Люба Мельник Бывший модератор

Как жил и умер промысел изразечников Красавиных?

Работала я лет двадцать назад корреспондентом районной газеты в сельском районе. В командировках бывала приглашаема на поговорить, чай-молоко попить, пироги попробовать сельским народом, приветливым и добродушным. И у многих в избах видела печки, облицованные изразцами — белыми с нехитрым рисунком: синий ромбик, в центре его — цветок. Скромный рисунок — а печка выглядит нарядно, от нее светлеет весь дом.

Спрашивала у хозяев — чаще всего ими оказывались старушки, одиноко доживающие свой век в умиравших деревнях, — откуда у них такие печки? В ответ слышала: мол, от родителей, от мужниной семьи осталось. И называли изразцы — красавинскими.

Те же изразцы были и в местном музее. Назывались примитивными, было указано: производились в начале XX века в деревне Сытино недалеко от райцентра.

Чтобы выяснить хоть какие-то подробности об этом кустарном производстве, мне понадобилось не только искать сведения в краеведческой литературе, но и поработать в архиве.

Выяснилось следующее. Возникло производство в этой деревне, входившей в пределы Вощажниковской вотчины графов Шереметевых, скорее всего, в середине XIX века, по трем причинам. Во-первых, конечно, имелись рядом с деревней залежи подходящей для изразцов глины. Во-вторых, волость была богата лесом — значит, имелось в достатке топливо для обжига глиняных изделий. В-третьих, шереметевские крестьяне здесь уже в 1796 г. были переведены с барщины на оброк — что поощряло их искать возможность дополнительных к земледелию (вообще малодоходному здесь) заработков. Которые и получали — от кустарных промыслов, например.

По местному преданию, основал изразчатый промысел здесь еще в первой половине XIX века выходец из другого уезда губернии — там традиционно выделывали глиняную посуду. Здешние глины для посуды не годились — но сгодились для изразцов.

Выяснилось, что работал этот изразчатый заводик несколько месяцев в год, зимой — в свободное от земледелия время. Вырабатывал изразцы двух видов — «белые» (4500−5000 штук в год, по 2 руб. 50 коп. за сотню) и «желтые» (2000 в год, по 1 руб. 50 коп. за сотню). Выручка в год составляла 138−155 руб. Глина и песок были местные, сурик, хрусталь, краски закупали в губернском и уездном центрах. Сбыт продукция имела в двух уездах — своем и соседнем.

Заводик собой был не бог весть какой большой: бревенчатое сооружение, крытое дранкой, с огромной печью для сушки и обжига изразцов. Имелась, кроме того, ветряная мельница для размола красок. Кроме хозяев — братьев Красавиных, в начале XX века работали на заводе наемные рабочие — два человека.

Перерыв в деятельности завода случился в 1918—1921 годы — разруха, гражданская война лишили изразечников и материалов, и рынка сбыта.

Среди документов, найденных мною в архиве, самым замечательным оказался документ 1928 года — «Дневник исследовательско-музейных работ» по волисполкому, составленный в ходе сбора экспонатов для музея, открывавшегося в волостном центре. Оказалось, что именно в ходе этих самых «работ» и были отобраны для музея экспонаты — сами изразцы на разных этапах производства, от заготовок до готового изделия, инструменты и станки для изготовления «кафелей».

Последний архивный документ о заводе Красавиных относится уже в 1931 году. «Опросный лист по обследованию кустарной промышленности» свидетельствовал: изразечники в это время работали уже с меньшим размахом, чем до революции. Нет уже специальной мастерской, выделка изразцов идет в приспособленном подклете жилого дома. Необходимые материалы приходится доставать уже не на местной ярмарке, а чуть не за тридевять земель — в Москве.

Хозяин, вместе с сыном-подростком и одним наемным рабочим, — делал в день 100−120 штук изразцов, в год получалось 8−10 тысяч штук. Себестоимость сотни изразцов мастер определял в 13−14 рублей, продажная цена была 17−18 рублей. Рынок сбыта ограничивался уже пределами своего уезда.

Конец изразцовому заводу Красавиных, видимо, пришел в том же 1931 г. — именно в этом году был репрессирован владелец мастерской. Его братья разделили ту же участь в 1933 г. Это уже — сведения из списков реабилитированных, такие списки публиковались в местной печати в конце XX века.

Сейчас промысел в той деревне, конечно, не существует. Да и деревни, считай, нет. В окрестностях остались ямы, про которые немногие местные жители объяснят любопытствующим — мол, глину там рыли когда-то.

Памятником же погибшему промыслу и мастеровитым крестьянам остались облицованные изразцами печки и лежанки в деревенских избах. Или — не остались? Те старушки отжили свое, их наследники изразцовую облицовку печей чаще всего разбирали, продавали любителям домашнего уюта…

Да, скорее всего, те изразцы все еще греют душу кому-то. Красавинские изразцы — повезло им с фамилией мастера!

Обновлено 8.10.2007
Статья размещена на сайте 9.09.2007

Комментарии (20):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: