Юрий Москаленко Грандмастер

«Что делать?» – подумали «современники» о пропаже рукописи. Что придумали?

20 февраля 1863 года, 140 лет назад, один небогатый петербургский чиновник прогуливался по Литейному проспекту Северной Пальмиры. Внезапно его внимание привлек серый пакет, который лежал рядом со стеной дома. Любопытства ради «маленький человек» поднял сверток, развернул его и обнаружил конверт. После того, как и он был вскрыт, на свет появилась стопка исписанной бумаги.

«Что делать?» — прочитал чиновник на первом листе. — Глава первая… И что же мне делать? Ладно, возьму домой, а дальше, как бог на душу ляжет…

А в это время в журнале «Современник» царил подлинный переполох. Дело в том, что томящийся в Петропавловской крепости Николай Гаврилович Чернышевский сообщил, что несколькими днями ранее он через следователя передал пакет с началом рукописи санкт-петербургскому обер-полицмейстеру, с тем, чтобы последний отдал написанное Александру Николаевичу Пыпину, двоюродному брату писателя, работавшему в журнале «Современник». Но рукопись в руки брата так и не попала.

Что с нею сталось? Ради того, чтобы уточнить судьбу рукописи журнала, А. Н. Некрасов даже записался на прием к обер-полицмейстеру, но тот сделал удивленные глаза, мол, ни о какой рукописи понятия не имею! Некрасов не сдавался и добился того, чтобы к начальнику был вызван тот самый следователь. Но и он не протянул Некрасову рукопись, пояснив, что передал ее с курьером, а тот пакет выронил по дороге…

Когда о «потере» сообщили Николаю Гавриловичу, он просто вскипел: «Я уже дописываю вторую главу, что мне теперь прикажете, по памяти восстанавливать первую?». Положение и впрямь было незавидное, ведь казематы Петропавловской крепости отнюдь не напоминали променады итальянского острова Капри, где спустя несколько десятков лет прогуливался, выстраивая в уме свои будущие произведения, первый пролетарский писатель Максим Горький.

«Что делать?» — тихо спросил у брата Пыпин. «Делайте, что хотите, — махнул рукой Николай Гаврилович, — но пока не найдете рукопись первой главы, я писать не буду…

 — А ведь и не будет писать! — сказал Александр Николаевич, — уж я-то его характер знаю.
И опять, в который раз, был произнесен сакраментальный вопрос…

Было решено дать объявление в газеты с предложением выплатить очень большое вознаграждение тому, кто найдет рукопись. Случайно или нарочно на эту заметку наткнулся наш чиновник. Честность оказалась вознагражденной. После вручения денежной премии рукопись попала в редакцию журнала «Современник». Работа над романом была продолжена…

Но всем ли так везет? Обратимся к истории. Самый свежий пример привел не так давно писатель Эдвард Радзинский. В пору, когда «рукописи» перестали быть рукописными, а стали компьютерными, он поставил последнюю точку в романе, посвященном последнему российскому императору и его семье. Выключил компьютер. Наутро хотел пробежаться глазами по роману, чтобы кое-что подчистить. Но жесткий диск пришел в негодность. Восстановить документ так и не удалось.

Так же навеки утеряны для истории некоторые рукописи Платона, философа Алексея Лосева, однажды безвозвратно пропал почти 1000-страничный труд академика Сахарова. Не увидим мы никогда и большую часть архива знаменитого автора «Декамерона» Боккаччо.

А бывает и так, что рукописи всплывают тогда, когда, казалось бы, утеряна последняя надежда. Так случилось с «Тихим Доном» Михаила Шолохова: рукопись первых частей была обнаружена только спустя 55 лет после того, как писатель отдал их на хранение одному из своих друзей. Совершенно неожиданно всплыла в архивах одного их театров неизвестная рукопись пьесы Довлатова.

Как же сберечь рукопись, которая особенно вам дорога? Если она существует в электронном виде, ее можно самостоятельно размножить и «разложить» яйца по разным гнездам, отдав на хранение людям, которым вы доверяете. В этом случае у вас не будет проблем с хранением.

Один из способов, если, конечно, рукопись защищена авторским правом, разместить ее на одном из сайтов. Тогда «пожар» в одном отдельно взятом компьютере вам не страшен. Но лучший способ никто не отменял — в изданном виде рукописи хранятся лучше всего…

А вообще, один из авторов сценария «Веселых ребят» Владимир Маас любил повторять: «Чтобы приготовить рагу из зайца, надо, как минимум, иметь кошку». Не стесняйтесь писать — пусть даже ваше произведение на первый взгляд, кажется, вот-вот мяукнет. Пройдет время, и, быть может, вас оценят…

Обновлено 20.02.2008
Статья размещена на сайте 14.02.2008

Комментарии (5):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • неожиданна всплыла - неверное окончание, имхо.

    Не стесняйтесь писать – пусть даже ваше произведение на первый взгляд, кажется, вот-вот мяукнет. Пройдет время, и, быть может, вас оценят…
    "Если можешь не писать, лучше не писать."
    Графомания - порок.

  • Спешу зловредно в хорошую ОЧЕНЬ статью влить чашу дегтя.

    Панаева, помнится, описывала историю по-другому - рукопись потерял сам Некрасов. В чем другом, а в этом я б поверила лучше Панаевой - она была современницей и даже очевидицей событий.

    "редакция "Современника" в нетерпении. ждала рукописи Чернышевского. Наконец она была получена из Петропавловской крепости со множеством печатей, доказывавших ее долгое странствование по разным цензурам.

    Некрасов сам повез рукопись в типографию Вульфа, находившуюся недалеко - на Литейной около Невского. Не прошло четверти часа, как Некрасов вернулся и, войдя ко мне в комнату, поразил меня потерянным выражением своего лица.

    - Со мной случилось большое несчастье, - сказал он взволнованным голосом, - я обронил рукопись!

    Можно было потеряться от такого несчастья, потому что черновой рукописи не имелось: Чернышевский всегда писал начисто, да если бы у него и имелась черновая, то какие продолжительные хлопоты предстояли, чтобы добыть ее!

    Некрасов в отчаянии воскликнул:

    - И черт понес меня сегодня выехать в дрожках, а не в карете!.. И сколько лет прежде я на ваньках возил массу рукописей в разные типографии, и никогда листочка не терял, а тут близехонько, и не мог довести толстую рукопись!

    Некрасов не мог дать себе отчета, в какой момент рукопись упала с его колен:

    - Задумался, смотрю: рукописи нет; я велел кучеру повернуть назад, но на мостовой ее уже не было, точно она провалилась сквозь землю... Что теперь мне делать?

    Я поторопила Некрасова написать объявление в газеты о потере рукописи и назначить хорошее вознаграждение за ее доставку. Некрасов назначил 300 руб. награды [211]. Он глухо обозначил, что это была за рукопись, так как ему, понятно, не хотелось, чтобы в литературной среде узнали о его потере и воспользовались этим для неблагоприятных толков; и он просил меня не говорить пока никому о случившемся.

    Некрасов так был взволнован, что не мог обедать, был то мрачен и молчалив, то вдруг начинал говорить о трагической участи рукописи, представляя себе, как какой-нибудь безграмотный мужичок поднял ее и немедленно продал за гривенник в мелочную лавку, где в ее листы завертывают покупателям сальные свечи, селедки, или какая-нибудь кухарка будет растапливать ею плиту и т.п.

    На другое утро объявление было напечатано в "Полицейских Ведомостях", и Некрасов страшно волновался, что никто не является с рукописью в редакцию.

    - Значит, погибла она! - говорил он в отчаянии и упрекал себя, зачем он не напечатал объявление во всех газетах и не назначил еще больше вознаграждения.

    В этот день, по обыкновению, Некрасов обедал в Английском клубе, потому что там после обеда составлялась особенная партия коммерческой игры, в которой он участвовал. Он хотел остаться дома, но за ним заехал один из партнеров и почти силою увез с собой.

    Некрасов перед своим уходом пришел на мою половину и просил меня немедленно прислать за ним в клуб, если кто явится с рукописью, и удержать это лицо до его возвращения.

    Не прошло четверти часа после его отъезда, как лакей пришел сказать мне, что какой-то господин спрашивает редактора. Я поспешила выйти в переднюю и увидала пожилого худощавого господина, очень бедно одетого, с отрепанным портфелем под мышкой. Можно было безошибочно определить, что он принадлежит к классу мелкого чиновничества. Я его спросила - не рукопись ли он принес?

    - Да-с... по объявлению... желаю видеть-с самого г. редактора, - конфузливо отвечал он".


    И там была не стопка бумаги.

    Вот объявление: "Потеря рукописи. В воскресенье, 3 февраля, во втором часу дня, проездом по Б.Конюшенной от гостиницы Демута до угольного дома Кангера, а оттуда через Невский проспект. Караванную и Семеновский мост до дома Краевского, на углу Литейной и Бассейной, обронен сверток, в котором находились две прошнурованные по углам рукописи с заглавием: "Что делать". Кто доставит этот сверток в означенный дом Краевского к Некрасову, тот получит пятьдесят рублей сер.".

    Оценка статьи: 5

    • Спасибо, Люба! Это очень пролило свет на это темное дело. Возможно, я пользовался источником, в котором изначально хорошее КГБ обливала грязью царских сатрапов. А отсюда и разночтение. Но версия Панаевой, наверное, действительно, вызывает доверие. Пусть будет виноватым Некрасов! Даже великие иногда бывают простофилями...

      Оценка статьи: 5

      • Сейчас Дмитрий Набоков сожжет рукопись "Оригиналов Лауры" великого Набокова. Мы стоим в комитете за против. Пока готовлю статью. Вот уже знаешь, что неоконченный шедевр есть, где-то лежит и бездарь эта имеет право это сжечь. После смерти Веры Набоковой он - последняя инстанция. Не знаю, хорошо ли сейчас дать статью в ШЖ: масла подлить или русского читателя призвать не сжигать. Думаю еще. А вы говорите. Горят рукописи. Его не впустили в коммуналку, кою устроили из квартиры его отца. Обиделся на всю Россию. Мы помогали ему в Рождествене сделать музей Набокова. Американцы умоляют не жечь, а он, гордый и таинственный, будет жечь,геростратик такой вшивый. Природа отдыхает на втором поколении вовсю. ДРРРРРРРРРыхнет!
        А если бы "Что делать" потерялась, я бы только порадовалась. Это же надо было, чтобы такую бездарь как Чернышевского вообще публиковали. И наше детство было бы избавлено он снов веры простите Палны и маразмов Чернышевского. Это же николай островский времен Николая. Мнение никому не навязываю, но меня от него блюет. А Набокова жалко. Спалит ведь, придурок. Знаете, что он сказал? "я! с! русскими! не! разговариваю!" А?

        Оценка статьи: 5

        • А вот там, где потомки получают право сжигать рукописи и, например, отправлять на костер по выбору хоть Чернышевского, хоть Ленина - там с полным правом палят и Набокова. Нет управляемой демократии, есть просто демократия.
          Что делать - неплохое литературное произведение, и контекст времени без него многое утратил бы. Потерял. А потери для культуры нехорошо. Опять же, на этой книге для перевертывания юных революционеров столько уже стоит в мировой культуре. Тот же Набоков - великую книгу написал, основываясь именно на Чернышевском, его житейской истории, его отношениях с литературой. И слава Богу, что оба они есть у нас - и Набоков, и Чернышевский. От этого вкуснее жить.

          Вообще же, это интересный мотив в литературе - взаимоотношения детей с наследием отца.

          Оценка статьи: 5