Катерина Богданова Грандмастер

Что поделывают полешуки? «Чоўпоту чоўпуць!»

Непереводимое словосочетание — это от моей бабушки. Самой настоящей полешучки — начиная от невероятного говора и заканчивая безграничной, я бы сказала, патологической, добротой. За доброту бабушке периодически приходится горько расплачиваться (ну не всегда это к месту!), а вот говор — о! более сочной (по-белорусски — «cакавітай») речи мне лично слыхивать не доводилось.

Есть у меня подозрение, что сочетание «Чоўпоту чоўпуць» бабушка изобрела сама. Как-то пересказывала мне свой бесконечный сериал и таким вот образом охарактеризовала поведение одной бестолковой героини. Но не будь она на то полешучка! Ведь именно там, в бескрайних полесских болотах, только и могла сочиниться такая фраза. Перевести ее дословно крайне трудно. Но если кто-то не понял, поясню: это что-то вроде «творила нечто невообразимое» и «дурью маялась» в одном флаконе.

Признаться, причислять себя, пусть наполовину (ибо папа родом не совсем с полесских территорий), к этому славному народу очень приятно. Только полешуки умеют так петь песни и рассказывать легенды, как никто другой. Только они способны по одному-единственному предложению угадать, из какого полесского села их собеседник. Только они — сейчас все реже — по весне ездят в гости на лодках. Кто же они такие — полешуки?

В общих чертах — люди, живущие на юге Беларуси и севере Украины. Немного затрагивают Россию, немного Польшу. Но самое настоящее ядро Полесского края — все же центральный юг Беларуси. Самые большие европейские болота. Именно здесь, вокруг этих болот, и проживают полешуки. Не исключено, что именно болота и страшные, по весне непростые в своем поведении реки и объединяют добрых жителей этого края. Недаром Пинск называют столицей Полесья. Вообще-то, умные люди называют нас полешуками. Странно это как-то, ибо нам привычно совсем другое прозвище.

Река у болота. Только в этих местах родятся особенные люди - полешуки. Попытки отделить полешуков от украинцев и белорусов неоднократно предпринимались еще в XIX веке. Некоторые исследователи обнаружили, что болотные жители заметно отличаются от своих соседей с юга и севера. Павел Шпилевский, побывавший здесь в середине XIX столетия, так и озаглавил свою книгу «Путешествие по Полесью и белорусскому краю». То есть Беларусь и Полесье в его видении — суть разная. Правда, далеко вглубь наш исследователь не подался — ограничился западным Полесьем. И вот как он описывает внешний вид полешуков:

«Полесские поселяне и поселянки отличаются своими костюмами от прочих племен России. Особенно оригинальны и затейливы наряды замужних женщин. Так называемая свитка (верхняя одежда) их из темно-синего сукна имеет покрой дамского пальто с талией, с разрезами внизу и бесчисленными на груди и возле карманов узорами из шерстяных тесем, по преимуществу красных и пунцовых… Голова поселянки украшается белым, огромным, с развевающимися по сторонам крыльями, покрывалом, похожим на покров древних литовских, или ятвяжских, весталок и жриц».

Тем не менее, Шпилевский полагал, что полешуки все же ближе к белорусам, нежели украинцам. А вот иные ученые усматривали схожесть как раз с южными соседями, что в ХIХ веке отразилось даже на статистике — большая часть жителей полесских регионов в середине века причисляли себя к украинцам. Чего уж говорить, если в Великую Отечественную войну преподавание в школах на Полесье велось по-украински.

В 80-е годы ХХ века на Полесье велась активная пропаганда местного диалекта. При активном участии исследователя Николая Шеляговича было создано общественное объединение «Полісьсе», выступавшее за признание того, что полешуки являются отдельной нацией и поэтому Полесье следует признать автономией в составе Беларуси. Правда, в 90-е годы это движение потихоньку затихло, Шелягович из ярого политика стал бизнесменом и теперь уже давно не живет в никем не признанной автономии. А современники оценивают его деятельность крайне неоднозначно: по крайней мере, мне доводилось слышать такую оценку, что Шелягович пытался расколоть Беларусь.

Не самая большая огуречная плантация Удивительно, но Шелягович был недалек от истины. Автономия, правда, не оформленная документально, на Полесье существует. Это капустно-огуречный край по течению реки Горынь. Если вы приедете в эти места, то непременно увидите великое множество необъятных по своим размерам теплиц. В отдельных случаях они могут занимать весь участок. Местное население выращивает здесь огурцы, капусту. Овощи скупаются здесь же на месте и огромными машинами направляются на восток — на крупнейшие рынки России.

За огурцами на Полесье приезжают огромными фурами. Эта славная традиция родилась в ничем не примечательной деревне Ольшаны. Теперь это название знают все. Хотя бы потому, что только благодаря Ольшанам в единственном районе Брестской области наблюдается положительный прирост населения. А сама деревня по своей численности переплюнула ближайший городок. Глядя на этих людей, понимаешь, что такой уникум возможен только на Полесье.

…У моей бабушки есть еще одно чудное ругательство: «А коб ты не дождала!» Ну и как в этих людей после этого можно не влюбиться?

Обновлено 17.04.2015
Статья размещена на сайте 23.02.2010

Комментарии (13):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: