Сергей Курий Грандмастер

Кого немецкий поэт Л. Уланд назвал весной, за которой не последовало осени?

18 ноября 1827 года, через 8 дней после рождения второй дочери, за 11 дней до своего 25-летия и за полтора месяца до выхода своего, третьего по счёту, «Альманаха сказок», скончался Вильгельм Гауф.

Памятник Вильгельму Гауфу около замка Лихтенштейн недалеко от Штутгарта Steffen Kaufmann, ru.wikipedia.org

С героем этой статьи у меня связано очень яркое и конкретное детское воспоминание. То ли во втором, то ли в третьем классе я пребывал в пионерском лагере, и наша вожатая завела обычай после отбоя читать всему отряду вслух сказки Вильгельма Гауфа.

Надо сказать, что в те времена среди советских детишек были чрезвычайно популярны так называемые страшилки — этакое народное творчество о всяких красных руках и гробах на шести колёсиках — творчество безыскусное, но для детской психики очень впечатляющее. Страшилок я тогда знал изрядное количество, а вот представление о творчестве Гауфа ограничивалось экранизациями — мультфильмом о Маленьком Муке и телепостановкой про Карлика-Носа.

Сознательно или случайно, но в руках вожатой оказалась не адаптированная выжимка, а самый что ни на есть полный сборник немецкого сказочника. И в полусумраке зазвучали истории о корабле мертвецов (первая, услышанная мною версия легенды о «Летучем Голландце»), каменном сердце, враче, отрезавшем голову живой девушке и Вильгельме Коршуне, завёрнутом в шкуру убитой коровы. Видно было, что это чтение увлекает саму вожатую. Что до нас, то мы и вовсе лежали заворожённые, и после окончания чтения долго не могли заснуть. Воспоминание было настолько яркое, что я не успокоился, пока не отыскал (совсем недавно) именно то самое издание сказок Гауфа, которое слушал летней ночью 30 лет назад.

И у меня появился повод снова взглянуть (теперь вместе с вами) на творчество и жизнь немецкого сказочника.

Первое, что поражает при знакомстве с биографией Вильгельма Гауфа — это, конечно, малый срок жизни. При всём при том, что жизнь у него сложилась вполне успешная и перспективная, без особых житейских трагедий или любовных мук.

Наш герой родился 29 ноября в 1802 году в Штутгарте — городке крохотного Вюртембергского герцогства. В те времена Германия представляла собой своеобразное лоскутное одеяло подобных минигосударств, недаром герой новеллы Гауфа «Портрет императора» воскликнет: «О, Германия, Германия, твоя беда в твоей раздробленности!».
Только одно событие омрачило детство Гауфа — когда ему было 7 лет, умер его отец. Случилось это вскоре после выхода Августа Гауфа из… тюрьмы. А ведь всё начиналось так хорошо — он был секретарем в Министерстве иностранных дел, пока подозрительный герцог Вюртембергский не упёк его за решётку по какому-то навету, обвиняющего отца Гауфа в принадлежности подпольной революционной организации. Хотя через год честное имя Августа было восстановлено, а он сам освобождён, пребывание в тюрьме подорвало его здоровье…
Считают, что отзвуки этой трагедии отразились на сказке об оклеветанном Маленьком Муке и неблагодарном короле, всё королевство которого, как и Вюртемберг, настолько мало, что его можно пройти за 8 часов.

Но маленький Гауф не мог тогда наградить обидчика семьи длинным носом и ослиными ушами. После смерти отца всё семейство Гауфов переехало в Тюбинген, в дом деда по материнской линии. Любимым занятием Вильгельма стало чтение книг из обширной дедушкиной библиотеки, а затем — их вольный пересказ своим двум младшим сёстрам.

Видимо, уже тогда он почувствовал писательское жжение, но… Денег у семьи было немного, и было решено, что полноценное университетское образование получит старший брат Вильгельма — Герман. Младшему же брату пришлось поступить на факультет теологии и философии — единственный, где была государственная стипендия.

Конечно, никаким пастором или богословом Вильгельм становиться не собирался. В университете зарекомендовал себя энергичным забиякой и даже стал предводителем студенческой компании, называвшей себя «факелоносцы» (мол, огненные порывы души и всё такое) и носившей красные штаны. Как и многие студенческие братства, они в меру проказничали и однажды даже выкрасили красной краской ноги статуи святого Георгия.

В 1824 году после окончания университета Вильгельм продолжает мечтать о писательской карьере, а пока устраивается репетитором к детям барона Эрнста Юген фон Хёгеля. Именно для этих детей он и начал сочинять свои оригинальные сказки. Баронесса фон Хёгель слушала репетитора с не меньшим удовольствием, чем дети, и предложила Вильгельму записать и издать все эти выдумки.

Уговаривать Гауфа не пришлось, и прямо перед Новым годом из печати вышел «Альманах сказок на 1826 год для сыновей и дочерей образованных сословий». Сказки имели стабильную популярность, и издавать подобные альманахи в начале года стало для писателя традицией. Жаль, недолгой…

Выходу «Альманаха» предшествовал небольшой скандал. В 1825 году вышел роман «Человек с Луны», подписанный именем Генриха Клорена — автора модной сентиментальной «попсы». На самом же деле роман был написан Гауфом и являлся откровенной издевательской пародией на приторный стиль вышеупомянутого Клорена. Был суд, Гауф уплатил 50 талеров, но взамен его имя впервые громко прозвучало в литературном обществе.

Хотя писатель и не подозревает о скором конце, он творит с огромной скоростью — пишет множество новелл и стихотворений (два из которых — «Заря, заря, ты зовешь меня к ранней смерти» и «Встаю я в темную полночь» — станут народными песнями). А в 1826 году Гауф, наконец, обретает литературную славу «немецкого Вальтера Скотта» после публикации исторического романа «Лихтенштейн». Популярность романа была столь велика, что в 1840 году герцог фон Ульрих даже выстроит в неоготическом стиле замок Лихтенштейн, описанный в книге.

Объективности ради, стоит уделить несколько слов и столь «некошерной» теме, как антисемитизм Гауфа. На самом деле писатель в этом вопросе совершенно не оригинален. Неприязненное отношение к евреям у немцев было довольно распространено — допустим, коллега Гауфа — Гофман — тоже изображал этот народ с язвительной иронией (возможно, не все догадываются, что жадный и малоприятный Мош Терпин из «Крошки Цахеса» — еврей). Но Гауфу повезло меньше: по его новелле «Еврей Зюс» в нацистской Германии был снят фильм, естественно, сильно подправленный и более «идеологически выдержанный», чем первоисточник. Поэтому с оглядкой на прискорбные события ХХ века о некоторых сторонах творчества немецких писателей XIX века умалчивают. Так зачем об этом пишу я?

Дело в том, что везде указывается, что «Альманахи» Гауфа включают в себя 14 сказок. В моей же книге, как я ни считал, их выходило тринадцать. Оказалось, что выпавшая сказка называлась «Еврей Абнер, который ничего не видал», где лукавый герой с поразительными дедуктивными способностями перехитрил сам себя, за что был нещадно бит (видно, к вящей радости слушателей). Понятно, что советская цензура с её принципами интернационализма подобное не пропустила, ну, а после развала СССР сказку уже напечатали — и даже под одной обложкой с «Евреем Зюсом», что о многом говорит.

Но оставим скользкие темы и вернёмся к Гауфу.

К 1827 году Гауф становится редактором престижной газеты «Morgenblatt» («Утренний листок»), и теперь может позволить себе женится на своей кузине Луизе, с которой давно был обручён. Казалось бы — живи, твори и радуйся, но в ноябре того же года Вильгельм слёг в постель с брюшным тифом. И 18 ноября — через 8 дней после рождения второй дочери, за 11 дней до своего 25-летия и за полтора месяца до выхода его 3-го «Альманаха сказок» писатель умирает…

Немецкий поэт Людвиг Уланд с горечью пишет: «Он не изведал осени, но уже его весна дает понять, какие плоды принесла бы осень».

Впоследствии, слава Гауфа поутихнет, многие критики напишут, что его литературный талант значительно уступает тому же Новалису или Гофману. Но имя писателя не забыто до сих пор — во многом благодаря именно сказкам. О сказках же мы поговорим отдельно, в следующий раз

Обновлено 18.11.2012
Статья размещена на сайте 14.11.2012

Комментарии (8):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Сергей, Вы прям в затруднительное положение ставите .
    Разве достаточно для Ваших блестящих статей простого "СПАСИБО"? А как ещё сказать, не знаю...

  • Сергей, я и не знала, что Гауф умер таким молодым. Действительно, у него было просто поразительное воображение, а в сказках есть какая-то мрачная притягательность. В детстве я обожала Карлика-Носа, я очень переживала за Якова. Другие более жуткие сказки про корабль я прочитала уже в более старшем возрасте. Мне повезло с учительницей литературы.
    Не хочу брюзжать, но сейчас снимают столько всяких тупых детских мультиков типа блокбастеров, все мелькает перед глазами, сюжет развивается по одинаковой рамке,юмор плоский. Почему бы действительно вместо эпопеи про Мадагаскар не сделать мультик по сказкам Гауфа? Неудивительно, что дети тупеют и становятся расторможенными, после таких нервных мультиков.

    Оценка статьи: 5

    • Татьяна Черных,
      Да вот сняли в России в году эдак 2003-м мульт "Карлик-Нос". Но как-то не впечатлил - карамель какая-то диснеевская. Советские мульты хороши (но совершенно не страшные). "Мук" вообще вышел исключительно юморной (сразу вспоминается песня короля "А кто не любит быстрый бег / Тот ненормальный человек"). Дело не в том, по какой книге снимают - а кто и как снимает.

    • Татьяна Черных, есть мультфильмы по Гауфу - "Мук-скороход" и "Халиф-аист". Но не торопитесь детям показывать, сначала сами эти страшилки посмотрите. Да и сказки перечитайте. Не детские они.

  • Замечательно!
    Спасибо.

    Оценка статьи: 5

  • Спасибо! С удовольствием прочитала статью - утро началось с приятных эмоций.
    С уважением,

    Оценка статьи: 5