Марк Блау Грандмастер

Газета, журнал, магазин - что между ними общего?

С 1539 года в Венеции имела хождение мелкая серебряная монета, на которой первоначально изображали сороку. По-итальянски эта птица называется «la gazza» («гацца»), монетку же по изображенной на ней птичке прозвали «гадзетой» (la gazzetta).

Everett Collection, Shutterstock.com

Гадзета была денежкой некрупной. Состоятельный венецианец охотно отдавал ее за бумажный листок с последними новостями, который поэтому тоже стали называть «гадзетой», или «газетой». Венецианские газеты были сперва рукописными, а после изобретения книгопечатания их начали печатать.

История газет началась с переписки между купцами и их контрагентами. В письмах, присылаемых в Венецию со всего мира, сообщалось не только об успешных или неуспешных сделках. Здесь были также новости о разных событиях, которые могли бы так или иначе повлиять на ведение дел. В первую очередь сообщались, конечно, новости политические. Но купеческая переписка содержала немало другой полезной, интересной да и просто забавной информации. Конечно, конфиденциальные сведения никто не выбалтывал. Однако о нравах в гареме турецкого султана или же об отдаленных странах в жаркой Африке почему бы не поговорить в приличном обществе? Сведения из купеческих писем, которые называли аввизи (по-итальянски «avviso» — «свидетельство очевидца»), проникали в широкую венецианскую публику и активно обсуждались на площадях и в благородных собраниях. Довольно скоро нашлись предприимчивые люди, собиравшие и размножавшие сведения из аввизи, а после недорого продававшие их в местах скопления публики. За одну гадзету.

Венецианские капитаны плавали по всему Средиземному морю, венецианские переписчики новостей работали быстро. Довольно скоро Венеция стала не только монопольным продавцом восточных пряностей и роскошных зеркал, но также и европейским поставщиком новостей. Многие монархи о событиях в мире, бывало, узнавали не от своих послов, а из венецианских газет.

Кроме заморских новостей, газеты сообщали и новости местные. В газетах помещались памфлеты и пасквили, сотрясавшие город гораздо сильнее, чем сотрясало недальнюю Сицилию извержение вулкана Этна. Воистину, газета оказалась не только коллективным информатором, но также и коллективным организатором.

Прогресс не знает границ. Газеты начали выходить по всей Европе, а слово «газета» без перевода попало во все европейские языки. В 1631 году лейб-медик французского короля Теофраст Ренодо (Théophraste Renaudot) (1586−1653) начал издавать в Париже еженедельную сводку новостей, которую назвал «La Gazette». Фактически это была первая французская общенациональная газета, за что французы до сих пор и чтят память Ренодо. Куратором газеты был кардинал Ришельё, а газету читал сам король. Благодаря своему статусу официальной газеты французского правительства, «La Gazette» сравнительно благополучно дожила до 19-го века.

Большинство газет выходили ежедневно. Поэтому во Франции их стали называть словом «journal» («ежедневник»). В России же это слово стало обозначать «толстые» многостраничные издания, выходившие не чаще раза в месяц. Почему такой разнобой? Потому что «journal» по-французски это еще и «дневник». Дневники получили распространение в России во времена Екатерины II. Мода на них сохранилась и в более поздние времена. Дневники-журналы солидных людей тоже были в высшей степени солидны: крупные по размеру, на плотной бумаге и в хорошем переплете. Предполагалось, что и мысли в них записываются солидные и важные. Именно на такой внешний вид и на такое содержание ориентировались редакторы журналов и альманахов пушкинской поры.

Довольно частая ошибка неопытных переводчиков: переводить слово «journal» на русский как «журнал». Нет, только «газета»! «Журнал» по-французски и по-английски будет «magazine».

Ну, вот, опять какой-то странный разнобой. Ведь по-русски «магазин» — это помещение, где продают различные товары. При чем здесь журналы? А вот при чем.

И в английском, и во французском языках слово «magazine» имеет еще одно значение — «склад». Похожие слова для обозначения склада есть и в других западноевропейских языках. В Западную Европу это слово (вполне возможно, не без посредства тех же венецианцев) попало из арабского. По-арабски «махсан» — «склад». Есть аналогичное слово с тем же значением и в иврите.

С русским «магазином» стало немного понятнее. Но все же при чем здесь респектабельные (и не очень) европейские журналы?

Дело в том, что в 1731 году лондонский издатель Эдвард Кейв (Edward Cave) (1691−1754) задумал начать выпуск печатного издания, имеющего широчайшую тематику. По замыслу Кейва, в этом издании читатель мог бы найти информацию обо всем, что его только может заинтересовать: от последних котировок на бирже до особенностей древнегреческой поэзии. Журналов столь широкого профиля в мировой практике еще не издавалось. Это издание Э. Кейв очень кстати назвал «The Gentleman’s Magazine»: этакое место, вроде склада, где любознательный джентльмен отыщет все, что его только может заинтересовать.

«The Gentleman’s Magazine» был первым в мире журналом в современном смысле этого слова. Не мудрено, что в английском и во французском языках за подобными изданиями закрепилось название «magazine», как в свое время за всеми новостными листками закрепилось название «газета».

Обновлено 13.05.2012
Статья размещена на сайте 11.05.2012

Комментарии (5):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: