Борис Рохленко Грандмастер

Встреча Давида и Абигайль. Гимн женщине?

На полотне две центральные фигуры: женщина на коленях перед мужчиной.

Женщина — ее зовут Абигайль (в русском переводе — Авигея) — жестом показывает мужчине, которого зовут Давид, на корзины. В открытой корзине — нечто похожее на хлеб, то же самое на плечах мужчины слева чуть позади.

Абигайль сопровождают две миловидные женщины. Сама она приехала на осле, покрытом красной попоной. Мужчины с ее стороны — слуги. Давид в боевом снаряжении, с красным плащом, позади него — его воины, слуга с его шлемом. Действие происходит на опушке леса, вдали видны невысокие горы и деревня.

Что же это вдруг женщина на коленях? Что она предлагает? Что она просит? Ключ к пониманию этой картины — в 25 главе Первой книги Царств Ветхого Завета.

Женщина знает, что перед ней — зять царя, прославленный воин, победивший не кого-нибудь, а Голиафа. Кроме того, это красавец, белокурый, с красивыми глазами, к тому же мастер играть на кифаре (на гуслях).

Абигайль, видимо, слышала обо всех приключениях Давида. И о том, что герой — в бегах. Что он спасается от своего тестя Саула, царя Израиля, потому что тесть ревнует Давида к славе и хочет убить. И она перед ним «с двумястами хлебами, и двумя мехами с вином, и пятью овцами, и пятью мерами сушеных зерен, и ста связками изюму, и двумястами связками смокв», и просит Давида принять все эти подношения (на картине показаны только хлеба и корзины).

А с какой стати Давиду стали нужны продукты питания? Дело в том, Давид скрывается в горах. Его отряд — не меньше 600 человек. Всех их надо кормить. Видимо, настал такой момент, когда запасы продовольствия кончились. Давид посылает десять своих гонцов к мужу Абигайль, Навалу, крупному скотоводу. Навал был «человек очень богатый; у него было три тысячи овец и тысяча коз». Давид просит его: «Дай же рабам твоим и сыну твоему Давиду, что найдет рука твоя», то есть, что не жалко. Обратите внимание на формулировку просьбы: Давид называет себя сыном Навала. Не зятем Саула — царя Израиля, не героем, одолевшим Голиафа. Он снижает свой статус, как бы «нижайше просит».

Навал, который был известен как «человек жестокий и злой нравом», посланцам Давида отвечает, что вас тут, беглых, столько, что на всех не хватит того, что у меня заготовлено для моих работников.

Давид со своим отрядом когда-то охранял стада Навала и просит своих посланцев напомнить ему об этом. Навал делает вид, что ничего такого не было, и отсылает людей Давида назад ни с чем.

Давид в гневе. «И Давид сказал: да, напрасно я охранял в пустыне все имущество этого человека, и ничего не пропало из принадлежащего ему; он платит мне злом за добро; пусть то и то сделает Бог с врагами Давида, и еще больше сделает, если до рассвета утреннего из всего, что принадлежит Навалу, я оставлю мочащегося к стене».

Рубенс. Встреча Давида и АбигайльДавид решает не только забрать все силой, но и уничтожить все имущество Навала, его семью и его рабов, не оставить в живых ни одного мужчину, способного нести оружие («мочащегося к стене»). (Толкование некоторых библейских выражений можно найти в работе А. П. Лопухина.)

«Тогда Давид сказал людям своим: опояшьтесь каждый мечом своим. И все опоясались мечами своими, опоясался и сам Давид своим мечом, и пошли за Давидом около четырехсот человек, а двести остались при обозе».

Один из слуг, который видел и слышал, как Навал встретил и проводил посланцев Давида, поспешил к Абигайль:

«25−14. Абигайль же, жену Навала, известил один из слуг, сказав: вот, Давид прислал из пустыни послов поприветствовать нашего господина, но он обошелся с ними грубо;

15. а эти люди очень добры к нам, не обижали нас, и ничего не пропало у нас во все время, когда мы с ними были в поле;

16. они были для нас оградою и днем, и ночью во все время, когда мы пасли стада вблизи них;

Рубенс. Встреча Давида и Абигайль. Фрагмент. Давид17. итак, подумай и посмотри, что делать; ибо неминуемо угрожает беда господину нашему и всему дому его, а он — человек злой, нельзя говорить с ним".

Абигайль, «женщина весьма умная и красивая», услышав это, решается на поступок, равного которому, похоже, нет во всех библейских историях. Вопреки воле супруга, втайне от него она собирает обоз с продовольствием и спешит навстречу Давиду с просьбой простить ее неразумного мужа. Спешит, чтобы опередить Давида в его намерениях: «…И сказала слугам своим: ступайте впереди меня, вот, я пойду за вами. А мужу своему Навалу ничего не сказала».

Умная женщина! Лучше отдать часть добра и сохранить хозяйство, чем в одночасье лишиться всего, и даже жизни.

Смелая женщина! Она пошла против воли мужа, против всего жизненного уклада, не побоялась наказания для себя!

Прозорливая женщина! Она посчитала, что, если отдать то, что требует Давид, то можно будет сохранить с ним связь и хорошие отношения. А при буйных нравах того времени это было немаловажно.

Рубенс. Встреча Давида и Абигайль. Фрагмент. АбигайльРасчетливая женщина! Она отлично знала психологию мужчин и знала, что красота женщины — сильнейшее оружие против любого мужчины. А если пустить в ход еще и слезы! (Правда, о слезах нигде не упоминается, но вполне возможно, что в этой ситуации она могла и поплакать.)

Давид оценил поступок Абигайль:

«И сказал Давид Абигайль: благословен Господь Бог Израилев, который послал тебя ныне навстречу мне, и благословен разум твой, и благословенна ты за то, что теперь не допустила меня идти на пролитие крови и отмстить за себя».

Она добилась желаемого, то есть Давид успокоился, он ушел с дарами, простив Навала. Абигайль вернулась из этого маленького путешествия домой.

По возвращении она застала мужа за пирушкой. Видимо, он очень хорошо набрался, потому что его парализовало после рассказа Абигайль.

И Навал умер через 10 дней, не приходя в сознание. Узнав об этом, Давид известил Абигайль, что он берет ее в жены. Она, естественно, согласилась — а что ей оставалось делать?

Так состоялось свидание Абигайль и Давида. И картина Рубенса — как памятник смелости, прозорливости, расчетливости и уму женщины.

Обновлено 22.01.2011
Статья размещена на сайте 15.01.2011

Комментарии (5):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Конечно, гимн.

    Оценка статьи: 5

  • Прим Палвер Прим Палвер Дебютант 23 января 2011 в 03:22 отредактирован 23 января 2011 в 03:25

    Всё проще.

    Навал отказывается платить дань разбойникам, которые официально вне закона и в розыске. А они тут же решают его уничтожить. Жена Навала подмазывает главаря. Единственный вывод: «против силы не попрёшь», и он правильный. Но почему Навала называют «негодным»?

    Подмена понятий - главный инструмент во всех религиях. Так и до фашизма недалеко.

    Оценка статьи: 5

    • Прим Палвер, насчет "крышевания" - согласен на сто процентов. Но картина не об этом.

      Насчет Навала - вопросы к тому, кто записал эти сказки.

      Подмена понятий - вы ее увидели в статье?

      Спасибо за отзыв!

      • Борис Рохленко, не увидел и не написал, что подмена понятий в статье. Написал: "в религиях".

        Статья у вас толерантная. С оглядкой на верующих. Размазана по тарелке, чтоб они не обиделись. Всё равно ведь не поймут. Блок в этом месте. Потому что Давид - это хорошо. Все, кто против него, плохо.

        Возможно, так и надо. Иначе и статью не пропустят.

        Оценка статьи: 5

        • Прим Палвер, еще одно спасибо за отзыв.

          Насчет того, что статья размазана по тарелке. Несогласен. И только потому, что в статье не оцениваются библейские персонажи. Я пытался понять, почему Рубенс обратился к этому сюжету.

          Насчет религии вообще. В свое время я был воинствующим атеистом. Тогда я был молод, огнем горел. А сейчас только иногда дым идет. И отношение к религии изменилось. Оно не такое резкое и категоричное, как было раньше.

          Во всех религиозных историях (не только в Библии, но и в мифах Древней Греции и других народов) есть какие-то моральные положения. Эти положения на протяжении столетий формировали человеческое сообщество. Однозначно отрицать все несправедливо, потому что даже самые жестокие сцены легенд и мифов дают основу для размышлений.

          Другое дело, куда эти размышления приведут: к призывам завоевать весь мир или к миру между соседями.

          Религия как таковая безлична. Люди, которые ее пропагандируют, насаждают - они усваивают какую-то догму и пытаются с ее помощью строить свое благополучие. Благополучие может быть не только материальным, оно может быть моральным, но это ничуть не лучше, если не хуже.

          Что касается публикаций - это дело редакторов. Они определяют политику своего издания. И до сих пор (надеюсь, и впредь будет) у журнала было свое лицо. Которое мне очень нравится.