Галя Константинова Грандмастер

Карл Мария фон Вебер: за что немецкий романтик попал в тюрьму?

Не нужно думать, что «от сумы да тюрьмы не зарекайся» — чисто русская поговорка, отражающая все наше ощущение безнадеги и тщеты усилий. Во все времена случались истории, подтверждающие прихотливость судьбы, и случались даже с самыми успешными людьми. Карл Мария фон Вебер (1786−1826), знаменитый немецкий композитор, основоположник немецкой романтической оперы — тоже не избежал этого испытания.

Карл Мария Фридрих Эрнст фон Вебер (полное имя) родился не то 18, не то 19 ноября 1786 года. Отец его, барон Франц Антон фон Вебер, как говорили злословы, вовсе и не имел права на приставку «фон», тем не менее, числился бароном и, между прочим, был дядей жены Моцарта Констанцы, урожденной Вебер.

Имя Вебера в Германии почитаемо, он является создателем национально-самобытного немецкого музыкального театра. Хороший знакомый Гофмана и Гёте. Автор довольно известных и злободневных афоризмов: «Цивилизованная дикость — самая худшая из всех дикостей», «То, что не стоит прочтения более одного раза, совершенно не заслуживает прочтения».

Среди его произведений — оперы «Рюбецаль», ««Вольный стрелок», «Три Пинто» — завершена Густавом Малером, «Эврианта», «Оберон». Эти оперы для немцев — приблизительно то же самое, что для нас оперы Глинки — «Иван Сусанин» и «Руслан и Людмила». (То есть слушать в театр вряд ли пойдем, но твердо знаем, что есть, и гордимся тем, что русский музыкальный театр стоит в одном ряду с европейским).

С именем Вебера связан ряд историй, которые характеризуют и его самого, и эпоху, в которой он творил.

В двенадцать лет Вебер сочинил свою первую комическую оперу «Сила любви и вина». Жил он, естественно, в родительском доме, и партитура оперы хранилась в шкафу. Вскоре по неизвестной причине этот шкаф сгорел со всем его содержимым. Причем, кроме шкафа, ничего в комнате не пострадало. Вебер воспринял этот случай как знак свыше и решил навсегда отказаться от музыки, посвятив себя литографии. (В возрасте 14 лет он освоил литографический способ печати и даже улучшил его).

Однако, несмотря на ясные предзнаменования, страсть к музыке не проходила, и в 14 же лет Вебер написал новую оперу «Немая лесная девушка». Ее довольно часто ставили потом в Вене, Праге и даже Петербурге. Тогда же Вебер перестал верить в приметы. Хотя, надо заметить, тягу к сверхъестественному он сохранил на всю жизнь, это видно прежде всего по тем либретто, которые он выбирал для своих опер.

Это — довольно известные истории, но есть одна, которую сам Вебер вспоминать очень не любил.

В 20-летнем возрасте Вебер приезжает в Штутгарт, где становится личным секретарем герцога Людвига Вюртенбергского. А надо сказать, что по сравнению даже с военными законами прусского короля, здешний закон о воинской повинности приводил всех в ужас: никто не мог избавиться от военной службы! (Вюртенберг с подачи Наполеона был отдельным королевством). Можно представить себе головную боль бюргеров, у которых призывали старших сыновей, причем, могли забрать прямо с экзаменов. Только королевские слуги смотрели на всех свысока, даже на знать.

У молодого Вебера и у самого были долги, а ему еще приходилось ведать расстроенными финансами герцога. Ко всему прочему, скоро приехал отец композитора (вообще, кажется, тема отношений Вебера с отцом заслуживает внимания психоаналитиков) и тут же изрядно увеличил сумму его долгов, взяв 800 гульденов из герцогских денег. Вебер обратился за помощью к бывшему слуге и скоро получил деньги, написав расписку. А через несколько месяцев был арестован прямо в театре на репетиции своей оперы по обвинению в присвоении чужих денег и — во взяточничестве при вербовке солдат!

Все оказалось очень просто. С расширением военных действий (а немцы неохотно шли в армию Наполеона) богатые жители Вюртенберга стали покупать должности при дворе герцога Людвига. Это было прекрасным дополнением личной казны, но королю-то не доставалось! Виноватым, как всегда, сделали «стрелочника» — считалось, что Вебер обещал кому-то освободить (так и хочется написать «отмазать») сына от армии. Но в отношении композитора обвинения рассыпались, а кто ж будет расследовать деятельность герцога? И дело закрыли.

16 дней, проведенные в тюрьме, явились вехой в жизни Вебера, из юноши он превратился в мужчину, в творца, который точно знает, чего хочет. И сделает это.

Несмотря на некоторые жизненные неприятности, Вебер до конца сохранял приверженность своим идеалам, став одним из корифеев немецкой музыки. Не лишился он и чувства юмора. В газетах появлялись восторженные похвалы в адрес его несравненной музыки. Догадаться, кто их сочинял, нетрудно, и, возможно, это уже не первый случай «само-пиара» в истории. (И уж точно не последний). Что ж делать, Вебер относился к себе с большим уважением, причем настолько, что трое из его четверых детей были названы именами отца-композитора: Карл Мария, Мария Каролина и Каролина Мария. (Хорошо иметь много имен! Можно всех детей назвать строго в свою честь).

Жизнь — непредсказуема. Хотя история богата параллелями. Нужно просто заниматься СВОИМ делом.

Оставим герцогам — герцогово. Но даже если суждено нам служить у герцога, или в крупной корпорации, или просто у дяди Васи, давайте не забывать о своей самости. Не стоит, наверное, отождествлять свою личность с интересами человека, который на данный момент, казалось бы, является чуть ли не хозяином твоей судьбы. Или от которого могут зависеть крайне важные события в твоей жизни. А может, лучше всего, балансируя на грани своих устремлений и чужих интересов, стараться сохранять равновесие? Я не знаю.

Но так часто вспоминается афоризм уже Козьмы Пруткова:
«Если у тебя спросят: что важнее, месяц или солнце? — ответствуй: звезды…»

Обновлено 22.05.2008
Статья размещена на сайте 28.04.2008

Комментарии (2):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: