Юрий Москаленко Грандмастер

Какой подарок себе к 20-летию Великой Победы сделал Вадим Кожевников?

В ночь с 21 на 22 апреля 1909 года, 100 лет назад, на заимке под Нарымом Томской губернии у супруги ссыльного Михаила Кожевникова Надежды начались роды. Шансы на то, чтобы спасти младенца, были невысоки — кто бы занимался роженицей в глуши? А счастливый отец не растерялся: роды принял сам, обеспечив необходимые антисептические меры. Так что ни матери, ни ребенку ничего не угрожало. Ребенка, кстати, назвали Вадимом, в честь одного из героев романа Михаила Юрьевича Лермонтова.

В двух словах о самом Михаиле Петровиче Кожевникове. Он родился и жил в Екатеринодаре (ныне — Краснодар), будучи юношей, увлекся идеями марксизма, четырежды арестовывался харьковскими и ростовскими жандармами за хранение нелегальной литературы, был сослан в Томскую губернию, где познакомился с будущей супругой, тоже ссыльной.

Лотерейный билет с выигрышными номерами…

Михаил Кожевников - отец будущего писателя. Фото 1901 года Когда сыну исполнилось полгода, Михаила Петровича отпустили обратно в Екатеринодар, но он пробыл на родине недолго. Сослался на то, что срок ссылки жены подходил к концу только в августе 1910 года и написал рапорт томскому губернатору с просьбой вернуться в этот губернский город. Свою просьбу подкрепил желанием поступить в местный технологический институт.

Ему разрешили приехать, но поступил он в 1910 на медицинский факультет Томского Императорского университета, а по его окончании в 1916 году устроился работать врачом. В Февральской и Октябрьской революции участия не принимал, был мобилизован белыми, за что потом был исключен из РСДРП, пытался восстановиться, но из этого так ничего и не вышло. Зато «подарил» сыну очень уважаемую в пролетарском государстве строку в биографию в графе «происхождение». С каким наслаждением Вадим Михайлович вписывал то «из ссыльных», то «из политических заключенных». В те времена это был почти что лотерейный билет с выигрышными номерами…

Во всяком случае, в Московский государственный университет на факультет литературы и этнологии Кожевников-младший поступил без проблем. И еще в студенческие годы опубликовал свой первый рассказ, который назывался «Порт». Впрочем, сказать, что уже тогда у Вадима чувствовалась рука мастера — значит погрешить против истины, ведь писатель — как румяное яблочко: ему нужно вызреть, «налиться» мастерством, другое дело, что яблоки бывают разных сортов — есть дички, от которых кривятся, а есть культурные…

Перо приравнивали к штыку

Вадим Кожевников и летчик-истребитель Герой Советского Союза Г. Д. Онуфриенко Чуть-чуть приоткрыл дверцу своего таланта Кожевников в самом конце 30-х годов. А потом была война, на которую начинающий писатель отправился в качестве военного корреспондента газеты «Правда». Если кто-то полагает, что на войне это — не самая трудная профессия, могу уверить: суждение ошибочное. Как-то в начале 80-х годов мне посчастливилось пообщаться со знаменитым мастером фотохроники Великой Отечественной войны Евгением Халдеем (именно его работа «Знамя Победы над рейхстагом» говорит больше о нем, чем собственная фамилия). Евгений Ананьевич пояснил: «Нас, фотографов и журналистов, гитлеровские снайперы „выцеливали“ в первую очередь, знали, что наше слово и фотография страшнее, чем танковый полк…»

Кожевников на войне был одержим. Он пробирался в самые передовые подразделения, несколько раз чудом избежал гибели. Военкор искал что-то такое, что позволило бы наиболее ярко раскрыть русский характер. И его сборники «Рассказы о войне» и «Март-апрель», вышедшие в грозном 1942 году, стали одними из наиболее ярких в литературе периода начала Великой Отечественной войны. Тогда еще только создавались такие произведения, как «Они сражались за Родину»…

Кстати, именно рассказ «Март-апрель» был практически сразу после написания экранизирован, а это произведение сравнивали ни больше ни меньше, с военной прозой Льва Толстого, в частности, с «Севастопольскими рассказами». Забегая вперед, скажу, что до конца войны Вадим Михайлович выпустил еще несколько сборников. И каждый раз он по-прежнему на первое место ставил вечного труженика войны — солдата. Что не могло не вызывать уважения со стороны бойцов и командиров.

В апреле 1945 года Вадим Кожевников вместе с передовыми отрядами советских войск вступает в Берлин. Бои носили очень ожесточенный характер, но писатель не берег себя, его часто видели там, где трусы просто умерли бы от страха. И сразу четыре боевых ордена — яркое свидетельство того, что его ценили.

Иоганн Вайс «родился» в Берлине?

Вадима Кожевникова все считали жгучим красавцем. Но женился он только в 36 лет... Позже, Вадим Михайлович сознался, что идея создания большого эпического произведения, посвященного разведчикам, возникла именно в поверженном Берлине. Он вдруг подумал, что вот так, многомиллионной группировкой очень легко взять любую осажденную крепость, а каково быть тем, кто приближал эту победу изнутри, находясь в полном окружении врагов, причем, не находясь в «спячке», а активно работая, ежесекундно рискуя собственной жизнью.

Было ли у писателя еще тогда, в мае 1945 года, ощущение того, что это будет разведчик Иоганн Вайс? Скорее всего, нет. «Личности» тогда писатель еще не прорабатывал. Но то, что войну нужно показывать с разных сторон — эта мысль, повторюсь, зародилась именно тогда.

После войны, ставший благодаря своей военной прозе признанным мастером, Вадим Михайлович назначается редактором журнала «Знамя». В понимании многих людей, редактор — это венец в журнальной или газетной деятельности. Но нельзя забывать и о том, что вдумчивый редактор, целеустремленный, привлекая к сотрудничеству талантливых людей, часто оказывается не только в роли «вершителя судеб», но и прилежным учеником. Вбирая и впитывая по частице от того или иного таланта, перенимая какие-то методы, формы, творческие приемы. Не учатся на этой должности только самые недалекие люди.

От военной тематики Кожевников плавно перешел к общечеловеческой. Ему было важно понять, кто были его старшие товарищи, из-за чего они так упорно боролись с царизмом, пусть даже сгорали в этой борьбе, но от этой маленькой искры возгорелось большое пламя. Роман в двух частях «Заре навстречу» был посвящен томской ссылке отца, он во многом автобиографичен, хотя, честно говоря, не думаю, что сегодня найдется слишком много охотников его перечитать, он так и остался в своем «отсеке»…

И, наконец, какой подарок сделал себе Вадим Кожевников к 20-летию Великой Победы. Он поставил окончательную точку в своем лучшем романе, который называется «Щит и меч». И пусть сейчас некоторыми людьми разведчик Александр Белов (он же Иоганн Вайс) воспринамется, как лубочная картинка, мол, у него нет никаких слабых мест, перед Кожевниковым стояла задача сделать образец для подражания, и он прекрасно справился с этой задачей. Не без помощи консультанта Александра Святогорова.

Владимир Басов вернул «должок»…

Фильм "Щит и меч" в первый год его проката посмотрели десятки миллионов зрителей Конечно, в чем-то Вадиму Михайловичу повезло. В те времена из-под пера мастеров слова выходило немало подобных произведений. Но именно на «Щит и меч» обратил свое внимание известный актер и режиссер Владимир Басов. Он уважал Кожевникова еще со времен войны, когда в декабре 1941 года в студеные дни вместе с боевыми прикрывал щели блиндажа немецкими трупами, чтобы не замерзнуть…

И какой блестящий актерский состав подобрал Владимир Павлович, доверив первую скрипку начинающим, но ярким Олегу Янковскому и Станиславу Любшину. Они словно были созданы для этих ролей.

Кожевников написал еще немало произведений. Но они сегодня остались «за кадром» — такова, к сожалению, планида писателя средней руки. Но разве он в этом виноват? Другие вообще ничем в памяти не остаются.

Деньги в газетке от тов. Сталина…

А закончить рассказ о Вадиме Кожевникове хочется небольшим эпизодом, рассказанным его дочерью. С фронта, в сорок втором, по распоряжению Сталина были призваны в Москву, к Верховному главнокомандующему, два военных корреспондента: Твардовский, прославившийся «Василием Тёркиным», и Кожевников, у которого был опубликован рассказ «Март-апрель». Их щедро наградили — французский коньяк и что-то, завернутое, в газету. Оказалось, деньги.

Вадим, ликуя, к родителям прибежал. Мама, Надежда Георгиевна, как узнала, так и закричала: «Что-о-о?! Он посмел тебе деньги совать, в газете?! Негодяй!»

То, что в свое время Михаил Петрович Кожевников помогал бежать из ссылки, из Томского края, Иосифу Джугашвили, и даже был сфотографирован с ним вместе — была без преувеличения «мина замедленного действия». До этого факта в любое время могли докопаться, расстрелять Кожевникова-старшего и каким-то образом задеть и сына. Может быть, и это обстоятельство каким-то образом влияло на творчество Вадима?

На эти вопросы теперь никто не ответит. Умер Вадим Михайлович 20 октября 1984 года, почти четверть века назад…

Обновлено 26.06.2009
Статья размещена на сайте 20.04.2009

Комментарии (13):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Галина Кан Читатель 26 июня 2009 в 20:17 отредактирован 23 мая 2018 в 04:17

    Юрий Москаленко, интересно, интересно... Если представится возможность поработать над этим, не сомневаюсь, что можно найти документальный след.

    • Галина Кан, может быть Вы с моей подачи и станете первооткрывателем? Адрес Владислава Степановича и телефоны я могу переслать. Профессору будет приятно. что его помнят в Томске. Согласны?

  • Юрий Москаленко, Вам тоже успехов и новых тем

    • Галина, спасибо большое. Кстати, а что есть в Томске о жизни и учебе в нем профессора Владислава Малаховского? Ведь его-то должны помнить, он был депутатом горсовета в студенческие годы. Это были 1950-1953 годы. Не сочтите за труд почитать статью: http://www.narodjournal.ru/proslavlenniezemliaki/206-2009-04-28-14-04-14.html
      Всего наилучшего!
      Мне очень хочется, чтобы у меня в Томске были не враги, а друзья!

  • Галина Кан Читатель 26 июня 2009 в 11:00 отредактирован 26 июня 2009 в 11:02

    Юрий Москаленко, к сожалению не имею времени да и, честно говоря, не вижу смысла, вступать здесь в полемику. Я со своей стороны сделала все возможное, чтобы восстановить историю томского периода семьи Кожевниковых (заметьте, документально, т.е. если я пишу, что писатель родился в Тогуре, а не в Нарыме, то основываюсь на записи в подлинном документе и др.) .
    1. Один из Ваших источников - публикации на сайте Ф. Вергасова, информация по названному периоду предоставлена ему мной, включая некоторые фото (жаль, только, что и там у него вкрались ошибки).
    2. Мною подготовлено несколько публикаций
    по семье Кожевниковых, включая сообщения на конференциях, статью в только что вышедшей Томской областной энциклопедии, а также см. www.lebed.com/2008/art5394.htm (последняя одобрена Надеждой Кожевниковой).
    3. В Томске продолжают отмечать юбилей писателя. Например, 27.06. на ТВ "Ученые записки" с телеочерком о Кожевниковых и моим в нем участием.
    Ну, а что касается фактических ошибок в Вашем очерке, то укажу только на такой факт: М.П. Кожевников прибыл в ссылку бывшим (отчисленным) студентом 1-го курса Харьковского технологического. Очень был далек от медицины, не правда ли? Врачом он стал после окончания ссылки в 1910-1916 гг.
    И еще скажу, что хотя первая моя реакция на Ваш материал была негативная, в одном Вы правы, и за это спасибо. Вы один из немногих, кто отмелил 100-летие писателя. А фигура его в нашей литературе далеко не однозначна, как представляют многие СМИ, и заслуживает внимания.

    • Галина, Вы только не обижайтесь. Сколько раз бывало, что человек берет не "свою" тему, расписывает ее так, как ему кажется верным, но на самом деле вводит читателей в заблуждение. Конкретный пример. В предпоследнем номере центрального выпуска "А и Ф" прошла информация о том, что один дяденька на перифирии изобрел, который позволяет определять наличие в комнате или на любом участке улицы. На основании этого его "обзвали" самым компетентным биоэнергетиком России.
      Не понимаю, зачем нужно было изобретать прибор, если биоэнергетики работают рамками и эта "бандура" им ни к чему. А далее он начал расказывать русские народные сказки. И ни слова о том, что люди-то имеют различную энергетику, назовем ее условно, положительную или отрицательную. И там, где "плюсу" комфортно, минусы загибаются, и наоборот.
      А без этого знания все эти "бандуры" теряют смысл!
      Теперь по существу. Людей, которые любят работать в архивах, остается все меньше и меньше. Вы без меня знаете, что это такое. Я бы это назвал научным подвигом. И поэтому я рад, что энтузиасты вроде Вас существуют!
      А ошибки. Где их не бывает? Поверьте, я все делал без злого умысла.
      Всяческих Вам благ и творческих находок!

  • Автор с богатым воображением и отсутствием меры ответственности в отношении биографии известного человека - Вадима Кожевникова. Сумбурная компиляция из текстов Интернета с искажением подлинных фактов. Жаль, что это может пойти дальше "гулять" по Интернету.

    • Марианна Власова Марианна Власова Бывший главный редактор 26 июня 2009 в 10:10

      Галина Кан, у нас принято критиковать фактический материал таким образом: цитата из статьи и правильный вариант. И тогда редакция внесет поправки.

    • Юрий Москаленко Юрий Москаленко Грандмастер 26 июня 2009 в 08:56 отредактирован 26 июня 2009 в 10:14

      Галина, большое спаибо, что нашли в себе силы ознакомится с моей версией.
      Уж не знаю, что именно вызвало столь бурную реакцию, но, пор сути, любой рассказ о человеке, которого нет, своеобразная компиляция, основанная на каких-то уже известных или ставших известными фактами. Возьмите Пушкина, Лермонтова, Толстого и иже с ними. Что уж говорить о Кожевникове?читать дальше →

  • Юрий, замечательная статья.

    Оценка статьи: 5

  • Книга, немного примитивная, но в свое время несколько раз читал её с большим интересом. 5

    Оценка статьи: 5

  • А "Знакомьтесь, Балуев" было в школьной программе

    Оценка статьи: 5