Иван Пазий Мастер

Говорит ли глина?

Камень надежно хранил знаки, но высекать их было не так-то просто. С распространением письма потребовался более удобный материал. К тому же такой, который несложно было изготовить.

В Месопотамии в избытке была вязкая глина, легко формировавшаяся в плоские дощечки. На сырой глине совсем несложно было процарапать рисунок с помощью заостренной камышовой палочки или тростинки. Правда, хлопотно было выводить всякие закругления, кривые, поэтому письменные знаки постепенно превращались в комбинации черточек. Если древнейшие шумерские памятники, написанные во второй половине IV тысячелетия до н. э., носили еще изобразительный характер, то к середине III тысячелетия на смену им пришли таблички, испещренные клинообразными знаками.

Глина, высохнув под лучами солнца, делалась твердой как камень. Она была гладкой и однородной, так как прежде чем делать таблички, ее размачивали в воде, чтобы очистить от соломинок, других примесей, от минеральных солей. Таблички с наиболее важными записями обжигали, после чего они приобретали серый, розовый или черный цвет.

Могущественна и великолепна была некогда шумерская земля. По словам древнего поэта, она определяла божественные законы для всех народов от восхода до заката. Ее украшали сказочные дворцы и храмы, оросительные каналы несли живительную влагу. На ее реки человек впервые спустил парусную лодку, по этой земле прокатилась первая колесница, и ее впервые взрыл плуг… Время разъело прекрасные отливки из бронзы и меди, отвело реки, дававшие жизнь городам, источило несокрушимые стены, а потом похоронило и сами руины — одни холмы остались на месте Ура.

Шумеры, казалось, были забыты навсегда, а их случайно сохранившиеся письмена давно перестали понимать, иной раз принимая за окаменевшие следы птичьих лапок. Однако слишком уж много было таких следов. Редкие европейские путешественники, попадавшие в умирающую Османскую империю в XVIII веке, еще могли видеть величественные развалины Персеполя, таинственные знаки на стенах развалившегося дворца, на статуях и надгробиях.

Датчанину Нибуру пришла в голову счастливая мысль скопировать их и привезти в Европу. Среди ученых сложилось мнение, что открыта неизвестная письменность. Только как читать ее? Слева направо? Сверху вниз? Какой народ говорил на этом языке? Может быть, такого языка не было вовсе, а знаки представляли собой тайнопись жрецов древнего Вавилона?

По удивительному стечению обстоятельств клинопись и иероглифы, хранившие веками тайны двух древнейших цивилизаций, «заговорили» практически одновременно. В 1802 году немец Гротефенд читает первую персепольскую надпись. И это в то же самое время, когда делались попытки расшифровать иероглифы декрета египетских жрецов, высеченного на Розеттском камне.

Раскопки открывали все новые города, дворцы, царские усыпальницы и давали тысячи глиняных табличек: маленькие — «пузатые», размером 3×5 сантиметров, более поздние — плоские, со сторонами около дециметра, большие — до 90 сантиметров в длину. Они содержали законы и бытовые счета, легенды и труды по математике, по медицине, басни, сюжеты которых заимствовал Эзоп…

Находили и корзины, иногда покрытые битумом для защиты от сырости, в которых хранили таблички. Корзины имели соответстующие ярлыки. В знаменитой библиотеке Ашшурбанипала (668−627 годы до н. э.), повелевшего свезти в свою столицу Ниневию памятники древней и новой литературы, отдельные «тома» занимали чуть ли не сотню табличек, пронумерованных по порядку. Каждая из табличек начиналась со строки, которой кончалась предыдущая (похоже на наши старинные книги: первое слово на новой странице повторяло последнее слово предыдущей). На всех табличках имелся библиотечный штамп «Дворец Ашшурбанипала, царя Ассирии, царя четырех стран света».

Кроме глиняных табличек, в Междуречье знали и другие материалы для письма: в XIV веке до н. э. один из жителей Угарита в своем послании просит прислать ему вощеные дощечки. В надписях нововавилонских царей упоминается «алебастровая табличка». Слово, которым поначалу называли деревянные дощечки, перенесли и на другие материалы для письма: слоновую кость, металл. В I тысячелетии в Месопотамию из Египта привозили рулоны папируса.

Но все же ни один из этих материалов не мог соперничать с обычной глиной.
Внутренние стены ассирийских дворцов украшали рельефы с подписями, являвшие картины минувшего в строгой последовательности. Их сравнивают с историческими анналами.

Время в представлении шумеров было как бы вывернуто наизнанку; прошлое убегает от нас вперед; будущее, «заднее», время нас догоняет. Между Тигром и Евфратом, похоже, сошлись эти понятия, и замкнулось кольцо времен, когда будущее вдруг догнало то, что все дальше уходило в прошлое, покрываясь все более толстым слоем песка и забвения. Догнало благодаря тому, что второй раз увидели свет глиняные таблички.

Они позволили нам увидеть мир глазами тех, кто некогда выводил клинообразные знаки. Нельзя сказать, что шумерская цивилизация умерла, — ее достижения стали достоянием многих народов и послужили основой многих современных наук.

Обновлено 16.09.2018
Статья размещена на сайте 10.08.2008

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: