К. Ю. Старохамская Грандмастер

Как это было? По колено в вине... Будни винзавода.

Трудовой семестр

Помните бессмертный эпизод из фильма «Операция Ы»? Как там выкликают пятнадцатисуточников: кого на песчаный карьер, кого на стройку, а кого и на винно-коньячный комбинат. Все, ясное дело, хотели на винно-коньячный, но… «сегодня комбинат заявок не прислал». Видимо, справлялись своими силами.

Было и у нас нечто подобное, но, конечно, не в порядке «отсидки». В старые добрые времена было такое понятие в институтах — трудовой семестр. Надо было на каникулах где-нибудь поработать. Как правило, даром. Кого посылали территорию института убирать, кого мебель таскать, а кого и на предприятия. Не путать с поездками в колхозы — в колхозы ездили в сентябре, а трудовой семестр случался в июле.

Рассказы бывалых людей

Потом, конечно, обменивались впечатлениями. И что интересно: те, кто попадал на кондитерскую фабрику — они потом до-о-о-лго покупных пирожных не ели. И не потому, что там объедались, нет! Съесть-то они бы съели, да кто бы им дал? А потому что видели, как и из чего их делают. Кто на молокозавод — те избегали покупать молоко. Рассказывали легенды, что по ночам крысы пьют молоко, обмакивая в бутылки хвосты и облизывая их. А кто на мясокомбинаты попадал — вообще повествовали нечто вроде фильмов ужасов, где фигурировал визг перемалываемых в огромных мясорубках крыс и т. д.

На мясокомбинатах не работала, не могу сказать ничего авторитетного. Хотя приятельница моей маменьки рассказывала, что по ГОСТу из килограмма мяса должно было получиться 16 кг сосисок. Так это по ГОСТу, теоретически, а реально, конечно, мясо еще и крали, причем крали ежедневно все. Это называлось «несуны». Дело в том, что в СССР покупать то, что сам производил на заводе, фабрике и т. д., считалось идиотизмом невероятным — если бы кому-то пришло такое в голову…
Другие наши знакомые наладились было покупать мясо у соседа — такого несуна, пока не выяснили, что через проходную он ежедневно проносил его подвязанным между ног: вахтерши-тетки стеснялись там щупать. После этого аппетит на «левое» мясо у них пропал…

Будни винзавода

Но крыс сама не видела, повезло. А вот на винзаводе поработать мне пришлось. Это был завод шампанских вин на Французском бульваре. Довольно известный завод. Вино было белое — ркацители или алиготе. Не шампанское. Шампанское делалось как-то иначе и укупоривалось в толстые бутылки, называемые «фугас», туда мы не попали. Это было привилегированное подразделение, фирменная продукция и т. д.

Нас определили в помощники черпальщиков. В здоровенном сыром цеху лежали на боку огромные, диаметром метра три, бочки (буты), где вино отстаивало последнюю стадию приготовления. Работа мойщицы таких бочек изнутри считалась самой страшной — внутри было темно, жарко, трудно дышать… Работали там только женщины.
Из бочек вино по резиновым шлангам лилось в большой чан посреди цеха, а оттуда уходило уже на разлив, к конвейеру с бутылками. Зачем это было надо, почему не прямо из бочек на разлив — я не знала. Такая технология, им виднее.

Иногда в задаче с бассейном (в три трубы вливается… из двух выливается…) происходил сбой, чан переполнялся и вино уходило на пол. Мы ходили там в вине по щиколотку в грязных резиновых сапогах, обыкновенными хозяйственными совками собирали вино с пола и плюхали обратно в чан. Вот прямо стояли в вине и вино это собирали, как собирают воду в случае прорыва водопровода в ванной. То, что мы собирали вино прямо с пола в чан, никого не смущало — оттуда же и они сами его пили, а в конце дня набирали в резиновые грелки, каковые проносили через проходную опять же промеж ног. Надо полагать, своим мужикам. Ну в самом деле, не покупать же каждый день вино в магазине, если работаешь на винзаводе? Мужики бы этого не поняли… Особенно тщательно работницы запасались в пятницу, чтоб хватило на выходные.

Но прорыв случался не часто. Когда бассейн функционировал правильно (сколько вливалось, столько выливалось), мы должны были мыть кафель на стенах: какая-то мудрая голова замостила цех кафелем с выпуклым узором, и в ямках этих визеруночков жила неистребимая плесень. Ее надо было вытирать оттуда тряпочкой. Труд совершенно мартышкин: цех был огромный, пропитанный сырой и кислой винной сыростью, и плесень размножалась быстрее, чем пара студенток ее вытирала. Но надо ж было чем-то нас занять, раз уж прислали.

Народный фольклор

Попутно мы там повышали свои знания фольклорных выражений. Тетки-работницы ругались виртуозно, с суффиксами, приставками и этажами. То есть они не ругались вообще-то — они так разговаривали… Это был не простой и грубый мат, это была поэма, это было творчество, и это был полет. Очень хотелось записывать, но я стеснялась. Да если б даже и записывала — все равно тут нельзя было бы привести ни единого примера…

После этого трудового семестра мы тоже долго не пили вин одесского разлива, старались покупать то, что разлито в Молдавии, Грузии, а то даже и в Венгрии, хотя импортных вин тогда было очень мало.
Но потом махнули рукой: наверное, везде одно и то же…

Винная тема в современной живописи

Наверное, не будет лишним подкрепить мысль о хорошем вине и отвлечься от прискорбных мелких издержек и недочетов, рассматривая натюрморты современного художника: Raymond Campbell (British, b. 1956) (холст, масло)
Ваше здоровье!

]

Обновлено 2.11.2008
Статья размещена на сайте 13.11.2007

Комментарии (27):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: