Владимир Рогоза Грандмастер

Был ли Пушкин добросовестным чиновником?

Казалось бы, «солнце русской поэзии» и рутинная чиновничья служба, как их можно совместить. Но после выпуска из Лицея Пушкин в общей сложности 12 лет находился на службе, имел чины не только статские, но и придворный. В статье, да простят меня почитатели его таланта, практически не буду касаться творчества поэта, а расскажу, как ему пришлось уживаться с российской чиновнической структурой.

Выпускники Лицея получали по выпуску престижные назначения, да и чины не малые, если учесть их возраст. Окончивший Лицей по второму разряду, Пушкин получил чин коллежского секретаря и был направлен на службу в Коллегию иностранных дел. Одновременно с ним туда же поступил Грибоедов. Два великих поэта, но какая разная чиновная судьба. Один стал министром-посланником, а другой не поднялся выше титулярного советника и камер-юнкера.

Чтобы было понятнее — небольшой экскурс в систему российских чинов. Служба в России была четко структурирована «Табелью о рангах» и разделялась на военную, статскую и придворную. Существовало 14 классов чинов, старшим был первый класс, в нем состояли генерал-фельдмаршал и канцлер. А в младшем чине — прапорщик и коллежский регистратор. Пушкин был сразу произведен в чиновника 10 класса, которому на военной службе соответствовал штабс-капитан. По житейским понятиям — старт был удачен. Но службу еще и служить надо, а вот здесь у поэта возникли большие проблемы.

В июне 1817 года Пушкин был приведен к присяге и приступил к рутинной службе, которая для молодых чиновников состояла в переписывании дипломатических депеш, подготовке выписок, различных разовых поручениях. Для его деятельной натуры это было «смерти подобно». Уже в декабре директор Лицея Энгельгардт, следивший за успехами питомцев, отмечал: «Пушкин ничего не делает в Коллегии, он даже там не показывается». А поэта захватил круговорот светской жизни, да и творчество требовало немалого времени. В этот период из-под его пера выходят не только лирические, но и вольнолюбивые стихи, которыми, по мнению власти, поэт «наводнил» Россию. У него произвели обыск, пытаясь найти «крамольные» записи. Александр I даже собирался сослать его в Сибирь. Заступничество Энгельгардта, Карамзина и генерал-губернатора Петербурга Милорадовича спасли поэта от крайностей, но избежать ссылки он уже не мог. В мае 1829 года Пушкин отправился к новому месту службы в Екатеринослав. Служить ему предстояло в Попечительном комитете колонистов южного края, который возглавлял генерал И. Н. Инзов.

Таким Ивана Никитича Инзова изобразил Пушкин С новым начальником Александру Сергеевичу повезло, Инзов в полном смысле «взял его под покровительство и благосклонное попечение», как того требовали из Петербурга. А первое, что сделал Инзов, отправил поэта на 4 месяца отдыхать после столичных передряг. Из «отпуска» Пушкин вернулся уже в Кишинев, где его покровитель к тому времени стал царским полпредом. Службой поэта он не обременял, поручал вести корреспонденцию на французском языке и изредка делать переводы, давал разовые поручения. Зато перед Петербургом неизменно прикрывал, отвечая на запросы, что «г-н Пушкин ведет себя изрядно». О своем начальнике, который, кстати, несколько раз сажал поэта под домашний арест, у Пушкина остались теплые воспоминания.

Прощание Пушкина с морем. С картины Айвазовского В 1823 году Александр Сергеевич перевелся на службу в Одессу, которая по сравнению с захолустным Кишиневом была почти столицей. Поступок явно опрометчивый. Теперь его начальником стал генерал-губернатор граф М. С. Воронцов — человек честный, принципиальный, деятельный, но начисто лишенный сантиментов. В Пушкине он видел только нерасторопного чиновника, к тому же пытающегося ухаживать за его женой. Покрывать проступки поэта граф не собирался, и на запросы из Петербурга давал на него нелестные отзывы, предлагал убрать из Одессы. Служба, как говорится, не пошла. Пушкин подал прошение об отставке, но император распорядился уволить его от службы «за дурное поведение» и сослать в Псковскую губернию, где в Михайловском поэт провел почти два года, всецело посвященные творчеству.

В сентябре 1826 года новый император Николай I вернул поэта из ссылки, взял под «покровительство» и даже попытался привлечь к государственным делам, поручив подготовить записку о народном образовании. Записка была подготовлена, но предложения Пушкина, хотя и носили вполне благонамеренный характер, императору не понравились. Новых поручений не последовало, а поэт получил относительную свободу. Он смог поездить по России и даже посетить Кавказ, где участвовал волонтером в боевых действиях.

В 1831 году Пушкин женился, естественно перед ним стал вопрос о средствах на содержание семьи. Император (сам!) предложил ему вернуться на службу. На службу возвращался другой человек — зрелый, государственно мыслящий. Да и использовать его знания теперь собирались по-другому. Пушкин был тем же чином возвращен в Коллегию иностранных дел, но подчинялся непосредственно императору, который поручил ему работу в архивах с целью создания трудов по истории России. Государь назначил ему «персональную зарплату» в 5 тыс. рублей в год (на юге он получал 700) и особо не докучал контролем. Пушкин так писал об этом одному из друзей: «Царь взял меня на службу — не в канцелярскую или придворную, или военную, нет, он дал мне жалование, открыл мне архивы, с тем, чтоб я рылся там и ничего не делал. Это очень мило с его стороны, не правда ли?».

Насчет «ничего не делал» — поэт лукавил. Он с головой ушел в работу. Уже к весне 1834 года он завершил исследование по истории Пугачевского восстания. Обработав громадное количество материалов, начал писать историю Петра I, собирал материалы для глубокого изучения других исторических тем. Параллельно писал стихи, поэмы, прозу, в которых широко использовал полученные исторические сведения. Его отношение к делу было оценено императором. Уже через месяц по возвращении на службу ему дают следующий чин титулярного советника, в январе 1833 года вручают диплом академика Императорской Российской академии наук. А вот о следующем статском чине поэта у исследователей нет единого мнения. Дело в том, что с лета 1835 года Пушкин подписывается в официальных документах как коллежский асессор (чин 8 класса), сведений же о производстве его в этот чин в официальных документах нет. Возможно, было устное распоряжение императора о производстве, которое по какой-то причине не было официально оформлено.

Пушкин на балу в камер-юнкерском мундире. С картины Н. Ульянова Особо стоит остановиться на придворной службе поэта. В конце 1833 года он был произведен в камер-юнкеры. Государь не собирался этим его обидеть или унизить. Николай был служакой и не мог дать чин, перескочив для этого через несколько классов. Камер-юнкер соответствовал 9 классу, в котором тогда состоял Пушкин, следующий же придворный чин камер-фурьер соответствовал 7 классу. Придворный чин, несомненно, доставлял поэту массу хлопот. Его не привлекали к непосредственному исполнению камер-юнкерских обязанностей, но он вынужден был присутствовать на придворных церемониях, надевая для этого мундир, а также формально подчиняться обер-камергеру.

За свою службу, если судить о ней как о подъеме по чиновничьей лестнице, Пушкин достиг не многого. Ровесники значительно обогнали его в чинах. Но в иерархии российской словесности он был на недоступной для других вершине. И в период, когда ему представилась возможность совмещать службу и творчество, он так много сделал и для нашей литературы, и для нашей истории. И чины — это просто исторический факт, для нас же Александр Сергеевич как был, так и останется навечно великим российским Поэтом.

Обновлено 27.10.2007
Статья размещена на сайте 4.10.2007

Комментарии (46):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: