньги в газетке от тов. Сталина…

А закончить рассказ о Вадиме Кожевникове хочется небольшим эпизодом, рассказанным его дочерью. С фронта, в сорок втором, по распоряжению Сталина были призваны в Москву, к Верховному главнокомандующему, два военных корреспондента: Твардовский, прославившийся «Василием Тёркиным», и Кожевников, у которого был опубликован рассказ «Март-апрель». Их щедро наградили — французский коньяк и что-то, завернутое, в газету. Оказалось, деньги.

Вадим, ликуя, к родителям прибежал. Мама, Надежда Георгиевна, как узнала, так и закричала: «Что-о-о?! Он посмел тебе деньги совать, в газете?! Негодяй!»

То, что в свое время Михаил Петрович Кожевников помогал бежать из ссылки, из Томского края, Иосифу Джугашвили, и даже был сфотографирован с ним вместе — была без преувеличения «мина замедленного действия». До этого факта в любое время могли докопаться, расстрелять Кожевникова-старшего и каким-то образом задеть и сына. Может быть, и это обстоятельство каким-то образом влияло на творчество Вадима?

На эти вопросы теперь никто не ответит. Умер Вадим Михайлович 20 октября 1984 года, почти четверть века назад…

Статья опубликована в выпуске 21.04.2009
Обновлено 26.06.2009

Комментарии (13):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Галина Кан Читатель 26 июня 2009 в 20:17 отредактирован 23 мая 2018 в 04:17

    Юрий Москаленко, интересно, интересно... Если представится возможность поработать над этим, не сомневаюсь, что можно найти документальный след.

    • Галина Кан, может быть Вы с моей подачи и станете первооткрывателем? Адрес Владислава Степановича и телефоны я могу переслать. Профессору будет приятно. что его помнят в Томске. Согласны?

  • Юрий Москаленко, Вам тоже успехов и новых тем

    • Галина, спасибо большое. Кстати, а что есть в Томске о жизни и учебе в нем профессора Владислава Малаховского? Ведь его-то должны помнить, он был депутатом горсовета в студенческие годы. Это были 1950-1953 годы. Не сочтите за труд почитать статью: http://www.narodjournal.ru/proslavlenniezemliaki/206-2009-04-28-14-04-14.html
      Всего наилучшего!
      Мне очень хочется, чтобы у меня в Томске были не враги, а друзья!

  • Галина Кан Читатель 26 июня 2009 в 11:00 отредактирован 26 июня 2009 в 11:02

    Юрий Москаленко, к сожалению не имею времени да и, честно говоря, не вижу смысла, вступать здесь в полемику. Я со своей стороны сделала все возможное, чтобы восстановить историю томского периода семьи Кожевниковых (заметьте, документально, т.е. если я пишу, что писатель родился в Тогуре, а не в Нарыме, то основываюсь на записи в подлинном документе и др.) .
    1. Один из Ваших источников - публикации на сайте Ф. Вергасова, информация по названному периоду предоставлена ему мной, включая некоторые фото (жаль, только, что и там у него вкрались ошибки).
    2. Мною подготовлено несколько публикаций
    по семье Кожевниковых, включая сообщения на конференциях, статью в только что вышедшей Томской областной энциклопедии, а также см. www.lebed.com/2008/art5394.htm (последняя одобрена Надеждой Кожевниковой).
    3. В Томске продолжают отмечать юбилей писателя. Например, 27.06. на ТВ "Ученые записки" с телеочерком о Кожевниковых и моим в нем участием.
    Ну, а что касается фактических ошибок в Вашем очерке, то укажу только на такой факт: М.П. Кожевников прибыл в ссылку бывшим (отчисленным) студентом 1-го курса Харьковского технологического. Очень был далек от медицины, не правда ли? Врачом он стал после окончания ссылки в 1910-1916 гг.
    И еще скажу, что хотя первая моя реакция на Ваш материал была негативная, в одном Вы правы, и за это спасибо. Вы один из немногих, кто отмелил 100-летие писателя. А фигура его в нашей литературе далеко не однозначна, как представляют многие СМИ, и заслуживает внимания.

    • Галина, Вы только не обижайтесь. Сколько раз бывало, что человек берет не "свою" тему, расписывает ее так, как ему кажется верным, но на самом деле вводит читателей в заблуждение. Конкретный пример. В предпоследнем номере центрального выпуска "А и Ф" прошла информация о том, что один дяденька на перифирии изобрел, который позволяет определять наличие в комнате или на любом участке улицы. На основании этого его "обзвали" самым компетентным биоэнергетиком России.
      Не понимаю, зачем нужно было изобретать прибор, если биоэнергетики работают рамками и эта "бандура" им ни к чему. А далее он начал расказывать русские народные сказки. И ни слова о том, что люди-то имеют различную энергетику, назовем ее условно, положительную или отрицательную. И там, где "плюсу" комфортно, минусы загибаются, и наоборот.
      А без этого знания все эти "бандуры" теряют смысл!
      Теперь по существу. Людей, которые любят работать в архивах, остается все меньше и меньше. Вы без меня знаете, что это такое. Я бы это назвал научным подвигом. И поэтому я рад, что энтузиасты вроде Вас существуют!
      А ошибки. Где их не бывает? Поверьте, я все делал без злого умысла.
      Всяческих Вам благ и творческих находок!

  • Автор с богатым воображением и отсутствием меры ответственности в отношении биографии известного человека - Вадима Кожевникова. Сумбурная компиляция из текстов Интернета с искажением подлинных фактов. Жаль, что это может пойти дальше "гулять" по Интернету.

    • Марианна Власова Марианна Власова Бывший главный редактор 26 июня 2009 в 10:10

      Галина Кан, у нас принято критиковать фактический материал таким образом: цитата из статьи и правильный вариант. И тогда редакция внесет поправки.

    • Юрий Москаленко Юрий Москаленко Грандмастер 26 июня 2009 в 08:56 отредактирован 26 июня 2009 в 10:14

      Галина, большое спаибо, что нашли в себе силы ознакомится с моей версией.
      Уж не знаю, что именно вызвало столь бурную реакцию, но, пор сути, любой рассказ о человеке, которого нет, своеобразная компиляция, основанная на каких-то уже известных или ставших известными фактами. Возьмите Пушкина, Лермонтова, Толстого и иже с ними. Что уж говорить о Кожевникове?читать дальше →

  • Юрий, замечательная статья.

    Оценка статьи: 5

  • Книга, немного примитивная, но в свое время несколько раз читал её с большим интересом. 5

    Оценка статьи: 5

  • А "Знакомьтесь, Балуев" было в школьной программе

    Оценка статьи: 5