Юрий Москаленко Грандмастер

Что мы знаем о Сакко и Ванцетти?

23 августа 1927 года, 80 лет назад, были казнены на электрическом стуле рабочий обувной фабрики Никколо Сакко и торговец рыбой Бартоломео Ванцетти.

О них мы бы вряд ли что узнали, если бы не один умник, предложивший назвать фабрику по производству карандашей в Москве именами этих двух итальянских эмигрантов, приехавших в США почти за 20 лет до трагической развязки. Ни один, ни второй не имели к карандашам абсолютно никакого отношения, но их имена золотом были выбиты на гранях этого приспособления для письма. А советские дети, для которых русский язык не был родным, читая по слогам буквы этих фамилий, неизменно думали: «Какой сложный этот русский, язык сломаешь…»

Еще более удивительно: то преступление, которое приписывается этим двум товарищам, они, похоже, не совершали. Но провели в тюремном заключении ни много, ни мало семь с небольшим лет. Такого длительного процесса история, наверное, не знает. Даже суд над Слободаном Милошевичем, спустя десятилетия, прошел в более короткие сроки…

Но вернемся к началу этой истории. 15 апреля 1920 года в штате Массачусетс (США) были ограблены и убиты двое служащих обувной фабрики, везшие зарплату рабочим. Всего было похищено 15776 долларов. Спустя несколько дней по обвинению в убийстве и грабеже были арестованы 29-летний Сакко и 32-летний Ванцетти, активисты рабочего движения, руководившие забастовочной борьбой. У обоих во время ареста было найдено огнестрельное оружие.

Понадобилось порядка года, чтобы признать подозреваемых виновными в этом преступлении. 14 июля 1921 года суд присяжных вынес вердикт о виновности Сакко и Ванцетти и приговорил их к смертной казни. Под шумок по всей Америке полиция громила левые организации и тысячи рабочих-иммигрантов депортировались из страны. Но дело Сакко и Ванцетти было шито такими «белыми» нитками, что американская интеллигенция решила грудью встать на их защиту. Был создан специальный комитет, который занялся сбором средств на приглашение самых опытных адвокатов. Всего было собрано порядка 400 тысяч долларов!

Не осталась в стороне и пресса. Материалы, рассказывающие о ходе процесса, практически не сходили со страниц не только американских, но и многих европейских стран. И как говорит русская народная пословица: «Чем дальше в лес, тем больше дров». Чем больше времени проходило, тем становилось очевиднее — свидетели (их «подтянули» сразу 53 человека, как будто Сакко и Ванцетти специально собирали «толпу» для того, чтобы открыть огонь по кассирам) путаются в показаниях, противоречат друг другу, а некоторые не скрывают, что были щедро «простимулированы». Сыр-бор разгорелся еще тот. Американские власти были вынуждены отложить казнь…

Масло в огонь подлило признание Челестино Мадероса, члена гангстерской шайки, в совершении этого преступления. Случилось это пять лет спустя после роковых выстрелов, в 1925 году. Мадерос даже показал, что спустя неделю после убийства открыл счет на 2800 долларов, эта была часть похищенных у кассиров денег.

Но американская фемида уже «закусила удила», и это признание даже не рассматривалось в качестве официального свидетельства. Было объявлено, что гангстер специально берет вину на себя для того, чтобы выгородить двух итальянских эмигрантов. Судья Вебстер Тэйер и прокурор Фердинанд Кацман продолжали твердо гнуть свою линию, не считаясь даже с самыми очевидными фактами.

В день вынесения смертного приговора во всех столицах мира спонтанно прошли демонстрации протеста. А в Париже толпа чуть не взяла штурмом американское посольство. Свои протесты против вынесения смертного приговора писали такие выдающие люди того времени, как Альберт Эйнштейн, Бернард Шоу, Томас Манн. Но даже это обстоятельство никак не повлияло на решение привести приговор в исполнение. В этих трех словах: «Казнить нельзя помиловать», запятая была поставлена после слова «казнить».

Была назначена и дата казни. 3 августа 1927 года Сакко и Ванцетти перевели в камеру смертников. Апелляции к главе государства также оказались тщетными: президент Кулидж категорически отказался от какого-либо вмешательства в дело…

На похороны Сакко и Ванцетти 25 августа 1927 года пришло огромное количество людей. Спустя десятилетия после казни о них писали песни и баллады. Говорят, лучшая была написана композитором Эннио Морриконе на слова Джоан Баэз «О Никколо и о Барте — мучениках, погибших за идею справедливости».
Красной нитью через всю песню прошла мысль: «Никколо и Барт, Ваша агония — это ваш триумф…»

«Трагедия Сакко и Ванцетти, — написал вскоре после казни Альберт Эйнштейн, — должна оставаться незаживающей раной на совести человечества».

Обновлено 13.08.2007
Статья размещена на сайте 12.08.2007

Комментарии (9):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: