Юрий Москаленко Грандмастер

Что такое шарльеры, и как они двинули вперед авиацию?

7 апреля 1823 года французскую столицу облетела грустная новость — на 77-м году жизни скончался человек, которого сами парижане ласково называли «Последний романтик Парижа». Он был из прошлого, XVIII века, и тем не менее его считали одним из самых прогрессивных людей своего времени. Это был ученый, член Академии наук, в том числе не только французской, профессор, который когда-то пришел в Париж чуть ли не босиком, добился места государственного служащего министерства финансов, а после приезда во Францию знаменитого американца Бенджамина Франклина успешно повторил его опыты и в течение полутора лет настолько продвинулся в деле изучения электричества, что стал выступать с научно-популярными лекциями, собирая огромные аудитории.

Поход в столицу увенчался успехом

Жака Шарля соотечественники ставили на один уровень с орлами... В этих фантастичных на первый взгляд страницах биографии Жака Александра Сезара Шарля нет никакого преувеличения. Родился он 12 ноября 1746 года в Божанси, древнем французском городе в департаменте Луары, в 26 км к юго-западу от Орлеана. Учился в обычной школе, но преуспевал только по одному предмету — математике. В родном городке, в котором проживало менее тысячи жителей, он решил не задерживаться, и еще юношей отправился в Париж. Начинал мелким клерком в магазине, но его математические способности позволили «приподняться» и обратить на себя внимание.

В какой-то мере он был чудаком и романтиком. Далеко не каждый парижанин готов устроить в снимаемой квартире небольшую лабораторию и проводить такие опыты, которые порой ставят под угрозу жизнь. Но Жак был очень рисковым человеком, что с блеском доказал впоследствии.

В конце 70-х годов в Париж приехал Бенджамин Франклин (тот самый, чей портрет украшает стодолларовую купюру), назначенный послом США во Франции в 1776 году с целью добиться с нею союза против общего врага — англичан — а также займа на развитие молодой американской экономики. К тому времени он был известнейший ученый, прославившийся своими опытами по изучению молнии. Но про эти опыты сегодня знают не все, а вот его лозунг: «Время — деньги!» доводилось, наверное, слышать каждому.

Французам очень хотелось показать, что и они не лаптем щи хлебают, а потому срочно начали разыскивать человека, который хоть что-то понимает в научных разработках Франклина. Вот так впервые и обнаружили чудака-Шарля. Ему молодой ученый очень понравился, и они быстро нашли общий язык.

Горячий воздух или водород?

Тот самый легендарный шарльер В то время человечество было одержимо тем, чтобы поскорее подняться в воздух. Но при этом изобретатели предлагали наполнять воздушные шары горячим воздухом. Длительность полета такого шара была сравнительно короткой, так как при остывании воздуха в шаре он стремительно терял скорость и высоту. В отличие от братьев Монгольфье, которые предложили наполнять шар горячим воздухом, Шарль для себя решил, что нужно найти такой газ, который, во-первых, будет легче воздуха (тогда больше шансов на то, что он поднимется выше), а, во-вторых, не будет остывать и терять свои свойства.

Как, вы думаете, разогревался воздух внутри шара? Добела раскаляли металлический прут, а затем заталкивали его вовнутрь шара. Это требовало известной ловкости рук. Побывав на первых опытах братьев Монгольфье, Шарль лишний раз убедился, что их шар (названный впоследствии монгольфьером, если и шаг вперед в таком новом деле, как воздухоплавание, то уж точно не лишен недостатков. Поэтому Жак и не стал бежать вперед телеги, а предпочел «пропустить» вперед братьев Монгольфье, чтобы потом поставить жирный восклицательный знак!

Монгольфье сами рисковать не стали

Растрепанная прическа - единственный минус гения... Да, братья впервые в истории подняли над землей двух пассажиров, которых звали Пилатр де Розье и д’Арланд (человеколюбивый король Людовик XVI настаивал, чтобы первыми «подопытными кроликами» были два преступника, насилу его удалось отговорить), но Шарль поразил публику гораздо больше. Начнем с того, что к первому запуску его шара, который тут же нарекли шарльером, он привез на Марсовое поле целых 25 бочек, часть из которых были наполнены железными опилками, а часть — серной кислотой. От этих бочек к шару потянулись шланги. Как только опилки поливали серной кислотой, в результате реакции происходило образование водорода, которым и заполняли шар.

Справедливости ради следует сказать, что это не был чистый водород, а сероводород, газ, обладающий резким запахом тухлых яиц. И зеваки пришли на пробный запуск, зажимая носы накрахмаленными платочками, смоченными парфюмом. Чтобы не очень отпугивать публику, Шарль привез емкость и с готовым азотом, который собирал в течение четырех дней.

Как крестьяне боролись с нечистой силой

Стоял жаркий вечер (пять часов пополудни), на календаре было 27 августа 1783 года. Шар поднялся на высоту примерно 914 метров (по тем временам абсолютный рекорд), полет Пилатра де Розье и д’Арланда проходил на высоте около 1000 метров, но это было уже 21 ноября, три месяца спустя).

Для того чтобы проследить за движением шарльера, были посланы 45 всадников, но они явно отстали. Между тем шарльер сносило на одну деревушку недалеко от Парижа. За нею в поле трудились несколько десятков крестьян. Каково было их удивление, когда им на голову начало стремительно падать непонятное чудовище, изрыгающее странные звуки, не то вздохи, не то всхлипы. Да еще сильно разящее сероводородом. Тут же раздался призыв взяться за топоры, лопаты и вилы, так как к ним в гости пожаловал сам Вельзевул.

Парни оказались неробкого десятка. Когда к месту приземления добрались всадники, они обнаружили, что «чудище» порублено в мелкие клочки…

Из первого публичного запуска Шарль сделал ряд полезных наблюдений. Прежде всего, люди, которые сидят в корзине воздушного шара, должны уметь им управлять. Для этого им нужно время от времени стравливать воздух и уменьшать вес «летательного аппарата». Для первого в верхней части оболочки шара был устроен специальный клапан, который открывался с помощью конца веревки (его спустили через отверстие внизу шара). Для второго — в корзину укладывались мешки с песком, его высыпали в случае необходимости (а не сбрасывали, как может показаться некоторым, ведь с километровой высоты мешок с песком наберет бешеную скорость и может проломить любую крышу). Третье отличное от монгольфьера новшество: Шарль поместил свой шар в сетку из легкого прочного материала, к которой и привязал корзинку. И, наконец, для того чтобы обеспечить мягкую посадку, Жак на специальном тросе привязал якорь, который опускал при приземлении (он цеплялся за деревья, пни, обеспечивая шарльеру устойчивость).

Прадедушка современных аэростатов

Шарльер в небе - зрелище завораживающее А когда братья Монгольфье запустили первых пассажиров, в отличие от них, Шарль со своим помощником Робером самолично сели в корзинку и поднялись в воздух. Это случилось 1 декабря 1783 года, спустя десять дней после полета Пилатра де Розье и д’Арланда. Первый полет Шарля и Робера продолжался около получаса и достиг высоты 549 метров, а в дальнейшем Жаку удалось подняться на высоту около 3 километров и пролететь расстояние порядка 43 км.

А еще до нового, 1784 года, гламурные дамы Парижа уже презентовали два последних «писка моды» — круглые шляпки а-ля шарльер и огромные, словно надувные, закругленные со всех сторон платья.

Слава Богу, что в Великую французскую революцию голова Жака Шарля уцелела от гильотины. В отличие от Лавуазье. Просто революционный народ тоже был не дурак поглазеть на то, как в воздух взмывает шарльер. Кстати, у французского изобретателя было все так гениально продумано, что современные аэростаты практически ничем не отличаются от шарльеров…

Обновлено 6.04.2009
Статья размещена на сайте 3.04.2009

Комментарии (6):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: