Сергей Курий Грандмастер

Можно ли записать большой хит благодаря пьянству и разгильдяйству?

IRON BUTTERFLY (Железная бабочка) — наверное, одно из самых эффектных названий, которые носили рок-группы. Именно оно вдохновило другую супергруппу избрать себе похожий ярлык — LED ZEPPELIN (Свинцовый дирижабль). Но в 1968 году ЦЕППЕЛИНЫ ещё только формировались, а ЖЕЛЕЗНАЯ БАБОЧКА уже вписала своё имя в число пионеров «тяжёлого рока».

bikeriderlondon, Shutterstock.com

История этой группы началась в 1966 г. под солнечным небом Калифорнии. Её основателем, а также основным композитором и вокалистом был сын церковного органиста (и сам органист) Дуглас Ингл. Уже само название группы говорило о том, что она будет пропагандировать мощный и суровый стиль. Под стать стилю был и голос Ингла. «Он поёт, как Барри Манилоу, в которого вселился Годзилла» — писали тогда критики.

Дуглас Ингл:
«Быть крутым, в нашем тогдашнем понимании, значило быть тяжёлым, жёстким… Одновременно это значило быть воздушно-легким, динамичным, переменчивым и оригинальным. Я перемешал эти понятия, получив в итоге что-то тяжелое, но симпатичное, а поскольку тема насекомых была тогда в моде, мы назвали себя IRON BUTTERFLY».

Хотя уже первый альбом оказался довольно успешным, часть музыкантов к этому времени покинула группу. Поэтому следующий логплей записывался в следующем составе: «старики» Ингл и Рон Буши (ударные) и «новобранцы» Ли Дорман (бас) и Эрик Бранн (гитара).

Как-то Дуглас уединился в студии вместе с ящичком вина и начал творить, перемежая приятное с полезным. В его голове вертелся эффектный и многообещающий рок-рифф, вокруг которого Ингл и построил всю композицию. Текст он сочинил коротенький и не шибко затейливый:

В райском саду, крошка,
Разве ты не знаешь, что я люблю тебя?
В райском саду, детка,
Разве ты не знаешь, что я всегда буду честен?

О, не пойдешь ли ты со мной,
Не возьмешь ли за руку,
О, не пойдешь ли ты со мной?
И мы пройдем эти земли,
Прошу, возьми меня за руку!
(пер. — И. Телюк)

А вот импровизировал наш герой целый день и часть ночи, не забывая про вино. Поэтому, когда наутро Рон Буши спросил его, как называется новая песня, Ингл уже лыка не вязал. Хотел сказать: «In The Garden of Edem» (т.е. «В Саду Эдема»), но ударник услышал лишь бессвязное «Ин-э-гадда-да-вида». Тогда была эпоха психоделии и всякой восточной экзотики, поэтому Буши не особо удивился, и так и записал: «In-A-Gadda-Da-Vida».
Хотя вскоре автор протрезвел и смог говорить нормально, таинственное название понравилось, поэтому его решили не менять.

Далее за песню взялась вся группа, и вскоре стало ясно, что композиция разрастается, словно хорошее дрожжевое тесто. К органной импровизации Ингла добавилось гитарное соло Бранна, а затем разошёлся и Буши, сыграв, наверное, одно из первых продолжительных барабанных соло в рок-музыке. Кстати, своего оригинального звука с сильным резонансом барабанщик добился, сняв с том-барабанов донышки.

Ли Дормен:
«Когда мы впервые начали играть песню (дело было во время турне), она длилась порядка семи минут. Когда она доросла до 12 минут, мы решили добавить соло на ударных».

В итоге «In-A-Gadda-Da-Vida» стала такой длинной, что возникло опасение — позволит ли звукозаписывающая компания занять одной композицией целую сторону пластинки?
Но судьба благоволила к IRON BUTTERFLY. Случилось так, что запись альбома была пущена на самотёк благодаря раздолбаям-продюсерам. Дело в том, что изначально продюсером назначили Шэдоу Мортона. Тот согласился с большой неохотой, заявив, что будет лишь «контролировать» процесс, а для работы нанял помощника Джилла Хилтона. Помощник оказался под стать продюсеру и, в свою очередь, переложил ответственность на плечи звукорежиссёра Дона Кэсэйла. Дальше перекладывать было не на кого, и группа начала записываться безо всякого продюсерского надзора.

В начале сессии музыканты решили разогреться, используя для этого импровизационную «In-A-Gadda-Da-Vida». «Разогрев» занял целых 17 минут, а звукорежиссёр, не будь дурак, взял и всё это записал. Когда записанное прослушали, оказалось, что композиция вышла вполне законченной. Ну, разве что чуток добавили вокала и электрогитары…

Когда в студию, наконец-то, соизволил зайти Хилтон, музыканты просто поставили его перед фактом — вот тебе 17-минутная песня, а если хочешь чего-то другого, выбей ещё денег на запись (сроки сдачи альбома и его бюджет были ограниченными). Разумеется, ленивый помощник продюсера увеличивать бюджет не захотел и махнул рукой — выпускайте что есть!

В июне 1968 года альбом, названный по своей самой протяжённой композиции, «In-A-Gadda-Da-Vida» лёг на прилавки музыкальных магазинов. А дальше началось какое-то сумасшествие.
Во-первых, пластинка дошла в чартах США до 4-го места, в первой десятке продержалась 81 неделю, а вообще из хит-параде вылетела только спустя 140 недель!
Но места в хит-парадах не шли ни в какое сравнение с продажами альбома. До этого момента в музыкальном бизнесе существовал только статус «золотого диска» (пластинка, проданная тиражом 500 тыс.экз.). Но тираж альбома IRON BUTTERFLY за один 1968 год составил 4 млн. копий! Поэтому пришлось срочно ввести новый статус — «платиновый» (1 млн.экз.).

После такого успеха один из диск-жокеев Детройта решил, что негоже лишать радиоэфир столь замечательной песни, как «In-A-Gadda-Da-Vida». Он собственноручно отредактировал неформатную композицию до трёхминутной версии, после чего отослал её на одобрение звукозаписывающей компании IRON BUTTERFLY. Компания не только одобрила, но и обрадовалась, что кто-то смог укоротить мегапесню. Тут же был выпущен сингл. Несмотря на то, что от импровизационных прелестей на нём почти ничего не осталось, песня всё равно заняла 30 место в США.

К слову, лично я — не самый большой поклонник затяжных импровизаций — рекомендую слушать именно длинную версию (время пролетит незаметно). Правда, и 17 минут — это не предел, на концертном диске группы 1969 года можно услышать 19-минутную версию «Да-Виды».
Во многих смыслах эта песня — ещё и символ саунда конца 1960-х: тут тебе и психоделия, и «прогрессив», и, конечно, тяжёлый рок. Недаром спустя годы её поставят на 24-е место в списке «величайших хард-рок-композиций» по версии VH-1. А ведь тогда-то и термина такого — хард — не существовало…

После своего «платинового» альбома IRON BUTTERFLY выпустят ещё один «золотой» диск «Ball», после чего популярность группы начнёт падать, и в 1971 году группа распадётся.
Далее с ней произойдёт та же история, что и с группой EAGLES, которая записала немало хитов при жизни, но осталась в тени одной песни «Отель «Калифорния».

Вот и IRON BUTTERFLY сегодня помнят, прежде всего, по «In-A-Gadda-Da-Vida», на которую записано немало самых необычных кавер-версий. Например, версия Фрэнка Заппы, где он включил в песню IRON BUTTERFLY мотивы из Стравинского. Или металл-версия группы SLAYER (кооторую они, правда, записали нехотя — по настоянию продюсера). Или диско-версия BONEY M.

Песню можно часто услышать и в сериалах — например таких, как «Сверхъестественное», «Доктор Хаус», «Симпсоны» (там в серии «Барт продаёт душу» «Да-Виду» исполняют… прихожане в церкви).

Обновлено 21.10.2013
Статья размещена на сайте 6.09.2013

Комментарии (3):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: