Сергей Курий Грандмастер

Как Питер Пэн поселился на сцене и в Кенсингтонском саду?

Прошлый раз я рассказал о том, как родился образ Питера Пэна. Но широкая публика узнала о нестареющем мальчике лишь, когда Джеймс Барри написал свою пьесу.

История пьесы «Питер Пэн» началась в 1901 году, когда Барри пригласил детей Дэвисов в свой коттедж. Там он начал вместе с ними разыгрывать историю мальчиков, попавших на остров и сражающихся с пиратами (на основе этих игр писатель издаст фотокнигу «Мальчики, потерпевшие кораблекрушение»). Вскоре появится и замысел волшебной страны Неверлэнд (в русских переводах — Небыляндия, Нетландия, Нетинебудет).

Кстати, поначалу название страны звучало более «несбыточно» — Never Never Never Land, и туда должны были попадать все умершие малыши. Когда Джордж Дэвис услышал об этом, мальчик воскликнул: «Умереть было бы ужасно большим приключением!», и эту фразу писатель тут же вложит в уста своему Питеру Пэну.

Так, в течение 1903−1904 года у Барри складывается новое произведение — пьеса «Питер Пэн, или Мальчик, который никогда не вырастет», которую писатель посвящает мальчикам-Дэвисам (к тому времени их было уже пять: Джордж, Джек, Питер, Майкл и Николас).

Д. Барри «Посвящение пяти»:
«Думаю, я всегда знал о том, что Питер Пэн стал собирательным образом всех вас, так как даже дикари добывали огонь путем трения нескольких палок друг о дружку».

В пьесе Питер уже не 7-дневный младенец, а мальчик приблизительно 6−7 лет (если учесть единственное указание на возраст героя — не выпавшие молочные зубы) или 10 лет (если взять за основу возраст самого старшего из детей Дэвисов). Появляются и многие знакомые персонажи: капитан Крюк с пиратами, отважная предводительница индейцев Тигровая Лилия и крохотная фея Тинкербелл (в русских переводах — Динь-Динь, или Чинь-Чинь).

27 декабря 1904 года в Лондонском театре герцога Йоркского состоялась премьера пьесы Барри, срежиссированная Чарлзом Фолкнером. К постановке долго и тщательно готовились. Воздушный акробат тренировал актёров, которые должны были парить над сценой, под действием «пыльцы феи». Саму фею Тинкербелл изображал лишь бегающий по сцене огонёк, озвучиваемый из-за кулис.

Тогда же зародились и две долгоживущие традиции театральных постановок «Питера Пэна». Во-первых, самого Пэна обычно играли женщины (первой была 37-летняя актриса Нина Буцико). Во-вторых, роли капитана Крюка и мистера Дарлинга исполнялись одним и тем же актёром.

В течение работы над пьесой Барри постоянно её переделывал. Так, поначалу он, по просьбе детей Дэвисов, «убил» всех пиратов, но позже решил оставить двух. Также автор убрал из пьесы сцену, где после возвращения Венди домой Крюк появляется в Кенсингтонском парке в образе школьного учителя, окружённого персонажами итальянской комедии масок. Зато втайне от режиссёра Барри срежиссировал финал, где Питер встречает повзрослевшую Венди с дочкой.

Однако самой сложной сценой премьеры стала та, в которой Тинкербелл, чтобы спасти Питера, выпивала отравленный напиток из его кубка. По замыслу Барри Питер Пэн должен был обратиться к залу с просьбой поаплодировать Тинкербелл, ведь только людская вера в фей способна спасти ей жизнь.

Обращение к залу — затея рискованная, поэтому писатель попросил оркестрантов в случае неудачи самим похлопать за зрителя. Однако ничего не сорвалось, актёры растрогали публику и она «спасла» Тинкербелл бурными аплодисментами. Спектакль имел такой успех, что уже в следующем году его поставили на Бродвее, и с тех пор постановки пьесы практически не прекращались.

Через два года после премьеры пьесы — в 1906 году — Барри вычленяет из романа «Маленькая белая птичка» шесть глав (с 13 по 18) и выпускает их отдельным изданием под названием «Питер Пэн в Кенсингтонском Саду» и с чудесными иллюстрациями Артура Рэкхэма.

А в 1911 году писатель издаёт, наверное, самую популярную книгу про своего героя — созданное на основе пьесы прозаическое произведение «Питер Пэн и Венди».

В новой версии сказки спутниками Венди становится не сестра Джоанна, как в пьесе, а её братья. Сам тон книги вышел, с одной стороны, более лиричным, чем в пьесе, а с другой — более авантюрным, нежели тот же «Кенсингтонский парк».

В книге были две гениальные находки, благодаря которым Барри удалось затронуть сердца не только детей, но и взрослых. Во-первых, в сказку умело вплетены строки, апеллирующие к взрослому читателю, но при этом не мешающие детям считать эту книгу своей. Прежде всего, это полное грусти сожаление о том, что «летать может только тот, кто весел, бесхитростен и бессердечен». Питер Пэн и стал воплощением этого вечного детства: он эгоистичен, хвастлив, неосторожен, забывчив, но при этом полон оптимизма, веселья и бесшабашной отваги.

Взрослея, мы теряем черты беззаботного ребёнка, однако, взамен приобретаем умение любить, сострадать, заботиться о других. Барри это понимает. Невозможность совместить то и другое и придаёт сказке тихие грустные нотки.

Д. Барри «Питер Пэн и Венди»:
«Когда ей было два года, играла она однажды в саду, сорвала цветок и подбежала к матери. Должно быть, она была очень мила в эту минуту, потому что миссис Дарлинг прижала руку к сердцу и воскликнула:

 — Ах, если б ты осталась такой навсегда!

Больше они об этом не говорили, но с тех пор Венди уже твёрдо знала, что вырастет. Об этом всегда узнаёшь, как только тебе исполнится два года. Два — это начало конца".

Те детские черты, о которых с сожалением вспоминает Барри, в сгущённой мрачной форме изобразил другой выдумщик — Рэй Брэдбери. В своей фантастической новелле «Вельд» он пишет о детях, которые, желая вырваться из-под диктата взрослых, заманивают своих родителей в смертельную ловушку. Примечательно, что героев новеллы зовут… Питер и Венди.

Вторая составляющая успеха сказки Барри — это, безусловно, удачно найденный стиль сказки. Писатель не стремится создать у читателя иллюзию достоверной «второй реальности». Вместо этого он помещает его в детскую игру. А в игре может быть всё что угодно: феи, русалки, пираты, индейцы, любые литературные отсылки и пародии. Недаром Бернард Шоу говорил, что эта сказка «якобы развлечение для детей, а на самом деле — игра для взрослых».

Д. Барри «Питер Пэн и Венди»:
«- Меня одного боялся Корабельный Повар! — настаивал Крюк. — А Корабельного Повара боялся даже Флинт».

«Питер взглянул на стрелу, которая попала Венди в сердце. Он вынул стрелу и повернулся к мальчикам.

 — Чья? — спросил он сурово.

 — Моя, — ответил Шалун, снова падая на колени.

 — Злодейская рука! — воскликнул Питер, занося стрелу, словно это был кинжал.

Но Шалун не дрогнул. Он обнажил грудь.

 — Пронзай меня, Питер! — сказал он твёрдо. — Пронзай меня в самое сердце!

Дважды заносил Питер руку, и дважды рука его падала".

«Разница между Питером и другими мальчиками в такие минуты заключалась вот в чём: они знали, что это всё понарошку, а для него что понарошку, что всерьёз — всё было одно и то же. Это их иногда беспокоило, особенно когда приходилось делать вид, что они уже пообедали».

Слава сказки Барри была настолько велика, что он решился на настоящую авантюру. Ночью с 30 апреля на 1 мая писатель, обманув бдительность сторожей Кенсингтонского парка, установил там… статую Питера Пэна, созданную Джорджем Фрэмптоном. Кстати, Барри работой скульптора остался не очень доволен. Во-первых, писатель предлагал в качестве модели для статуи Майкла Дэвиса, но Фрэмптон выбрал другого мальчика. Во-вторых, Барри посчитал, что скульптор не смог показать ту «дьяволинку», которая присутствует в Питере.

История со статуей поначалу вызвала скандал в английском парламенте, где выходку писателя сочли саморекламой. Впрочем, шум утих так же быстро, как и начался. И ныне Пэн поныне там…

Чуть позже Барри обласкали и власти: в 1913 году писателя производят в баронеты, в 1922-м награждают орденом «За заслуги», а в 1930-м избирают канцлером Эдинбургского университета. Однако ни деньги, ни почёт не смогли помочь Барри спасти дорогих ему людей…

Но об этом в следующей статье.

Обновлено 2.07.2014
Статья размещена на сайте 28.06.2014

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: