Юрий Москаленко Грандмастер

Почему мы забываем своих героев?

Мы продолжаем нашу летопись о героях Великой Отечественной войны и каждый раз открываем для себя новых людей, которые перед лицом страшной опасности не изменили ни стране, их воспитавшей, ни себе. Более того, они вели за собой других в те минуты, когда гитлеровцы кричали из огромных репродукторов: «Сопротивление бесполезно! Сдавайтесь!».

Сегодня наш рассказ об одном из руководителей обороны Брестской крепости, Иване Николаевиче Зубачёве. Но вначале лирическое отступление. Как-то во время поездки в Гданьск я заметил, что поляки очень трепетно относятся к памяти о войне, и в числе одной из самых славных страниц истории называют защиту Вестерплятте. Оказалось, что это самое Вестерплятте находится в окрестностях Гданьска, и уже на следующий день мы с одним из профессоров местного университета отправились на это овеянное славой место.

Признаться, я рассчитывал увидеть нечто похожее на Брестскую крепость, но оказалось, что это было укрепленное трехэтажное здание, воздвигнутое поляками накануне фашистского вторжения (именно здесь произошел первый бой Второй мировой войны, если считать за ее начало 1 сентября 1939 года). В этом караульном городке (извините, что я его так назвал, да не обидятся на меня поляки) насчитывалось что-то около 200 человек. Мой гид назвал цифру: 169 защитников, в Интернете я встречал «завышенные» данные — порядка 210 человек.

В течение семи дней поляки пытались помешать наступавшим гитлеровцам захватить этот караульный городок. В последние дни они чаще ограничивались артобстрелом. Утром 7 сентября майор Сухарский, возглавлявший оборону Вестерплятте, собрал в подвале всех героических защитников и объявил: «Боеприпасы на исходе, продукты тоже, дальше сражаться не имеет смысла». Гарнизон сдался.

Из более чем 200 человек поляки потеряли 15 человек убитыми, еще около 50 бойцов были ранены. Если судить по обычным военным раскладкам: число потерь при штурме составляет 3:1, то немцев должно было погибнуть человек 50. Ну максимум раза в два-три больше. Но никак не 400 человек, как утверждают до сих пор поляки. Но суть не в этом — подвиг героев Вестерплятте (в массовом порядке сдавшихся в плен) тут же стал мощным идеологическим рычагом. И даже первая 1-й танковая бригада Войска Польского была названа именем Героев Вестерплятте.

У нас же с героическими защитниками Брестской крепости сложилось все по-иному. Собственно, об этой обороне стало известно только в феврале 1942 года, когда на одном из участков фронта в районе Орла наши войска разгромили 45-ю пехотную дивизию гитлеровцев. При этом был захвачен архив штаба дивизии. Разбирая документы, захваченные в немецком архиве, наши офицеры обратили внимание на одну весьма любопытную бумагу. Этот документ назывался «Боевое донесение о занятии Брест-Литовска», и в нем день за днем гитлеровцы рассказывали о ходе боев за Брестскую крепость.

В том же году это донесение было перепечатано в газете «Правда», вот так все и узнали о подвиге советских бойцов, которыми руководили майор Гаврилов (на одном из участков), капитан Зубачев и полковой комиссар Фомин.

Сегодня я вкратце расскажу о капитане Иване Николаевиче Зубачеве, тем более, что 28 февраля 2008 года исполняется 110 лет со дня его рождения.
Он родился в большой крестьянской семье в селе Подлесная Слобода Зарайского уезда Рязанской губернии (ныне это Луховицкий район Московской области). Начинал свою трудовую биографию кузнецом, с начала Гражданской войны записался в Рабоче-крестьянскую Красную Армию, в 1918 году стал коммунистом. Окончил Первые московские пулеметные курсы, затем воевал на деникинском и польском фронтах. Участник советско-финской войны в звании капитана и должности командира батальона 44-го полка, затем заместитель командира полка по хозяйственной части. Полк с мая 1941 г. дислоцировался в Брестской крепости…

Во время начала фашистского вторжения Зубачев оказался дома. Наскоро обнял жену и двух сыновей и побежал в крепость. Добрался до участка обороны 44-го полка с большим трудом, гитлеровские мотоциклисты уже перерезали дороги. Был встречен защитниками с большим воодушевлением, так как в первые часы боя царила легкая неразбериха. Сумел организовать оборону по всем правилам военного искусства, что помогло сдерживать натиск наступающего врага.

24 июня, на третий день войны, на пресс-конференции в Берлине министр иностранных дел Германии Риббентроп заявил о том, что сопротивление русских вдоль границы сломлено. Потом командование группы армий «Центр» еще дважды докладывало в Берлине о падении Брестской крепости. А крепость жила, крепость сражалась…

В тот же день на собрании командиров капитан Зубачев был назначен командиром сводной группы обороны крепости (фактически начальником обороны Цитадели); его заместителем был назначен полковой комиссар Е. М. Фомин, о чем был составлен «Приказ № 1». На этом совете Зубачев категорически выступил против планов прорыва, полагая, что Красная Армия скоро должна перейти в контрнаступление и вернуться, а значит, задача гарнизона — оборонять до этого момента крепость.

Но уже на следующий день, исходя из звуков канонады, которая громыхала уже далеко, и количества наступающих, капитан Зубачев понял, что рассчитывать на то, что Красной Армии удастся отвоевать этот плацдарм в скором времени, не приходится. Он подозвал к себе лейтенанта Виноградова и поручил ему возглавить группу прорыва, которая составила 130 бойцов и сержантов. К сожалению, спустя несколько дней, после упорных кровопролитных боев к своим удалось прорваться только 13 бойцам из всей группы.

А капитан Зубачев продолжал руководить обороной. Он практически не спал, шатался от усталости, но в минуты боя преображался. И несколько раз, когда кого-то из пулеметчиков ранило или убивало, сам ложился за пулемет, вспоминая свою боевую юность.

28 июня Иван Николаевич был тяжело ранен в голову, но не покинул своих бойцов. А 30 июня гитлеровцам удалось пробиться к Цитадели, которую они взорвали. Раненые Зубачев и Фомин были откопаны из-под завалов. Полкового комиссара узнал один из предателей и указал на него фашистам: «Комиссар и еврей». Фомина тут же расстреляли. А вот находящегося без сознания Зубачева так никто и не опознал, его отправили в лагерь для военнопленных.

Ивану Николаевичу не суждено было дожить до Победы. Он умер от туберкулеза в лагере Хаммельбург 24 июля 1944 года… ]

Обновлено 28.02.2008
Статья размещена на сайте 18.02.2008

Комментарии (8):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • отсутпление - перепутан порядок букв.
    что-то 200 человек - "около 200 человек" звучало бы лучше.

    Громкое название, тянет на цикл.

  • Спасибо за статью, Юрий. Почему забываем - да потому что уже давно никто ничего не рассказывает.
    Скорее не "забываем", а уже просто не знаем.
    А Вы рассказывайте! И спасибо Вам за это!

  • И это всего лишь 9 дней войны. О, бой. Не помню автора, но еще при большевиках читала большую и скорее заказную книгу об обороне крепости. Что бы там ни было подрисовано красным, насквозь светило одно - крепость держали именно из-за того, что не верили, что армия отступит и что немец сиганул уже далеко. А этих забыли. И что оставалось. Тогда приказа "ни шагу" еще не было, могли бы сдать, толку-то от нее в тылу. Девятая рота к стыду совков. Напрасные жертвы. Вообще где грань между героизмом и просто необходимостью выжить.? Что бы любой из нас делал в забытой в тылу врага в\ч?

    • Что-то не понял про девятую роту?

      Оценка статьи: 5

      • Что именно не понятно?

        • Девятая рота к стыду совков. - это о чем?

          Оценка статьи: 5

          • О том, что только Сов. союз мог позабыть целую роту на вражеской территории драпая. Точно так же с брестской крепостью. Кому нужно было ее держать, когда армия драпанула уже от Бреста до подмосковья и приказа ни шагу назад еще не было. Другое дело что люди в крепости в плен не хотели и не знали, что немец уже к Москве подошел. Эти брестские стволы пригодились бы на действующих участках фронта, а не стены крепости глубоко в тылу врага держать

            • Сударыня! Вы хоть знаете о чем пишете?

              Во первых, СССР не забывал целую роту на вражеской территории. К тому же Советский Союз никуда не драпал. 9 рота 345 ПДП специально была послана на эту высоту, для обеспечения прикрытия колонн на магистрали Гардез-Хост! (См. http://www.pravdao9rote.ru/)
              а то что наснимал бондарчук (даже не хочется писать его фамилию с большой буквы, чтобы не спутали с Бондарчуком, снявшим "Войну и Мир"), полнейшая туфта, где кроме общих названий мало чего правдоподобного!

              Во вторых армия не драпанула, а отступала с тяжелыми боями, нанося, при этом, противнику контрудары. Какой ценой это давалось, и как всем этим руководили - это другой вопрос. А то, что "план Барбаросса" выбился из графика в течении чуть ли не первой недели, это факт! (http://www.volk59.narod.ru/brestkrep.html)

              В третьих, если люди сражаются в окружении, это абсолютно не означает, что они не хотят сдаваться в плен, зная или не зная, где находится противник! А сражаются просто потому, что на ИХ землю пришел ВРАГ, и его надо мочить везде! Включая сортиры, а если ты еще находишься в крепости и тебя есть патроны и есть из чего стрелять - это еще больший для тебя плюс. А если сдать СВОЮ крепость врагу, то ее потом придется отбивать, и тогда преимущество толстых стен будет у врага!

              В четвертых, о каких "брестских стволах" идет речь? Если это крепостные орудия, то их там не было. Брестская крепость, кстати до 1939 года находилась на территории Польши, использовалась, в основном, для расквартирования частей Красной Армии. (http://www.brest.by/ct/page1.html) Если имеются в виду защитники крепости, то см. предыдущий абзац. А оборона крепости это также действующий участок фронта!

              Так что большая просьба, если Вы не в теме, не пишите, пожалуйста, всякую чушь про Советскую Армию.

              Оценка статьи: 5