Константин Кучер Грандмастер

Как мы прощаемся со своими друзьями?

Прости нас, дорогой. Всех тех, кто пришел сегодня сюда, на небольшое деревенское кладбище, где уже лежат родные твоей мамы. Пришел, чтобы проводить тебя.

pixabay.com

Прости по мелочам. За то, что в своё время были не особо внимательны к твоим просьбам, когда ты звонил и говорил: «Приезжайте, ребята! Я вас приглашаю. Причем, обратите особое внимание, делаю это настойчиво». А мы отнекивались, ссылаясь на какие-то, как тогда нам казалось, важные и неотложные обстоятельства, надеясь, что ещё успеется. Мы, мол, жить будем долго и счастливо. И умрём в один день. Если, конечно, умрём. Потому что, вообще-то, предполагаем жить если не вечно, т. к., увы, но старушка история таких примеров не знает, то очень-очень долго.

Как мы были наивны!

А теперь уже ничего… Ничего не исправить. И хотел бы тебя обнять, крепко похлопывая по спине, и, глядя в твоё радостное и улыбающееся лицо, сказать негромко: «Привет, брат», но не могу. Потому что как-то совсем нежданно и негаданно пришло время сказать что-то другое. Типа: «Прощай, брат!» Не до свидания. Или, как мы обычно говорили при расставании: «До встречи». Нет, этого уже не сказать. А «прощай» и «прости» — они где-то рядышком. Хотя бы в своём созвучии.

Так что прости. И по мелочи. И по-крупному. За то, что ты ушёл, а мы остались. Остались и видим то, что ты никогда… Никогда уже не увидишь.

Те же верхушки ёлочек-подростков, что, любопытствуя, выглядывают из неплотной белёсой пелены предутреннего тумана: «Куда так торопишься, братишка?»

«В Сыктывкар, сестрёнки. Друг у меня там умер. Вот и тороплюсь… Чтобы успеть. И отдать ему то, что не успел отдать при его жизни»… И увидеть боковым зрением, как они, уже отдаляясь и убегая назад, за спину, машут тебе своими зелеными веточками-ручками: «Счастливого пути, братишка. Да хранят тебя духи леса в дороге!»

А потом, по привычке, бросив очередной взгляд в зеркало заднего обзора, вдруг увидеть багровый солнечный диск, восходящий над дорогой, в просвете между высокими стенами леса справа и слева от неё. Который вдруг тёмным прямоугольником закрывает выскочившая на подъём фура. Но это — всего на мгновение, уже следующей секундой, продолжая движение вперёд, в попутном с тобою направлении, фура вдруг озаряется розовым нимбом. И ты вдруг понимаешь: вот она — Мадонна российских дорог. Так же как осознаёшь, что всё это — неспроста.

Ты ведь тоже, как многие из нас, не любил долго сидеть на одном месте. Это было тебе в тягость. И когда доставала работа, какие-то текущие заботы, ты легко подхватывался, так же легко собирал нехитрые пожитки (если, конечно, успевал разобрать их от предыдущего раза) и звонил кому-то из нас: «Ждите, пацаны. Еду». Прыгал в свою Тойоту, топил педаль газа в пол до самого упора и выходил на трассу.

Пусть эта Мадонна российских дорог, помнящая тебя так же хорошо, как и все мы, молится за тебя. Не потому, что мы забудем о тебе. Нет, о тебе — не забудем. Но вот о Боге… Наверное, ещё не пришло наше время. Чтобы трепетно и ежедневно поминать имя Его всуе. Так что будем ли мы помнить о Нем… Не уверен. И потому, если молиться — пусть она сделает это за всех нас. И молится за тебя.

А мы, не отвлекаясь на молитвы, до которых, если честно, за работой, семейными и прочими делами, просто не доходят ни руки, ни душа — будем помнить. Тебя помнить, дорогой. Такого, каким ты был для каждого из нас. Высоким, стесняющимся своего роста и потому чуть сутулящимся, с доброй, мягкой и располагающей к себе улыбкой. Помнить, как ты любил хорошую шутку. А уж подтрунить над другом… Как ты это любил! А мы, все вместе, потом долго смеялись над твоими шутками. И до сих пор помним многие из них.

Помним и то, как ты любил эту жизнь, как торопился жить, наверное, чувствуя, что судьбою тебе отмерено не так чтобы и много.

Мы будем тебя помнить, дорогой. И пока мы помним, для каждого из нас ты будешь живой. Такой, каким ты остался в памяти всех тех, кто сегодня пришел попрощаться с тобою. И очень надеемся, что тебе уготована долгая жизнь в нашей памяти. Посмотри, как нас много сегодня здесь, рядом с тобою. Всё-таки ты был упрямым и настойчивым. И постарался собрать нас всех. Хотя бы сейчас, если по нашей вине тебе не удалось это сделать при твоей жизни. Вот, посмотри. У тебя получилось. Мы все (или почти все!) здесь, рядом.

Каждый из нас, благодаря тебе, понимает сегодня, что жизнь не бесконечна. Она, как бы мы этого ни хотели, может оборваться в любой момент. Поэтому никогда нельзя откладывать на завтра то, что ты можешь сделать сегодня. Потому что «завтра» может и не быть. И учитывая это, надо не только помнить, но и сделать всё, что в наших силах, для того, чтобы тебя помнили и после того, как вслед за тобою уйдём и мы. Я надеюсь, у нас ещё есть на это время. И мы успеем. Даже не переживай за это.

Спи спокойно, дорогой. Пусть земля будет тебе пухом.

Но не надейся, что таким хитрым Макаром ты избавился от нас. Нет, мы не торопимся… Мы очень сильно не торопимся. Но будь уверен, придет время и уже ты, и не провожать — будешь встречать каждого из нас, традиционно обнимая и похлопывая по спине: «Привет, брат». И поверь, если что нас сегодня и согревает, так это надежда на то, что ты ушёл не навсегда. И когда-то вместо сегодняшнего «прости-прощай» мы сможем улыбнуться тебе в ответ и сказать: «Привет. Привет, дорогой!»

Обновлено 21.11.2015
Статья размещена на сайте 16.11.2015

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: