Дорога длиною в жизнь
Игорь Ник Исетский Профессионал

Солдату хочется стрелять. Всегда ли можно нажимать на курок? Часть 1

Чем грезят молодые парни, попавшие на службу, наслушавшиеся рассказов от прошедших армию старших товарищей? Конечно, мечтают о боевой учебе, овладении приемами рукопашного боя и стрельбе из автомата. А что чувствуют и делают солдаты, когда оружие у них постоянно с собой? Такое случилось, например, с теми, кто оказался в Афганистане. Я расскажу о том, чем порой заканчиваются «стрелковые упражнения» военнослужащих без ведома командования. И немного о другом.

В ДРА мы устанавливали палатки по всем правилам военного времени. Сначала вырывалась яма глубиной около метра, в ней сооружались деревянные нары для сна, а сверху натягивалась палатка. Получалось нечто вроде крытого окопа.

Печки топились соляркой через самодельные форсунки, которые вели себя непредсказуемо. Случались пожары. Когда заполыхала палатка моего взвода, бойцы быстро выскочили из нее. Никто не пострадал, кроме Юрки Гулевата. Он немного ожег руку.

Юра решил покинуть палатку, прыгнув головой в окошко. Да только рамы в палатках не выбиваются, так как представляют собой брезентовые полоски, намертво пришитые к стенкам палатки. Между ними находится стекло в деревянной оправе. Вот по этому стеклу и врезал своим черепом наш воин. «Хотел, как в кинофильмах, выпрыгнуть», — позже признался он, смеясь.

Палатка догорала, когда вспомнили, что под нарами лежит ящик с боеприпасами к гранатомету. Хотели разбегаться, пока не рвануло, но подоспевший командир роты приказал достать ящик из пламени. После отказа гранатометчика достать вверенное ему имущество в огонь бросился Толя Симонов. Обратно его вытаскивали за шиворот, а он, зажмурив глаза от дыма, почти теряя сознание, намертво вцепился руками за крепления дымящегося ящика.

С самого начала мы несли службу на подступах к батальону. На дальнем посту, недалеко от шоссе, вырыли окоп, прикрыв его сверху брезентом. Один солдат из окопа через своеобразную амбразуру наблюдал за дорогой, второй осматривал местность в других направлениях.

Помню, как-то ночью на отдаленном посту я услышал приближающиеся шаги. Сразу же сообщил об этом напарнику Коле Старостину, быстро передернул затвор и крикнул в темноту:

 — Стой, кто идет!
 — Свои, свои, парни, — послышался спокойный голос.
 — Пароль?
 — Не знаю, — произнес подошедший ближе мужчина, оказавшийся офицером. — Я только что прибыл. Иду к химикам, направлен служить туда.

Действительно, часть химических войск находилась поблизости. Мы проверили документы и пропустили старшего лейтенанта, указав ему путь. А поначалу, признаюсь, испугались: ночь… и неожиданно характерный чавкающий звук от сапог, ступающих по грязи.

Батальон неоднократно поднимали по учебной тревоге. Каждый занимал место в своем окопе. В первый же такой подъем я заметил, что сзади, чуть левее и ниже, парни из первой роты устанавливают пулемет. Получилось, мы — на линии огня. Понятно, мало опыта имелось еще у офицеров, по чьим указаниям отрывались окопы в таком порядке.

Оружие находилось постоянно при себе. Когда спали, автоматы пристраивали за подушками. Конечно, очень хотелось опробовать оружие. Тем более лишние патроны у многих имелись.

Разок мы с дружком Виталькой Монастырским, выбрав время, заскочили пострелять в овраг недалеко от расположения роты. В качестве мишени взяли лопату.

Сначала проверили слышимость. Я стоял наверху, а Виталька палил в овраге. Выстрелы еле слышны. Потом на «стрельбище» сошел я. Несколько раз выстрелил одиночными по лопате. Одна пуля попала в самый край железа, другие в черенок. Но он такой плотный, что на дереве остались лишь трещины. Пуля раздвинула древесные волокна, сомкнувшиеся после ее выхода.

Стреляли и по пустой 200-литровой бочке из-под горючего. Интересно, после попадания на бочке оставались заклепки. Вроде тех, в которые вставляются шнурки в ботинках. Оказалось, при вхождении в металл с пули срывалась медная оболочка. Она и выглядела, как заклепка. А в бочке оставался стальной сердечник. Выходило, при обстреле можно прятаться за бочками. Насквозь они не пробивались. Но я бы не рискнул. Пуля-то и бронебойной может оказаться.

Вылезли из оврага, осмотрелись. Все нормально, начальство нас не засекло. Вдруг сзади раздался выстрел. Это Виталий после стрельбы забыл выбросить патрон из патронника. Контрольный спуск сделал наверху. Однако, на наше счастье, никто не обратил внимания на стрельбу.

Наконец в батальоне объявили стрельбы. Установили мишени, отстрелялись. Затем стали расстреливать оставшиеся патроны. Стреляли и по подброшенным вверх каскам.

Нам рассказывали — каска защищает от осколков и пуль. Будто бы при попадании в стальную защиту головы не прямо, а под углом, пуля уходит рикошетом. Ничего подобного. Бедная касочка пробивалась со всех сторон под любым углом.

Каски заставляли надевать лишь на дальних постах. Должен сказать: после четырех часов дежурства от излишнего веса на голове начинала болеть шея.

Первая зима в Афгане выдалась довольно суровой. Местные жители говорили, что такого лет сто не наблюдалось, и что это русские привезли с собой холода и снег. Но снег вскоре начал таять. Кругом стало слякотно.

Однажды ночью я, возвращаясь с поста, поскользнулся и упал в глубокую лужу с жидкой грязью. С самого дна достал свой АКМ и, добравшись до пристанища, начал его чистку. Вычистив автомат, собрал его и заметил, что забыл установить одну из деталей — газовую трубку. Вновь разобрал оружие, поставил на место трубку.

Магазин вопреки инструкциям на этот раз не снимал. И получилось, что когда ставил на место затворную раму, невольно загнал патрон в патронник. Решил сделать контрольный спуск. В палатку зашел командир отделения сержант Сущ и заслонил свет. Я, дождавшись, когда он пройдет, нажал на курок. Прогремел выстрел. Все присутствующие вздрогнули, а сержант застыл на месте и побледнел. Потом вымолвил:

 — Шутки шутками, мужики, а ведь мне по ноге ударила струя воздуха от пролетавшей пули. Вплотную прошла.

Слава Богу, все обошлось. А сколько народу пострадало от неосторожного обращения с оружием, известно только статистике.

Продолжение следует…

Обновлено 4.12.2018
Статья размещена на сайте 5.12.2014

Комментарии (10):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Ирина Толмачева Читатель 14 ноября 2018 в 18:13 отредактирован 15 ноября 2018 в 01:04

    Игорь,(простите, не знаю вашего отчества) здравствуйте!Меня зовут Наталия , пишу с странички моей дочери.Случайно наткнулась на статью из книги "Записки афганистанца"ч.39 Шурка,как же так? на сайте Проза.ru, в которой Вы пишите об Александре Рулёве. Дело в том, что я все свое детство и юность провела рядом с этим замечательным человеком, нашим Санькой, так мы его называли. Семья Рулевых жила по соседству, в частном секторе г.Омска. Мы жили в доме 38, а они рядышком в 40. Санька был и остается в нашей памяти самым светлым, я бы даже сказала, лучезарным человеком.И до конца своей жизни будем помнить о нем! Каждый год,в родительский день мы собираемся у его могилы и вспоминаем,"как молоды мы были" а Саня смотрит на нас с портрета и .....улыбается! У Александра есть родной брат Владимир, он живет в Омске.К сожалению не знаю его точного адреса. Но в доме Саниных родителей живет его родной племянник, которого назвали в честь дядьки Александром. Если у вас появятся вопросы ко мне пишите,я обязательно отвечу и помогу.

    Оценка статьи: 5

    • Здравствуйте, Ирина!
      Ко мне без отчества, хотя оно кроется в псевдониме. Но нам ещё нет и 60-ти, хотя мы с первых дней ввода советских войск в ДРА.
      Наконец-то мы дождались весточки о Саше Рулёве, а ведь сколько лет назад была опубликована о нём статья в "Вечернем Омске".
      И фото, что передали потом в музей, а не родственникам, как мы хотели с моим другом и автором фото Саши и множества других наших, Виталием Монастырским.
      Даже школа, где учился Саша и, где установлен ему бюст, как я узнал с сайта школы, не соизволила отозваться на мою просьбу прислать фото бюста.
      А на статью о Саше отозвалась председатель ко).
      И это её усилиями память Саши была увековечена мемориальной доской в училище, которое он окончил. Сейчас там речных морячков обучают.
      Они и возлагали гирлянды к мемориальной доске Сане.
      Ну, и школу подключила, конечно, Октябрина Алексеевна. Только никто там не следит за сайтом.
      А я бы выслал им книгу "Записки Афганистанца". Так меня окрестил дядька.
      Книга в черновом варианте опубликована на сайте Проза.ру.
      Её больше всех читают. Там под 900 рецензий.
      Вот ссылка на статью о Саше: https://www.proza.ru/2011/05/02/997.
      Ещё не понял, где я упомянул имя Саши в статье о "буйных" стрелках. Саша таким не был и погиб в бою.
      С большой радостью сообщу, что нашлись родственники Сани Виталию Монастырскому в Ивано-Франковск. И вам вышлю книгу, пишите адрес.
      А вы вышлите мне скан фото бюста Саши. Очень хочется увидеть его в художественном воплощении.
      Почему родители Саши умерли в один год, кажется 1997-ой? Погибли или так совпало.
      Мы знали, что у Сани есть брат. Ну, как никто не сообщил ему о той статье в вашей "вечёрке"?
      И есть мой очерк о Саше в книге о погибших омичах. Её вёрстку показывали моей сестре, когда она приезжала к сыну, студенту омского мединститута, через которого я и передал материалы о Саше в "вечёрку".
      Будем помнить его.
      Пишите мне на адрес: igis12@mail.ru.

      С уважением,
      Игорь.

  • Потом и заметили, да снова забыли.
    Спасибо.

  • Насколько интереснее подробности от участников "той войны незнаменитой", чем в официальных сообщениях.

    Если бы тогда вместо половины "ограниченного контингента" были американцы, для них нашлись бы и свои моджехеды.