Борис Рохленко Грандмастер

Линь? Лучше нет!

С охотниками и рыболовами я знаком, сколько себя помню: в нашем доме жили дядя Твилинёв — инвалид (у него не было одной ноги, и он ходил на костылях) и Дмитрий Иванович Беликов — отставной майор авиации. Оба были достаточно общительны, а мне было интересно все: как развешивается порох для патрона охотничьего ружья (это делалось на аптекарских разновесах), как закладываются в гильзу порох и пыжи, как закатывается папковая (картонная) гильза (была машинка для закатки). В те времена не все можно было купить, так пыжи и дробь они иногда изготавливали сами. Для пыжей была специальная вырубка, для дроби — достаточно сложный в моем понимании агрегат.

Заключительный аккорд в изготовлении патрона — установка капсюля. Иногда нам (пацанам) кое-что перепадало от них. Это были и стреляные гильзы, и свежие капсюли от патронов, которые мы потом самоотверженно разбивали молотком на рельсе, чтобы услышать маленькое подобие взрыва. Капсюли были обычные и «Жевело». Последние были покрупнее и давали больше шума.

Когда охотники возвращались с охоты — это было живописное зрелище: болотные сапоги, плащ-палатки, ягдташи с битой птицей (на зайцев не ездили, потому что за ними надо ходить, а за утками можно плавать на лодках). Часть добычи продавалась (кажется, что мы тоже покупали уток).

Кроме того, они оба рыбачили на реке Миасс, которая протекает на задах нашего дома (отреставрированный дом до сих пор стоит). У них были лодки-плоскодонки, с которых ловили рыбу посреди реки. На зиму лодки приволакивали во двор, а весной их конопатили и гудроном (его расплавляли паяльной лампой) заливали законопаченные места. Естественно, что именно у них я увидел впервые удочки, спиннинги, блесны, грузила, сети, крючки, червяков, узнал о прикорме рыбы и о прочих премудростях рыбалки.

Пришло время и мне пойти на рыбалку. Я приготовил снасти: удочку, червей, хлеб, встал до восхода. Сам встал! Вибрируя от волнения (первый раз!) вышел на берег, закинул удочку. Часа четыре закидывал, временами вынимая и осматривая наживку. Уже ушла последняя надежда на то, что я что-нибудь поймаю, я потянул удочку — и на удивление на крючке оказался пескарь! Это была единственная в тот день рыбка.

Так я стал рыбаком. Особой удачи у меня не было, но иногда что-то было и поджарить. В основном это были пескари, реже попадался окунь. Рыбка была мелкая: у берега крупная не водилась, а выехать на стрежень — нужна была лодка. В 1957 году я уехал от реки, и рыбалка прекратилась надолго.

1966−1967 годы, Уральский автомобильный завод. Я — зам. секретаря комитета комсомола завода: прием в комсомол, представительство на всяких мероприятиях (уже не помню, что я там делал, но полтора года или что-то около этого я исполнял какие-то обязанности).

Кроме партийной и комсомольской, в те годы существовали и организации по интересам: общество охотников и рыболовов, например. Про охотников знаю, что эта контора занималась оформлением разрешений на охотничьи ружья и выдачей лицензий на охоту, определением сроков охоты и объемов добычи. Выход без лицензии считался браконьерством, и за это надо было рассчитываться с уголовным кодексом (или государственным инспектором). Рыболовная секция устраивала соревнования по рыбной ловле: по количеству и по экземплярам (по крупности). И вот однажды мои обязанности в комсомоле и необходимость провести такое мероприятие пересеклись: меня пригласили участвовать в судействе. Я не отказался, считая себя достаточно подготовленным к такой роли всей своей предыдущей рыбацкой карьерой.

Соревновались на одном из озер в округе (кажется, на Увильдах). Меня привезли, приткнули к сторожу базы этого общества, который мне рассказывал все, что придется. Мы куда-то съездили на лодке (по-моему, проверяли «морды» самого сторожа), а потом съехавшиеся к определенному часу рыбаки взвесили свои уловы, определили самую крупную рыбу, на чем собственно соревновательная часть закончилась. Подробности я не помню, наверное, был выпивон (но не настолько тяжелый, чтобы отложиться в памяти). В завершение мне был вручен линь весом около килограмма. «За что?» — спросил я у организатора этой поездки, председателя спортивного клуба завода Володи Демонова. «За судейство!»

Привез я эту рыбешку домой, ее обработали кипятком (она была очень сопливой, слизь от кипятка сошла), а потом поджарили. А потом, естественно, съели.

С тех пор прошло больше сорока лет. С линем мы больше не встречались: рыба озерная, а я давно живу далеко от озер. Но точно знаю — ничего рыбного вкуснее линя я не ел!

Если вам представится случай выбирать — выбирайте линя, не пожалеете!

Обновлено 22.04.2008
Статья размещена на сайте 20.04.2008

Комментарии (4):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Хотя линей в статье мало, но читать интересно. Мне многое вспомнилось...

    Оценка статьи: 5

  • Сейчас читала Ваш рассказ и вспоминала своего отца. Он был заядлый рыбак. Сколько времени у него уходило на изготовление рыбацких снастей, варку прикорма для рыбы, разведение наживки (разводил личинок мух). Наверное, сам процесс ловли занимал времени меньше, чем прелюдия. Это не считая, что до места рыбалки надо было добираться 4 часа на электричке. Тогда я не воспринимала увлечение отца серьезно, хотя дома у нас часто была свежая и вяленая рыба. Рыбой мы были закормлены, отец на нас с мамой обижался. Говорил: «Захотите рыбки, а ее нет. Вспомните меня». Умер мой папа рано, после операции на сердце, не приходя в сознание. Почти до самого конца ездил на рыбалку.
    Спасибо Вам за статью, за еще одну возможность вспомнить отца.

    Оценка статьи: 5

    • Лена, спасибо за ваш трогательный комментарий и за оценку!

      Если бы вы попробовали написать все это в деталях?

      • Спасибо. Но дело в том, что отец умер, когда мне было 24 года, и я уже плохо помню, как и что он делал. Самый разгар его рыбацкого самодельничества пришелся на мое детство. Я все же дочка, а не сын, и меня мало интересовали его занятия. Мне казалось это чудачеством. Теперь я понимаю, что у отца было любимое дело, или как сейчас называется, хобби.
        Ему приходилось мастерить снасти, потому что не было возможности все это купить в маленьком районном городке.

        Оценка статьи: 5