Сергей Курий Грандмастер

Какая певица пропела 22 оргазма и записала первый компьютерный суперхит? Ко дню рождения Донны Саммер

Хотя будущая «королева диско» и родилась в США, «звездой» её сделала Европа, куда голосистая чернокожая девушка перебралась из-за доставших её в Америке расистских настроений. «Старый свет» оказался в то время более толерантным, настолько, что Ладонна Эдриан Грейс (таково её настоящее имя) даже умудрилась выскочить замуж за белокожего блондина — актёра Хельмута Соммера.

bogdanhoda, Shutterstock.com

От мужа ей и достался её сценический псевдоним — фамилию пропечатали с ошибкой, а потом решили, что так оно даже лучше. И стала наша героиня Донной Саммер — Госпожой Лето.

Поначалу она металась по всей Европе (даже работала в Венском оперном театре), пока не осела в немецком Мюнхене, где произошло судьбоносное знакомство с композитором Джорджо Мородером, который стал её продюсером. Не меньшую роль в судьбе Донны сыграл и ещё один человек — звукорежиссёр и сопродюсер Пит Беллоте.

В моду как раз входило диско, и дружная компания стала работать именно в этом направлении. Первым серьёзным прорывом стала песня «Love to Love You Baby» («Люблю заниматься с тобой любовью, малыш»), содержавшая необходимую толику скандала. Музыку, как водится, написал Мородер, слова — Беллоте, но смак песни был совсем в другом.

Многие из вас наверняка слышали знаменитую французскую композицию «Je T’aime… Moi Non Plus», где Серж Гинзбург и Джейн Биркин разыграли настоящую постельную сцену с томными вздохами и постанываниями. Эта идея показалась Саммер забавной, и она решила превратить «Love to Love You Baby» в настоящую «диско-оргию». Пронырливые критики позже подсчитают, что в песне было симулировано аж 22 оргазма (это ж надо — сидели и считали!).

Донна Саммер:
«Мой продюсер все уши мне прожужжал про то, что это наикрутейшая песня, и я ему наконец сказала: «Ха, я сделаю лучше». Мы сели в студии, записали инструментальную версию «Love to Love You», я ее послушали пару раз, чтобы проникнуться настроением, а потом мы выключили свет, я закрыла глаза и представила, будто я наедине со своим бойфрендом.

…Все эти стоны и вздохи записывать было труднее всего из того, что я когда-либо записывала. Сначала я не могла проиграть песню у себя дома, потому что сил не было слушать свои стоны".

Тем не менее, поначалу песня не пошла — она дважды проваливалась в Европе. Всё изменилось, когда на одной из вечеринок глава американского лейбла «Casablanca» Нейл Богарт начал прокручивать друзьям новинки европейской музыки. Услышав «Love to Love You Baby», друзья просили Богарта ставить эту песню снова и снова, и тот понял, что это хит.
Он тут же заключил с Саммер контракт и посоветовал также сделать длинную версию песни в виде эдакого 17-минутного диско-микса.

Ожидания Богарта полностью оправдались — вышедший в 1975 году сингл «Love to Love You Baby» добрался до 2-го места в США, альбом стал «золотым», а к достаточно скромной и набожной Донне Саммер приклеили ярлык «секс-богини». Когда коварный журналист «Плейбоя» спросил певицу — в чём же основной посыл её песен — та изящно выкрутилась, заявив: «Одна женщина лет 45 подошла ко мне и сказала, что после моего альбома у них с мужем была лучшая ночь за 10 лет. Она мое послание правильно считала».

Следующие четыре года стали для Донны апогеем славы. За это время она выпустила аж 8 альбомов, и все они стали «золотыми». Также она стала первой певицей, выпустившей за один год четыре хита № 1.
Но вся западная критика сходится в том, что главным хитом Донны Саммер стала песня 1977 года с нехитрым названием «I Feel Love» («Я ощущаю любовь»). Эта композиция была не только успешной, но и революционной для мира поп-музыки. Известный поп-экспериментатор Дэвид Боуи вспоминал: «Однажды в Берлине ко мне прискакал Брайан Ино и сказал: «Я слышал звуки музыки будущего!» Я ответил: «Перестань, мы только начали работать над этим». Он поставил «I Feel Love» Донны Саммер. «Тут есть все, — заявил Ино. — Ни убавить, ни добавить. Этот сингл изменит то, что будет происходить ближайшие 15 лет».

Современному меломану, пресыщенному синтетической музыкой, трудно понять, что в этой песне такого эпохального. Но в те времена компьютеры и синтезаторы только осваивались, а в диско-музыке и вовсе обязательно присутствовала живая оркестровка. А тут Мородеру пришло в голову сделать песню без единого живого инструмента — целиком с помощью синтезатора. Вышло, как говорится, дёшево и сердито.
Пит Беллотте вспоминал, что сам процесс записи у Саммер происходил очень быстро. Она являлась в студию, долго болтала, потом спохватывалась — «Ой! Я опаздываю!» — записывала вокал с одного-двух дублей и убегала.

Пит Беллотте:
«Потом мы позвали Робби Ведела. Он приехал с четырьмя кейсами, в которых был (синтезатор) Moog и собрал его. Джорджио придумал, каким должен быть бас, и мы объяснили Робби концепцию: вся песня должна быть записана при помощи синтезатора Moog».

Джорджо Мородер:
«…это было озарение, потому что синтезатор Moog использовали немногие композиторы классической музыки, и они не хотели, чтобы он был известен широкой публике. Они хранили свои секреты, а мы как будто украли их. Так продолжалось пару лет, пока синтезаторы не стали более популярны.
…Мы не думали, что создаём поворотную точку в музыке, мы всего-навсего делали песню из альбома».

Зато Богарт сразу оценил песню своим коммерческим глазомером и так же сразу издал её на сингле. Результат не замедлил ждать — песня заняла 1-е место в Британии и 6-е в США. В 1977 году Донна Саммер заявила: «Песня стала хитом, потому что она полна высокой энергии (hi-energy)», что сразу дало названию целому направлению в поп-музыке (помните, как на заре сольной карьеры Богдан Титомир постоянно выкрикивал дурным голосом: «Хай-энеджи!»).

Сейчас «I Feel Love» звучит уж сильно рафинировано. Да и в старые времена наш народ привечал более «живые» композиции Саммер, отдавая пальму первенства песне 1979 года «Hot Stuff», которая звучала более роково (во многом благодаря гитаре Джеффа Бекстера из DOOBIE BROTHERS).

В конце 1970-х певица чувствовала, что пора что-то менять. И не зря. Стиль диско так набил оскомину, что американские ди-джеи объявили ему в 1979 году самый настоящий бойкот. Ди-джей Стив Даль даже организовал настоящее аутодафе — «Ночь уничтожения диско», попросив слушателей принести на стадион для сожжения пластинки с ненавистным стилем («и захватите побольше дисков Донны Саммер»).

В начале 1980-х певица меняет не только звукозаписывающую компанию, но и звучание песен, приближая его к набиравшей силу «новой волне». Успех новых записей был уже не тот, хотя были и хиты — «This Time I Know It’s for Real» и особенно «She Works Hard for the Money» («Она тяжело трудится, чтобы заработать деньги»). Тема последней песни была навеяна разговором певицы с уборщицей сортиров, и впоследствии фото этой уборщицы украсит обратную сторону альбома. Клип к песне (наряду с клипами Майкла Джексона) стал одним из первых «чёрных» видео, активно ротировавшихся на MTV.

Значительный урон успеху Саммер нанесла и её неосторожная фраза насчёт геев и СПИДА в духе: «Это Божья кара. Сами виноваты». Известно, что геи и диско-музыка всегда шли рука об руку, поэтому оскорбленные ненатуралы стали пачками возвращать певице её пластинки.

Но, так или иначе, забвение Донне не грозило. Она периодически всплывала в хит-парадах, а президент США Барак Обама даже пригласил певицу выступить на вручении ему Нобелевской премии мира.

И всё бы хорошо, если бы не рак лёгких, который свёл Донну Саммер в могилу в мае 2012 года. Ей было 64 года, и перед смертью она была убеждена, что причиной болезни явился теракт 11 сентября 2001 года, а точнее пыль, поднятая в Нью-Йорке от падения «башен-близнецов».

Имя же Донны Саммер — самой успешной и яркой американской диско-«звезды» — осталось навсегда вписанным в историю поп-музыки.

Обновлено 31.12.2012
Статья размещена на сайте 26.12.2012

Комментарии (5):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: