Михаил Варяница Мастер

Почему мы фотошопим?

Что объединяет компании Google, Xerox и Adobe? Их продукты стали так популярны, что обогатили разговорный русский язык (да и многие другие) глаголами — соответственно: «гуглить», «ксерить/ксерокопировать», «фотошопить». И пусть есть много поисковых машин, копировальной техники и графических редакторов, ситуация уже не изменится.

pixabay.com

Возникновение нового слова из торговой марки происходит в нескольких случаях:
 — если раньше не существовало такого товара или услуги;
 — если на рынке после выхода долго не было конкурента;
 — если в языке не было простого слова для обозначения предмета.

Хотя сама Adobe Systems рекомендует использовать оборот «Изображение было улучшено с использованием программного обеспечения Adobe® Photoshop®». Если честно, у компаний Google и Xerox тоже есть возражения. Последняя, например, долго боролась (и продолжает до сих пор) за то, чтобы её марку писали с большой буквы и использовали слово «photocopy» (фотокопия).

Казалось бы, они должны быть заинтересованы в «раскрутке» своего имени. Но именно эта сверхпопулярность сыграла злую шутку: бренды растворяются, обозначая не конкретную торговую марку, а целый класс. А там уже попробуй защити патентами свою собственность, если для покупателей все подгузники — памперсы!

Но сейчас разговор не о них, а про красивые картинки. С давних пор чувствительные к прекрасному личности пытались зафиксировать мимолетную красоту, дабы поделиться увиденным с ближним. В ход шло всё: камень, уголь, глина, папирус, подзатыльники. И слова, разумеется. Начиная от нецензурных («Вань, красота-то какая!») до «Остановись, мгновенье!»

Спасибо техническому прогрессу и маркетологам — нынче фотоаппараты встраивают во всё. Это у художника Иванова было много времени, чтобы в деталях запечатлеть библейский сюжет (с одной стороны — двадцать лет, но с другой стороны — сорок квадратных метров холста). А у его современного условного однофамильца есть лишь секунды в суете бытия и есть камеры в смартфоне, ноутбуке, планшете, видеорегистраторе. И даже камера в камере — цифровая мыльница с тех времён, когда мегапикселей было мало.

Надумает Иванов заняться фотографией, приобретёт зеркальный (либо беззеркальный) фотоаппарат и начнёт снимать шедевры. А если будет выходить что-нибудь отличное от шедевров, то исключительно по причине неприятия «фотошопа». Мы за чистое искусство без вмешательств и приукрашивания. Не было раньше такого. Или было?

До «фотошопа» было множество приёмов: комбинирование негативов и рисование на них, многократная экспозиция и просто фотомонтаж. Для чего?

Во-первых, в художественных целях. Чтобы передний план был детально проработан, но и небо не пострадало, не стало невыразительным белым пятном. Поэтому делаем по снимку для основного объекта и неба и совмещаем.

Во-вторых, из групповых портретов по политическим мотивам иногда надо убрать ставшего лишним человека. Вымарываем из истории и замазываем в фотографиях бывших соратников, нынешних врагов народа. Мне интересно было узнать, что существует две версии картины Серова «Ленин провозглашает советскую власть» (вторая — без Сталина и Дзержинского за спиной вождя).

В-третьих, по тем же причинам, что и сейчас. Для мистификации, розыгрыша, веселья. Еще до НЛО и йети были популярны снимки гигантов и уродцев. А в Америке придумали целый жанр открыток-небылиц (Tall Tale Postcards), на которых изображались невиданные урожаи — морковь в рост человека, кукурузный початок во всю телегу и прочие корнеплоды. Самое мелкое — «с голову кобылячью», как и рассказывал Михаил Сергеевич Евдокимов. Приезжайте к нам на Оклахомщину, ага.

Получается, что приукрашивать-улучшать свойственно не только фотографам и художникам. Мастера слова тоже стараются: злоупотребляют превосходной степенью и гиперболами, приправляют метафорами с эпитетами. Чтоб не так, как было в жизни, а так, как в воображении автора. Тот же Пушкин мог себе позволить описать «пленительные очи» словами «светлее дня, чернее ночи». Есть байка, что эти слова потом купил у поэта некий немец для баночек сапожной ваксы. Пушкин и слоганы сочинял, вот!

Фотошоп же в таком ключе — одновременно розовые очки для зрителя (или изумрудные?) и усилитель вкуса для едока. Ну и майонез, чтобы исправить любые кулинарные промашки, да.

В качестве эксперимента попробую «отфотошопить» осенний пейзаж по методу Тютчева:

Есть в осени первоначальной (выравниваем заваленный горизонт)
Короткая, но дивная пора — (правим баланс белого, больше тёплых тонов)
Весь день стоит как бы хрустальный, (одним фильтром не обойтись, надо серию)
И лучезарны вечера… (судя по гистограмме, есть места с пересветом)

Где бодрый серп гулял и падал колос, (коррекция искажений объектива)
Теперь уж пусто всё — простор везде, — (вытягиваем тени)
Лишь паутины тонкий волос (на нём резкости не жалеть, акцент сюда)
Блестит на праздной борозде. (усилить контрастность)

Пустеет воздух, птиц не слышно боле, (клонирующей кистью зачищаем лишнее)
Но далеко ещё до первых зимних бурь — (кадрируем в соответствии с задуманной композицией)
И льётся чистая и тёплая лазурь (двигаем ползунок канала голубого цвета)
На отдыхающее поле… (фон немного размыть и добавить подпись)

Осваивайте то множество возможностей, что предлагает продукт Adobe, но знайте чувство меры. И любите язык и историю.

Обновлено 12.01.2016
Статья размещена на сайте 3.01.2016

Комментарии (1):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: