Марк Блау Грандмастер

Почему в Иерусалиме не было улицы Трумпельдора?

Иосиф Трумпельдор (1880−1920) — один из героев Израиля. Практически в каждом городе страны есть улица его имени. И только в Иерусалиме до недавнего времени улицы Трумпельдора не было. Чем же провинился этот героический человек перед муниципалитетом израильской столицы?

Улица Трумпельдора в Иерусалиме Марк Блау, личный архив

Да ничем! Просто с улицей Трумпельдора произошла интересная история. Прямо скажем, анекдотическая. Но с другой стороны, характерная для начала 1930-х годов, когда интеллигентные люди не мыслили себя вне какой-либо идеологической платформы. И не только в Израиле, не только в России — по всему миру.

Так вот, в те славные времена Израиля как государства еще не было. Была территория, которая называлась Палестиной и которая в то время находилась под управлением Великобритании. Управление должно было продолжаться до тех пор, пока в Палестине не возникнут органы местного самоуправления, которым можно было бы передать власть. Еврейское население Палестины («ишув») успешно создавало такие органы. Местное самоуправление занималось административной и хозяйственной деятельностью. Военной деятельностью оно тоже занималось, хотя эта сторона работы перед британской администрацией не афишировалась.

Так исторически сложилось, что руководство ишува было социал-демократическим. Возглавляемое Давидом Бен-Гурионом (1886−1973), оно воздвигало на подведомственной территории власть трудящихся. Вполне в духе того времени социал-демократы вели непримиримую (и не вполне честную) борьбу с идеологическими противниками.

Идеологическими противниками социал-демократов справа была партия, вдохновляемая выдающимся писателем, журналистом и политическим деятелем Владимиром Жаботинским (1880−1940). Социал-демократы считали их буржуазными националистами и пытались «прижучить» где только появлялась такая возможность. В стране, где было не так уж много рабочих мест и почти все эти рабочие места контролировались социал-демократическими профсоюзами, таких возможностей было предостаточно. Сторонникам Жаботинского найти работу в Палестине было гораздо сложнее. Журналисты и университетские преподаватели тоже в основном придерживались левых (иногда даже радикально левых) взглядов. Так что и легкая университетская карьера сторонникам В. Жаботинского не грозила.

Заметим, что сейчас, когда давнишние политические споры потеряли всякую актуальность, в любом израильском городе рядом с улицей Бен-Гуриона есть и улица Жаботинского.

При жизни И. Трумпельдор придерживался скорее правых, чем левых взглядов, и дружил с В. Жаботинским. Но его гибель при защите еврейского поселения Тель-Хай от арабских бандитов признали героическим подвигом как «левые», так и «правые». Социал-демократы чтили И. Трумпельдора как защитника кибуцев и после его смерти организовали военно-трудовой батальон имени Иосифа Трумпельдора. А «правые» по инициативе В. Жаботинского создали молодежную организацию «Союз Иосифа Трумпельдора». На иврите эта организация называлась «Брит Йосеф Трумпельдор» или в сокращенном виде «Бейтар». Название это было тем более удачным, что вызывало в памяти героическое антиримское восстание в Иудее за независимость. Последняя крепость еврейских повстанцев, павшая в 135 году н.э., находилась к югу от Иерусалима и называлась Бейтар.

Вот только беда в том, что в иврите имеются две буквы, которые сейчас обе произносятся совершенно одинаково. Это буквы «тет» (ט) и «тав» (ת). Так вот, фамилия Трумпельдора по всем правилам должна начинаться с буквы «тет», а в название крепости Бейтар входит буква «тав». Когда бейтаровцам указали на эту досадную оплошность, они решили просто. Будем писать фамилию Трумпельдора с буквой «тав» — и дело с концом!

В конце 1920-х годов, когда Иерусалим из захолустного города Османской империи вдруг превратился в столицу Палестины, здесь развернулось бурное жилое строительство. В 1921 году на участке, купленном у Греческой православной церкви, начали строить «район-сад» Рехавия по проекту немецкого архитектора еврейского происхождения Рихарда Кауфмана (1887−1958). Население нового района было супер-интеллигентное. Как говорили, в Рехавии «профессор с профессором здоровался через забор». Даже названия улиц выдавали здесь высокий культурный уровень обитателей. Их назвали по именам еврейских мудрецов и философов 11−12 века. Из этого правила было всего несколько исключений.

Среди прочего, одну из улиц решили назвать именем Йосефа Трумпельдора. Все обитатели района были за это предложение, но когда дело дошло до оформления уличных табличек, вспыхнул очень принципиальный спор. Как писать фамилию героя? Приверженцев «левых» и «правых» в Рехавии было приблизительно поровну, так что ставить вопрос на голосование было бессмысленно. Но и писать название улицы с явной орфографической ошибкой в те годы, когда на возрождение иврита смотрели как на дело очень важное, было невозможно.

Пытливый еврейский ум сам придумывает себе проблемы и сам же их остроумно разрешает. Дабы не возмущать ничьих политических пристрастий, жители Рехавии пошли на компромисс. Улицу назвали боевым прозвищем Й. Трумпельдора — «аГидем», то есть «однорукий».

В то время решение всем показалось мудрым. Но буквально через двадцать лет название улицы начало вызывать вопросы. Не говоря уже о начале 1990-х годов, когда в Иерусалим приехало много евреев из бывшего Советского Союза. Они не только не знали, какое было прозвище у Й. Трумпельдора. Зачастую они и о самом Трумпельдоре ничего не слыхали. А на улицу «аГидем» приходили многие, поскольку там находилась поликлиника. «Улица однорукого» — правда, замечательный адрес для медицинского учреждения?

Только несколько лет назад иерусалимский муниципалитет понял, что никто из жителей района не будет протестовать против переименования улицы. И улица «аГидем» стала, наконец, улицей Трумпельдора. В правильном написании, конечно.

Обновлено 18.03.2016
Статья размещена на сайте 10.05.2013

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: