Виктор Покидько Мастер

Где родился Александр Вертинский?

Удивительно, что так мало известно о таком талантливом человеке и выдающемся артисте, как Александр Вертинский. Вот что написано в Советском Энциклопедическом Словаре 1990-го года издания: «Вертинский Александр Николаевич (1889 — 1957), русский советский артист эстрады. Выступал с 1915 года (с 1919 за рубежом), с 1943 г. в СССР. Его изысканно-интимная манера исполнения отличалась разнообразием интонаций, выразительностью жестов. Автор музыки и текстов ряда песен. Снимался в кино. Государственная премия СССР (1951 г.)».

Немного, не указан даже город, в котором родился Александр Николаевич. К большому удивлению, в аналогичном украинском издании вообще нет статьи о Вертинском.

Однажды мне на глаза попалась запись набросков речи Вертинского, которую он готовил к премьере фильма «Пламя гнева», снятом в 1955 году на Киевской киностудии им. А. Довженко, где он сыграл две роли:

«Мои дорогие земляки! Мои дорогие киевляне!
Сегодня мне хочется сказать вам то, что не имеет прямого отношения к данному фильму и к моей работе над этими двумя ролями, которые я сыграл в картине «Пламя гнева», но что играет главную роль в моем появлении на экранах Украины — вообще. Дело в том, что я, как вам, вероятно, известно — украинец — по рождению, и к тому же киевлянин. Я родился, учился, воспитывался в этом чудесном, неповторимом городе.

Я вырос на берегах Днепра, этой богатой, привольной, цветущей земли, которой нет равной в мире! Я — киевлянин. Вот тут, недалеко, против Золотоворотского садика, в доме № 43 по улице Короленко, бывшей Большой Владимирской, — я родился. Каждый камень этого города — я знаю. Каждый каштан — был при мне еще юношей, а теперь он высокий, кудрявый, раскидистый красавец-мужчина! И в ветвях его поют соловьи! Совсем не важно, как я сыграл свои роли в этом фильме! Не мне об этом судить! Но важно то, что сыграл я их на украинском языке. Вот этим я горжусь…

Наталья Михайловна Ужвий как-то на съемке сказала мне: «То, что вы выучили язык, это еще понятно — язык можно выучить, но откуда у вас подлинные украинские интонации?»
И тогда, чуть не плача от радости, я ответил ей: «Да ведь я же здесь родился! Это же моя Родина…».

Действительно, в доме № 43 по улице Владимирской в Киеве жил выдающийся певец и актер Александр Николаевич Вертинский. Здесь он родился, и в этом доме прошли его детские и не совсем радостные годы: в 5 лет он уже остался круглым сиротой. После смерти родителей Александр и его старшая сестра Надежда воспитывались у родственников.

Самыми радостными впечатлениями детства для Александра Вертинского была музыка, которую он слышал на улицах города, а также пение церковного хора во Владимирском соборе и песни слепых кобзарей, которые пели тогда еще в киевских дворах. Так проходило его обучение музыке.

В самый канун Первой мировой войны Александр Вертинский со своим другом художником Александром Осмеркиным переехал в Москву, так как считал, что в Киеве его возможности были исчерпаны. В Москве сбылась его юношеская мечта — с 1912 года Вертинский стал сниматься в кино. И когда в 1915 году состоялся его дебют как певца, он уже был известным артистом кино. До своей эмиграции в 1919 году Вертинский снялся в 18-ти фильмах, некоторые были поставлены по его собственным песенкам.

А. Н. Вертинский много работал в эмиграции, его творчество было известно во многих странах мира, и хотя он пел в основном в русских ресторанах и небольших залах, куда приходили эмигранты из России — это не умаляло его таланта. Вертинский не имел консерваторского образования, да и поставленного певческого голоса тоже, но какая-то внутренняя притягательная сила и жизненная правда в его песнях радовала сердце, поднимала настроение.

Вернувшись в 1943 году из эмиграции, Вертинский начал петь на Родине. Но к нему относились не как к известному и популярному певцу, а как к начинающему артисту, и однажды, чтобы установить певцу ставку гонорара, его пригласили на тарификационную комиссию, чтобы выяснить, есть ли у него какие-либо награды за творческую деятельность. Но на все вопросы по поводу наград, грамот, свидетельств об участии в конкурсах и т. п. Вертинский ответил: «Увы, ничего, кроме мирового имени».

«Мировое имя у Вертинского, действительно, было и, как ни крути, в этом есть нечто загадочное. Мировое имя у певца, лишенного сильного и красивого певческого голоса — да что там! Почти безголосого и в молодые годы, а возраст, отточив мимику и жест, голоса не прибавил, — у певца, который явственно, чуть ли не подчеркнуто картавил, слегка шепелявил, вообще — неправильно произносил добрый пяток или полудюжину звуков и немного в нос пел то манерные, то трогательные песенки… Мировое имя? Загадка!» *

Писатель Юрий Карлович Олеша как-то сказал о Вертинском: он «…был для меня явлением искусства, характер которого я не могу определить, но которое для меня милее других — искусства странного, фантастического».
Любили слушать Вертинского Шаляпин, Маяковский, Булгаков… Песенки Вертинского оказывали большое влияние на творчество многих его современников. Благодаря своему самобытному таланту он стал знаковой фигурой советского и мирового искусства 20-го столетия.

За несколько лет до смерти судьба привела Вертинского в родной город — город его детства. Здесь, на киностудии «им. Довженко», он снялся в двух фильмах: «Пламя гнева» в 1955 году (режиссер Т.В. Левчук) и «Кровавый рассвет» в 1956 году (режиссер А. Швачко).

Во время пребывания в Киеве Вертинский, как бы предчувствуя, что жизнь его завершается, под влиянием нахлынувших чувств пишет стихотворение. В нем Александр Николаевич признается в любви родному городу — городу, который дал ему жизнь, городу, который принял его после стольких лет скитания, городу, который вернул его в детство:

Киев — Родина нежная,
Звучавшая мне во сне,
Юность моя мятежная,
Наконец ты вернулась мне!

Я готов целовать твои улицы,
Прижиматься к твоим площадям,
Я уже постарел, ссутулился,
Потерял уже счет годам…

А твои каштаны дремучие,
Паникадила весны —
Все цветут, как и прежде могучие,
Берегут мои детские сны.

Я хожу по родному городу,
Как по кладбищу юных дней,
Каждый камень я помню смолоду,
Каждый куст — вырастал при мне.

Здесь тогда торговали мороженным,
А налево — была каланча…
Пожалей меня, Господи, Боже мой!..
Догорает моя свеча!..**

Литература:

1.* Мирон Петровский. «ГОРОДУ И МИРУ». «Радянський письменник». Киев. 1990.
2. ** Газета «Вечерний Киев» (от 13 апреля 1989 г.)
3. Вертинский А. Н. Четверть века без Родины. Киев, 1989.
4. Вертинский А. Н. Дорогой длинною… М., 1991.

Обновлено 23.11.2017
Статья размещена на сайте 1.03.2007

Комментарии (3):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Я вообще не понимаю, как можно не любить Киев? Разве забыть радушных киевлянок во времена моей срочной службы в Борисполе. Незадолго до Олимпийских Игр в Москве, весной 1980 года, мы, "синенькие" солдаты Советской Армии прибываем на завод "Маяк", выпускающий знаменитые магнитофоны. Нас встречают женщины-работницы и первым делом отправляют отсыпаться.
    Но мы же сюда приехали работать, - возражаем мы!
    Сначала - спать!
    И отправляют нас в различные бытовки, подсобки и т.д. А много ли солдату надо? Кулак под голову - и уже сон!
    В обед каждая протягивает нам свой талон, чтобы мы поели от души.И у каждого талонов на цыганскую семью, а желудок, меньше, чем у котенка!
    Спасибо, Витя!

    Оценка статьи: 5

  • Любые сильные чувства вседа двойственны. И эта великая личность - тоже.

    Оценка статьи: 5

  • Спасибо!

    Оценка статьи: 5