Валентина Пономарева Грандмастер

Почём был фунт лиха на безымянной высоте? История песни

Сколько безымянных высоток полито кровью наших солдат на фронтах Великой Отечественной — не перечесть! Так что песня об одной из них — память о многих. Но написана она о конкретном боевом эпизоде в полосе наступления 139 стрелковой дивизии.

Это случилось в 1943 г. На исходе лета в дивизию, дислоцировавшуюся в Калужской области, из Сибири прибыло пополнение добровольцев. В ночь на 14 сентября их группа вызвалась выполнить задание по взятию высоты Безымянной (на карте — 224,1) в тылу врага, у поселка Рубежанка. Она господствовала над местностью и являлась ключевой позицией на подступах к Десне, а потому и укреплена была мощно: трижды опоясана траншеями с сильными огневыми средствами.

Вылазка удалась, и задача была выполнена, однако следовавшую за смельчаками роту фашисты отсекли, подтянули дополнительные силы и окружили горстку наших воинов. Восемнадцати бойцам пришлось принять бой с двумя сотнями гитлеровских солдат. Вот имена героев:

Артамонов Александр, рядовой; Белоконов Емельян, парторг; Власов Константин, сержант; Воробьев Гавриил, рядовой; Голенкин Николай, рядовой; Даниленко Николай, сержант; Денисов Даниил, старший сержант; Закомолдин Роман, старший сержант; Касабиев Тимофей (Татари), рядовой; Кигель Борис, сержант; Куликов Иван, рядовой; Лапин Герасим, рядовой; Липовицер Дмитрий (по другим данным — Элюша), рядовой; Панин Петр, старшина; Порошин Евгений, младший лейтенант; Романов Петр, рядовой; Шляхов Дмитрий, рядовой; Ярута Дмитрий, рядовой.

«Дымилась роща под горою,
И вместе с ней горел закат…
Нас оставалось только трое
Из восемнадцати ребят.
Как много их, друзей хороших,
Лежать осталось в темноте —
У незнакомого поселка,
На безымянной высоте».


Они дрались отчаянно (не зря немецкие радиостанции с тревогой называли сибирские полки «русскими медведями»). Н. Голенкин, получив ранение сначала в руку, а потом в живот, поднялся во весь рост и пошел на врага, стреляя из автомата, пока не упал замертво, уже поравнявшись с рядами фашистов.

«Над нами „мессеры“ кружили,
И было видно, словно днем…
Но только крепче мы дружили
Под перекрестным артогнем.
И как бы трудно ни бывало,
Ты верен был своей мечте —
У незнакомого поселка,
На безымянной высоте».


Командир Е. Порошин, видя, что силы боевой группы на исходе, стал подавать ракетой сигналы, вызывая на себя огонь советской артиллерии и миномётов.

«Светилась, падая, ракета,
Как догоревшая звезда…
Кто хоть однажды видел это,
Тот не забудет никогда.
Он не забудет, не забудет
Атаки яростные те —
У незнакомого поселка,
На безымянной высоте».


Выжить удалось лишь двоим, получившим и ранения, и контузию: К. Власов попал в плен, из которого сбежал к партизанам; Г. Лапину удалось доползти до своих. А затем началось наступление советских войск, Безымянная вновь была взята. В числе первых там оказался редактор дивизионной газеты Николай Чайка, он-то и рассказал о случившемся:

«Трудно найти слова, чтобы передать то, что я увидел. Даже в позах шестнадцати уже мертвых героев сохранилась напряженность боя, его ярость. С гранатой, зажатой в руке, с указательным пальцем на спусковом крючке автомата, в лужах собственной и вражеской крови лежали тела героев. Вся высота была буквально завалена осколками, стреляными гильзами, пустыми дисками, касками».

А Герасим Ильич Лапин рассказывал, как ужаснулся, увидев, что гитлеровцы издевались даже над телами погибших:

«У каждого в голове было по два-три пулевых отверстия, черепа проломлены прикладами. Казалось, они и мертвые сражались с врагом. Однако и битых фашистов больше сотни лежало на поле боя».

«Мне часто снятся все ребята,
Друзья моих военных дней,
Землянка наша в три наката,
Сосна, сгоревшая над ней.
Как будто вновь я вместе с ними
Стою на огненной черте —
У незнакомого поселка,
На безымянной высоте».


Мемориал «Безымянная высота» 139-ая стрелковая дошла до Берлина, в атаку её бойцы бросались с криком: «За порошинцев!». Этот призыв слышали Рославль, Могилёв, Кёнигсберг, Гданьск, эти слова были начертаны на рейхстаге…

Поэт Михаил Матусовский воевал на том же участке фронта и тогда же, в 1943-м написал поэму «Безымянная высота». Во время съемок фильма «Тишина» он рассказал эту историю режиссёру Владимиру Басову, и тот попросил его вместе композитором В. Баснером написать песню к этому фильму. Трижды пришлось переписывать мелодию Вениамину Баснеру, трижды отклонял варианты песни В. Басов, но потом музыка пришла сама собой — в поезде. У него не оказалось даже клочка бумаги, и пришлось всю дорогу напевать, чтобы не забыть мелодию.

Так родилась эта песня, сразу получившая всенародное признание, и вскоре авторам пришлось даже доказывать, что написана она не в годы войны, а почти через 20 лет после Победы. А Михаил Матусовский позднее дописал ещё несколько строк к ней:

«На склонах обагренной Волги,
На берегах Москвы-реки
В своих дубленых полушубках
Стояли вы, сибиряки.

Да будет не забыт ваш подвиг,
Как не забыты будут те —
У незнакомого поселка,
На безымянной высоте".




Пусть звучит эта песня снова и снова, сберегая воспоминания о трудном военном времени.
Вечная слава героям!

Статья размещена на сайте 20.05.2008

Комментарии (16):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: