Вячеслав Мартин Мастер

Иоанн Грозный или Иван Великий? Обиды юного самодержца

В 1538 году правительница государства Елена Васильевна умирает.

Смерть ее не была внезапной, она перед этим долго хворала, много десятилетий спустя появится гипотеза о том, что правительница была отравлена, но историки Р. Г. Скрынников и В. Б. Кобрин полагают, что это совершенно недостоверно. Сын Елены Васильевны — Иван Грозный, с необычайной нежностью относившийся к памяти своей матери — в своих записках не разу не упоминает о предположительном отравлении.

Уже в наши дни в московском Кремле была проведена экспертиза сохранившихся волос правительницы Елены Глинской, и было установлено, что она все-таки была отравлена, но утверждать, что это на 100% доказанный исторический факт, пока рано.

Далее следует период, который получил название «боярского правления». Сам Иван Васильевич в зрелом возрасте создал легенду о «страшном боярском засилии и его, самодержца, унижении». Иван Грозный был талантливым полемистом и ярким публицистом.

Итак Иван Васильевич пишет: «Питали нас с братом Юрием яко иностранных или яко убожайшую чадь», так что они пострадали «во одеянии и во алкании». Внешние лишения якобы сопровождались моральными обидами. Грозный с негодованием вспоминал, как Шуйские вели себя: «Нам бо во юности детства играюще, а князь И. В. Шуйский сидит на лавке, локтем опершися о постелю отца нашего и ногу положив, к нам же не преклоняяся».

Историк Р. Г. Скрынников относится к этому отрывку с большим сомнением, скорей всего, «Шуйских обиды» напеты родичами первой жены Грозного Анастасии Романовны — Захарьиными, которые единственные из бояр московских сидели на равных в Думе с «княжатами», а в с Шуйскими были «на ножах».

Опекуны, князья Василий Васильевич и Иван Васильевичи Шуйские были назначены последним повелением Василия Ивановича, отца Грозного, не только как «мужи именитые», но и за те особые заслуги, которые они оказали своей долголетней службой государству.

Князь Василий Васильевич Немой-Шуйский — наместник новгородский в 1500−06 годах и вновь — в 1510−14. Стал первым наместником Смоленска 1514−17. В 1514 году Василий Шуйский разоблачил заговор смоленских бояр и епископа, намеревавшихся переметнуться на сторону Литвы. Такая деятельность снискала Василию Шуйскому расположение великого князя Василия Ивановича. Вот почему, умирая, великий князь Василий Иванович именно ему поручил заботиться о своей супруге, о малолетнем сыне и обо всем Московском государстве. В. В. Шуйскому, которого за немногословность прозвали Немым, в тот момент уже исполнилось 55 лет. Через пять лет после смерти Елены Глинской он сверг князя Ивана Овчину-Оболенского, стал на несколько месяцев фактическим правителем Государства с титулом «Наместника московского» и в возрасте 60 лет умер.

Младший брат Немого-Шуйского — князь Иван Васильевич — также был знаменитый полководец, первый воевода передового полка в армии брата, Василия Немого в походе на Полоцк в 1519. Наместник смоленский 1520−1523. Первый воевода Большого полка в войске царя в Казанском походе 1523 года. Наместник двинский 1534−1535. В течение четырех лет после смерти старшего брата он как наместник московский с переменным успехом сражался за верховную власть с князем Иваном Бельским, которого победил, в 1542 году Иван Шуйский умер.

Соперник Шуйских князь Иван Фёдорович Бельский был из литовских выходцев и потомок Гедимина, великого князя литовского. В 1524 году он возглавил поход огромного русского войска на Казанское ханство. В 1530 году вновь был предпринят поход против Казани, и князь Бельский командовал пешим войском, а М. Л. Глинский (дед Грозного по матери) — конницей. В 1533 году Бельский вновь главный воевода, член Верховного Совета. Он находится у постели умирающего Василия III. В 1538−42 годах яростно борется с братьями Шуйскими за первенство в Думе и проигрывает им, сослан на Белоозеро, где тайно убит.

Но, отметим, никогда смертельные враги Шуйские и князь Бельский, в жилах которых текла не менее голубая, чем у юного Ивана Васильевича, кровь, и помыслить не могли, чтобы убить юного самодержца и самим надеть шапку Мономаха. Ведь они трое у постели умирающего Василия Третьего поклялись защитить его вдову и сына и сберечь Государство Российское.

Историк С. Ф. Платонов пишет, что своей смертельной борьбой за власть опекуны показали юному Ивану Васильевичу, как надо себя вести: «Они льстили его дурным инстинктам, хвалили жестокость его забав, говоря, что из него выйдет храбрый и мужественный царь, — и из мальчика вышел испорченный и распущенный юноша, возбуждавший против себя ропот населения». Однако благотворное влияние на подрастающего самодержца оказывал митрополит Макарий, один из самых видных деятелей Русской Церкви той эпохи.

Таким образом, к содержавшимся в записках Ивана Васильевича сетованиям на притеснения в адрес его законных опекунов — князей братьев Шуйских и князя Бельского надо относиться критично.

Записки Грозного написаны им в зрелом возрасте и содержат идеологическое обоснование его жесткой политики по укреплению своей самодержавной власти.

Продолжение следует.

Обновлено 11.07.2015
Статья размещена на сайте 21.08.2010

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: