Ольга Сысуева Профессионал

Почему Б.В.Савинкова можно назвать гуманным террористом?

Борис Викторович Савинков родился в г. Харькове в семье известного юриста и актрисы. В семье, помимо Бориса, было двое сыновей — Виктор и Александр, и три дочери: Вера, Надежда и Софья. Семья не знала бед до поступления сыновей в Горный университет, где они оказались в гуще студенческих волнений. Бориса Савинкова, который сам к тому времени был отцом, исключили из университета за беспорядки. В 1899 г., вернувшись в Петербург, он угодил в крепость на пять месяцев, где впервые пробовал заняться литературой.

Потом Борис был отправлен в ссылку в Вологду за то, что он был социал-демократом плехановского толка. В 1903 г. он бежал из Вологды вместе с Иваном Каляевым, знакомым ему еще с гимназических лет и отбывавшим административную ссылку в Ярославле. Савинков бежит в Женеву, где знакомится с лидером эсеров Михаилом Гоцем.

С 1903 г. Савинков участвовал в терроре. На его счету — 27 террористических актов. Однако у Бориса Викторовича была ещё и другая жизнь — жизнь писателя, который в своих стихах и прозе исповедовался и раскаивался в содеянном. По своим литературным произведениям он был близок к поэтам-символистам, долгое время был дружен с Мережковскими, которые и открыли ему путь в большую литературу.

После разоблачения провокации Е. Ф. Азефа, Б. В. Савинков отказывается от идеи террора. За границей он серьёзно занимается литературной деятельностью. С 1909 г. по 1914 г. выходят его знаменитые литературные произведения — «Конь Бледный», «Воспоминания террориста», «То, чего не было». Во всех трёх произведениях автор осуждает идею террора, показывает сильные и слабые стороны характера человека, поднимает философские вопросы.

Когда в 1914 г. начинается первая мировая война, он отправляется военным корреспондентом на фронт в составе французской армии. Итогом его корреспондентской деятельности стала книга рассказов «Во Франции во время войны».

После свержения царского правительства в феврале 1917 г., Савинков возвращается в Россию, где делает на удивление головокружительную карьеру в военном министерстве при Временном правительстве. Однако, после поражения выступления генерала Л. Г. Корнилова в августе 1917 г, Савинков выходит из правительства.

После захвата власти большевиками в октябре 1917 г. Савинков принимает участие в походе Керенского-Краснова на Петроград, после которого бежит на Дон, где помогает М. В. Алексееву создать Добровольческую армию. В 1918 г. он, по заданию Алексеева отправляется в Москву, где создает Союз Защиты Родины и Свободы, и готовит террористические акты против лидеров большевиков.

Из-за давления российских союзников, он в июле 1918 г. поднимает неудачные восстания в Муроме, Рыбинске и Ярославле. Вырвавшись из ярославской тюрьмы, Савинков бежит в Казань, после захвата которой присоединяется к отряду В. О. Каппеля. В Уфе его кандидатура серьезно рассматривалась на лидерство в «Уфимской Директории». Но он предпочел отправиться в Париж с друзьями (супругами Деренталь) через Владивосток и Японию. А в это время Колчак устроил переворот, и Уфимская Директория была свергнута.

За границей Борис Викторович возглавлял бюро «Униок» — агентство печати Колчака. Он встречался с многими видными политиками, договаривался о поддержке белогвардейцев в России, хотя понимал, что их дни сочтены. В 1920 г. Борис Викторович участвует в Советско-польской войне на стороне Польши. В 1923 г. Савинков выпускает продолжение «Коня Бледного» «Конь Вороной», в котором показывает, как гибельна гражданская война для России. В 1924 г. Савинков, возможно, под влиянием окруживших его предателей, покидает пределы Западной Европы, и оказывается в Советской России, где его арестовывают. В тюрьме он продолжает заниматься литературной деятельностью. От его имени большевики на Западе публикуют письмо «Почему я признал советскую власть?», вызвавшее раскол среди эмигрантов. А в мае 1925 г. он был убит (по официальной версии — выбросился из окна).

Несмотря на то, Савинков был одним из «гуманных» террористов, но он выбрал неправильные методы для решения проблем государства. Конечно, с его энергией и талантами, он мог бы принести огромную пользу Родине, но, к сожалению, направил эту энергию не туда. Есть такая поговорка: «поднявший меч, сам от меча и погибнет», и Савинков знал об этом, и чувствовал свою обреченность. Его судьба доказывает, что человек, выбравший путь террора, оказывается не нужным обществу. Но, если бы он не связал себя путами крови невинных людей, неизвестно, кем бы он стал — выдающимся реформатором или известным писателем? Человек, ставший на путь террора, никогда не смоет позора с души, как бы ни раскаивался в этом. Террор — явление, которое нужно искоренять, и с которым нужно бороться. Хочется верить, что общество будущего учтет ошибки общества прошлого, и сильные люди будут действовать во благо государства, а не вопреки ему.

Обновлено 23.01.2007
Статья размещена на сайте 11.01.2007

Комментарии (5):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Комментарий скрыт
    • Алексей Шашкин,**господ революционистов, для которых главным было убить царского сатрапа, никогда не волновало сколько при этом погибнет посторонних людей.**
      Это неправда. Народная Воля, например, чтобы избежать жертв среди посторонних людей, всегда тщательно готовила покушения выбирая для этого самые малолюдные места (Малую Садовую улицу, Каменный мост, Екатерининский канал в Петербурге), хотя в толпе гораздо легче подобраться к намеченной жертве. А народоволец Н. Желваков, желая убедиться, что он убивает именно прокурора Киевского военно-окружного суда, генерала В. С. Стрельникова, которого прозвали прокурор-паук, а не какого-то другого генерала, спросил у самого Стрельникого, точно ли он генерал Стрельников, прежде, чем в упор застрелить его.
      Через два дня после покушения 5 февраля 1880 г., когда погибло несколько солдат царского караула, Исполнительный Комитет «Народной Воли» опубликовал прокламацию: «С глубоким прискорбием смотрим мы на погибель несчастных солдат царского караула, этих подневольных хранителей венчанного злодея...»
      Сами народники считали террор вынужденной мерой, ответом на белый террор царизма: «Когда человеку, хотящему говорить, зажимают рот, то этим самым развязывают руки» (А. Д. Михайлов). «Террор — ужасная вещь, есть только одна вещь хуже террора: это — безропотно сносить насилие» (С.М. Кравчинский). Больше того, народовольцы осуждали террор в демократических странах. Так после покушения анархиста Ш. Гуто на президента США Гарфилда, ИК Народной воли заявил протест: «В стране, где свобода личности дает возможность честной идейной борьбы, где свободная народная воля определяет не только закон, но и личность правителей, в такой стране политическое убийство как средство борьбы есть проявление того же духа деспотизма, уничтожение которого в России мы ставим своей задачей».

  • гуманных террористов не бывает по определению- человек, решившийся убивать других заслуживает не многим больше той участи, которую он приготавливает для других.

    Оценка статьи: 5

  • Неопределенность террористов в своих действиях заставляет задуматься - а зачем они, собственно, мечутся в своей жестокости, как рыба на суше? Лишь для того, чтобы показать миру свое мировоззрение таким образом? Да еще пишут об этом книги! Убеждена, что гуманных террористов не бывает. Но спасибо за раскрытие образа еще одного жестокого деятеля.

    Оценка статьи: 5