Константин Кучер Грандмастер

Как курсанты из Москвы уезжали? Воинские кассы

1 августа — первый день каникул во всех военных училищах Союза. А билеты хозяйственная часть покупает только через Москву. Поэтому 1 августа в Первопрестольной — все курсанты страны. От Минска до Владивостока. И от Ташкента до Свердловска. Представляете, сколько это?!

И если всю эту курсантскую массу сконцентрировать у воинских касс столичных вокзалов и аэропортов… Как? Как ей выбраться из Первопрестольной? В которой, конечно, и Третьяковка, и Большой театр, но дом родной… Он-то… Эвон где!

 — Оп-паньки… Приехали!

Плотная однотонная курсантская масса в несколько рядов полукругом стояла перед открытыми настежь двустворчатыми дверями зала воинских касс. За ними, насколько хватало глаз, застыло — от тесноты не шелохнуться — море голов, в одинаковых фуражках защитного цвета. И если до дверей ещё можно было кое-где разглядеть курсантские погоны на плечах, то за ними — только фуражки. Фуражки, фуражки, фуражки… Как большое колхозное поле, вместо подсолнечника густо засеянное дружно взошедшими фуражковыми всходами.

 — Ё-моё! Откуда столько-то?

 — А ты чё хотел?! 1 августа. Первый день каникул во всех военных училищах Союза. А билеты хозяйственная часть покупает только через Москву. Я же хотел через Питер. Куда там. Все училище — на Москву. Поэтому сегодня здесь — все курсанты страны. От Минска до Владивостока. И от Ташкента до Свердловска.

 — Прям так уж все?

 — Ну, почти все. Только у кого пересдача, вот тех ещё из училища не отпустили. Будут одни-одинешеньки слоняться по казарме, пока с хвостами не рассчитаются. Но таких три-четыре… Пять. Максимум, шесть-семь человек на роту. Так что можешь спокойно считать, что сегодня у московских воинских касс — и Аэрофлотовских, и железнодорожных — все курсанты Союза.

 — И?! Что делать-то будем? Ты посмотри, Санек. Тут — монолит! Монолит курсантский. Даже через ряд-другой не протолкаться. А уж до кассового окошка добраться… И очереди тут… Никакой нет!

 — Какая очередь, Костян? В очередь тут до завтрашнего утра стоять будем.

 — Так может, и не будем заморачиваться с билетами?.. Пошли, посмотрим расписание. Как состав подадут к платформе, пройдем вдоль него. С первой проводницей не договоримся, вторая возьмет. Не вторая, третья — четвертую уболтаем. А то может, какая стройотрядовская бригада в проводниках стоять будет. Закадрим молодых студенточек. Уедем! Говорю тебе, и без билетов уедем!

 — Не-е-е, Костян, без билетов — никак. С каникул вернемся, надо будет проездные документы в финчасть сдать, отчитаться.

 — Да-а-а… Засада. И что ты предлагаешь? Как выкручиваться будем?

 — Не знаю. Пока не знаю. Дай подумать чуток.

* * *
 — Мишка, хватит курить. Ну-ка, подь сюда. Мужики, смотрите. Двери в кассовый зал видите? Они открыты…

 — И что? Ты попробуй к ним подойди. До них утрамбованная курсантская толпа рядов в десять, не меньше.

 — Не перебивай, Костян! Сюда слушай. Мы и не будем подходить. Видишь, какие двери высокие? От голов до дверного косяка ещё почти половина человеческого роста. Приличная дырка. Мишка у нас самый маленький. Я его беру за правое предплечье, ты — за левое. Витек держит ноги. Раскачиваем Мишку хорошенько. Но — недолго, а то силу потеряем, выдохнемся. Раскачиваем и по моей команде — «раз, два», на «три» — бросаем его из всей оставшейся мочи так, чтобы он пролетел над головами в дверной проём. А ты, Миха, ещё приземлиться не успеешь — беги! Как сможешь. Хоть на карачках! Стремительно перебирай клешнями. Прямо по плечам, по головам. На что нога встанет, рука обопрется — по тому и беги. Пока народ сообразит, пока поднатужится, чтобы расступиться, успеешь несколько рядов пробежать. Расступятся — упадешь «солдатиком», на ноги, посреди толпы, и тебя назад уже никакими силами не вытолкать. А кассы — вот они. Почти рядом.

Держи проездной документ. Костян, свой отдал? А ты, Витек?.. Ну, что?! Раз-два, взяли!

* * *
Весь расхристанный, с большим влажным пятном на спине, слипшимися от пота волосами и сбившейся куда-то набок фуражке Мишка выбрался из кассового зала к исходу третьего часа:

 — Фу-у-у… Думал, пуговицы с мясом вырвут. Как, все на месте?

 — Да вроде. Все, все твои пуговицы на месте! Мишка, не томи. Что с билетами?

 — Вот! Вот они, родненькие. Правда, все четыре на Киев. И только на завтра. На утренний пассажирский. Больше ничего не было. Вообще ничего!

 — Ладно, главное, для отчета бумажки есть. А так мы уже посмотрели расписание. Наш, Кировоградский, только вечером. А тебя уже через полчаса можно будет попробовать посадить на Киев по тому варианту, что Костян предлагает.

 — Не, мужики. У меня тут, в Москве, дядька. Так я лучше съезжу к нему, проведаю. Переночую у родичей, а утренним поездом и двину на Киев.

 — Ну, смотри, Мишка. Как знаешь. Всё у тебя — не как у людей. У всех, как минимум, бузина в огороде. А уже плюсом к ней — дядька в Киеве. А у тебя и бузины нет, и дядька — хрен его знает где. В Москве!

 — Так если билеты купили, может, хоть теперь-то — поедим?

 — Ну, ёкарный бабай! Кто о чем, а Костян — исключительно о жрачке. Хотя и правда, перекусить не мешало бы. Говорят, ты тут был, всё знаешь. Веди, Сусанин!

 — Нет, на Киевском, пацаны, ловить нечего. На Павелецком — другое дело. Два шага от вокзала — та-акая кафешка! И недорого, и гарнира накладывают — вот такую гору! Или ты вареников хочешь? Так на Краснопресненской, наискосок от входа в зоопарк, есть специализированная столовая. Так и называется «Вареники». Может, туда?

 — Нет, вареники — завтра. Мамины. А сегодня давай не отрываться далеко от вокзалов. Мишка… А ты что стоишь, как неродной? Давай, с нами. Успеешь к своему дядьке. Может, он ещё на работе. Будешь под закрытыми дверями голодным куковать. Порадуемся от души гражданскому хавчику и разлетимся до сентября в разные стороны. Мы — на вокзал. А ты уж — к своему дядьке. Давай, давай, — пошли. Чего топчешься?.. Перебирай клешнями. Жизнь налаживается! Курс — к метро. Где тут эта заветная буковка «М»?..

Продолжение следует…

Статья размещена на сайте 10.07.2015

Комментарии (8):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Все ностальгируете, Константин.
    Я вот помню, как наши курсанты в Афган уезжали, и как оттуда возвращались. Лично.
    Как сегодня на Донбасс уезжают.
    Восторгов ваших не разделяю - считаю, как бы мило нам наше прошлое ни было, нужно его не только любить, но и анализировать.
    Советская, и не только, армия (я ее прошел) - было довольное странное формирование, где человеческий разум был повернут в каком-то своем, уникальном направлении.

    • Игорь Ткачев, армия всегда работает на государство, а значит тот, кто решается идти туда и не только в армию, а в армию забирают не только по желанию, тот заведомо доверяет тому государству, где он служит. Если вас не устраивает то общество, тот строй и та власть, не идите в армию и работайте там, где вас устраивает по вашим политическим соображениям. Те, курсанты, да и нынешние тоже, наверное знали на что они идут, ну не тащили же их невольно или насильно. Так что ваши охи и вздохи и анализирование мне опять не понятно. А АФган, это большая ошибка наших политиков или большая провокация. Вот это то вспоминать и не хочется, сколько судеб искалечил Афган. Вот только не понятно, когда вы успели пережить Афганские события и провожали и встречали, да вы тогда еще неотесанным ребенком были Опять вы, Игорь, воду мутите.

      • Варенька Березкина, этого не стоит принимать всерьез. Солдаты информационной войны обязаны исполнять приказы.
        Не надо даже задумываться - как он ухитрился настолько ярко сохранить ранние детские воспоминания, или - кто его пустил в 10 лет одного на военный аэродром, или - как он из-под Минска видит направляемых в Донбасс псковских, или рязанских десантников, которых (всех по 10 раз) еще в прошлом году поубивали укрские новобандеровцы.
        Ну что поделать, жизнь такая - мутить воду за копеечку малую. Креакл, одним словом.

    • Да нет, Игорь. Просто вспоминаю. А если какая-то часть этих воспоминаний о самом прекрасном времени в жизни каждого из нас - молодости, окрашена какой-то толикой позитива, то в этом, наверное, нет ничего странного или удивительного.
      А то, что армия - особенная структура не только в части своего предназначения, но в части ментальности, думаю, это прекрасно понимают даже те, кто к ней не имеет ни малейшего отношения.

  • Жду продолжения.

    Оценка статьи: 5

    • Так, Лариса... Надо кликнуть на синенькое "продолжение следует". И мы сразу попадем от воинских касс на перрон. А потом и в вагон переместимся.
      Спасибо за отзыв.
      Да! В субботу журнал опубликовал новую статью Сергея Грибина (Харбин). Не пропустили?