Алексей Норкин Грандмастер

Что общего между Казановой и Гумбертом?

Юрист, поэт, финансист, дипломат, музыкант, математик и даже химик. Имя Джакомо Джироламо Казанова (в России больше известного как Джованни Джакомо Казанова) могло навсегда запомниться как имя представителя одной из этих уважаемых профессий. Но наши современники его чаще поминают как авантюриста и великого соблазнителя. Виной тому мемуары, повествующие о бурной жизни и любви, дарованной автору сто шестнадцатью женщинами на протяжении сорока лет. Был ли такой «результат» выдающимся для XVIII столетия? Скорее нет, но большинство обольстителей скромно помалчивали о своих похождениях, тогда как Казанова рассказал о них всем.

В столице России начала XX века «История моей жизни» Казановы была необычайно популярна. В мемуарах, в числе прочего, описаны и петербургские нравы конца XVIII столетия. Знаменитости Серебряного века — Блок, Ахматова, Цветаева — зачитывались томами «Истории». Не был исключением и юный Владимир Набоков, будущий изобретатель нимфетки и автор «Лолиты». Возможно, приключения авантюриста не просто понравились ему, но и оказали влияние на творчество. Судите сами.

С «дикой Россией» сорокалетний Казанова познакомился в конце 1764 года. «Санкт-Петербург поразил меня своим необычным видом: казалось, будто в европейский город переселены колонии дикарей», — так охарактеризовал он город. Многое в местных нравах поразило итальянца: грязь на широких улицах, обычай крестить детей в проруби, общие для обоих полов общественные бани и беспробудное пьянство.

Спустя полтора столетия в «дикую» для него, помешанную на массовой культуре, Америку из Европы прибывает интеллектуал в том же возрасте, что и Казанова — Гумберт, главный герой «Лолиты». Повстречав живое воплощение своей юношеской любви, малолетнюю Долорес, Гумберт дает девушке новое имя Лолита, и уже не расстается с нею.

Казанова в Петербурге просто купил себе «воспитанницу» Заиру. Трудно предположить, что так называли своих детей представители городской бедноты — вчерашние крестьяне. Скорее всего, Казанова выбрал мелодичное имя взамен неблагозвучного для слуха и неудобного итальянцу для произношения.

Процесс покупки подробно описан в мемуарах. Случайная встреча с красавицей закончилась переговорами с ее родителями, посредником в которых выступил один из новых знакомых Казановы — гвардейский офицер. Цена в 100 рублей показалась нашему соотечественнику непомерной. Но безденежный «интурист» решил, что «это же просто бесценок», и сделка состоялась.

Главным козырем родителей девушки была ее девственность. В справедливости утверждения автор мемуаров убедился, осмотрев девицу тут же, в присутствии отца и посредника.

Душенька, как называл Казанова Заиру (а Гумберт — Лолиту) была счастлива в новой роли. «Хорошенькая, как ангелочек, она была утехой всякого общества, и никто не вникал, дочь она мне, любовница или служанка», — пишет итальянец в мемуарах.

Гумберт, путешествуя по Америке, наслаждался своим чувством, одновременно страдая от «дурного нрава» Лолиты. Доставалось и Казанове. Заира оказалась ревнивицей, скандалы сопровождались драками. Вот как описана одна из сцен: «Я едва успел увернуться от брошенной Заирой бутылки, после чего … она принялась осыпать меня упреками и бросила в лицо колоду карт, по которым будто бы узнала о моей измене».

Любой роман рано или поздно заканчивается. Преемник главного героя у Набокова — Куильти, что созвучно с Ринальди, именем престарелого архитектора, которому уступил Заиру Казанова. «Переуступка прав» произошла без сцен, но при деятельном участии приобретшей опыт девицы. Материальная сторона сделки — ее разработка.

По мнению Заиры, цена ее за время знакомства существенно возросла, ведь теперь она стала обладательницей подарков Казановы, да еще и выучилась разговаривать по-итальянски. Авантюрист вернул пассию семье, не потребовав истраченных на покупку ста рублей, а толстосум Ринальди выкупил Заиру заново.

Лолита и Заира похожи, как возрастом, характером, так и изломанной судьбой. Умаляют ли общие черты значение литературного произведения? Конечно, нет. Как известно, схожие сюжеты в мировой литературе кочуют от одного автора к другому, приобретая под пером мастера неповторимые особенности. Классики не исключение из правил.

Что же Казанова? Под занавес жизни он был практически забыт современниками. Если о нем и вспоминали, то лишь как о брате талантливого художника-баталиста Франческо Джузеппе Казанова, ведь первое издание мемуаров, прославивших авантюриста, вышло через 30 лет после его смерти.

Обновлено 22.05.2009
Статья размещена на сайте 26.04.2009

Комментарии (2):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: