Елена Ермолова Грандмастер

Парк или храм - что важнее для городского жителя?

Сегодня я испытала ужас. От того, что пришлось общаться с православными активистами на митинге о запрете строительства храма на двух гектарах поймы реки Чермянки. При том, что там всего четыре гектара парковой зоны.

WDG Photo , Shutterstock.com

До сих пор православные были мне знакомы по общинам, где люди живут единым духом, и по службам в храмах, где можно спокойно принимать выпады отдельных старушек (одна из них клюкой била по ногам женщин, у которых были видны брюки). Крестный ход, погружение в святой источник, праздничные песнопения, работа на восстановлении храмов… В общем, с православными христианами общения было много и разного. В основном — радостного.

Сегодня мы пришли на митинг в защиту нашей природоохранной зоны. Уже приходилось защищать разные пятачки московской природы, и этот случай отличался от предыдущих только тем, что необходимость отдать часть парка обосновывалась не соображениями общественной пользы, а заботой о душе.

Храм, говорят, должен быть недалеко от дома. Не очень-то понимаю, почему так, ведь в храме идешь только к тому священнику, с которым сложились доверительные отношения. Когда по какой-либо причине лишишься своего батюшки, начинается долгий поиск другого, родного по духу. Будь храм хоть прямо у подъезда, если служит в нем не тот человек, то и храм не храм. Даже в поликлинике у одного врача без лекарств выздоравливаешь, как будто он своим вниманием растворяет микробные токсины, а другой только ухудшает состояние, и назначения его не впрок.

Для меня очевидно, что храм заслуживает паломничества, и я хорошо понимаю тех, кто в наши храмы с другого конца Москвы едет, а то и с Украины, с Урала, есть такие люди. А тут, на митинге, не старые люди стали говорить, что они не могут ходить. Им, старым, во что бы то ни стало храм рядом с домом нужен. Маленький во дворе? Нет, в маленьком не намолено. Тогда почему бы не сесть в социальное такси и не доехать до ХХС? Нет, сил нет. Называю пару близких храмов. Нет. Просто нет. «Я хочу здесь и только здесь!» Слегка удивляет, что человек не стыдится выставлять на первый план свой каприз, но этот каприз удовлетворить проще простого, ведь мы стоим буквально возле храма. Да-да, речь идет не о том, что храма нет, а о том, что в нем иногда по праздникам тесно бывает, все одновременно с трудом помещаются. И это основание для того, чтобы уничтожить два гектара парка?

- А вам что, оставшихся двух гектаров для ваших ублюдков не хватит?

Той даме, которая это сказала, другая делает замечание, но она не останавливается и продолжает говорить о том, что только у православных дети рождаются в нормальном браке у здоровых матерей, а у атеистов все женщины… (неприличное слово), и детей они сызмала к наркотикам приучают.

Ухожу от этого нелепого разговора, но тотчас натыкаюсь на сильно похожий:

- Эти два гектара станут островком мира и покоя. Это вам же нужно, вы не понимаете. Вы в своем алкогольном угаре…

Этот глупый выпад прерывают, но в ответ несётся про наркотики и аборты. Да что же это такое? По какому праву на людей навешивают нелепые ярлыки? Прошу воздерживаться от безосновательных обвинений, но на меня набрасываются: «Вы, атеисты, вы всё порушили, вам ничего не надо, ни слова божьего, ни храма божьего». Тут уж мой голос крепнет. «Природа — храм божий, и „где двое или трое во имя моё, там Я“ — слова божьи. Знаете ли вы их? Почему вам мало собраться втроем в божьем храме природы? Почему других людей вам надо непременно либо в каменный мешок загнать, либо прочь прогнать?»

 — Как смеешь ты на божий храм…

 — А как смеете вы на божий храм…

 — Атеисты проклятые слов нахватались…

Прошу обратить внимание на то, что не атеисты.

 — Крест давай показывай. Крест напялила! На причастии когда была, кому исповедовалась? Ах, не скажешь, ну так молчи! Не может православный быть против храма, не бывает так. Раз против — атеистка. Думает, крест напялила, так вечная жизнь ей будет. Дьявола изгони сначала!

Ухожу, поскольку изгнать дьявола из этих людей не в моих силах, тут опытный экзорцист нужен.

Кто-то сбоку произносит: «Дурдом на выезде». Молодой симпатичный парень выглядит так, как, на мой взгляд, мог бы выглядеть настоящий христианин: милая спокойная улыбка и думающий взгляд. Спрашиваю, каков его взгляд на вещи. И он отвечает, что место благословенное, но шумное. Храм надо возносить к небу так, чтобы он поднялся над дорогой, защитив по обе стороны от нее лес от шума. Здесь нужен переход, и люди будут идти под сводами храма. И машины каждый день будут проезжать через храм. И спора за место нет. Современные технологии позволяют. Это даже не дороже, чем на земле ставить.

Кто-то стал слушать о городе с храмами над автострадами, потом повёл разговор о том, что не в храме дело, не в привлечении паствы, а в присвоении земли. Почти все 200 храмов расположили не где-нибудь, а в природоохранных зонах на больших площадях. Смысл в том, чтобы драгоценную столичную землю приватизировать, а дальше с нею ведь что угодно делать можно. Вспомнились рестораны быстрого питания, основатель которых говорил, что суть не в том, чтобы накормить, а в том, чтобы обладать землёй на самых людных перекрёстках.

Появились люди с иконами, которые стали говорить, что не нам судить церковь, не нам решать, и церковь никогда не ошибается, и надо стоять против безбожников, всех их ждёт кара небесная, когда подохнут как собаки. Произошёл жуткий переход от архитектуры к выгоде и от выгоды к злобным выпадам. Помечтать об ином облике города не удалось.

Когда все разошлись, возник вопрос о том, чего в итоге добились для наших парков. Законы есть, но бездействуют, и мы вряд ли на это повлияли. На другой высоте решения принимаются.

И почему каждый отдельный храм приходится с боем переносить на более скромное место, в то время как народ в общем и в целом против программы 200 храмов, и так по Москве 509 храмов не ведут регулярные богослужения? Почему в Москве лихо множится то, чего и так слишком много, а в деревнях стоят развалины, на которые денег нет, нет и нет?

Статья размещена на сайте 26.10.2014

Комментарии (18):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Все такие умные но... вопрос решает местная власть! А вы за кого голосовали?Обижаетесь, что православные спрашивают когда вы исповедовались, а вы и не помните. Да вы и не знаете кого во власть выбирали
    А питерские вообще молчали бы. Вам Оксану Дмитриеву просто отсекли от выборов губернатора, а вы молча скушали. Учитесь у православных свои интересы отстаивать, а потом гектары под храмами подсчитывайте.

    Оценка статьи: 4

    • Александр Петров, в Питере популистов хватает и без Оксаны Дмитриевой, имел возможность наблюдать за её деятельность ещё лет 15 назад. А на должности губернатора лучше иметь практического деятеля, а не популиста.

  • Религия - хороший способ воспитания человеческой души, а церковь - хороший инструмент манипулирования людьми. Естественно парк ценней - природа и есть самый настоящий Храм.

  • 200 культовых объектов по 2 гектара - это 400... Выпилить 400 гектаров зелени в загазованном городе - как это мало похоже на гармонию, к которой, по идее, должны стремиться верующие.
    Про ломехузу - точнейшее попадание!

    Оценка статьи: 5

    • Глеб Сердешн, они почему-то совсем не помнят про гармонию и делают упор на покаяние. Атеисты такие-сякие, должны возместить. И не хотят помнить, что церкви закрывали, потому что их мало кто посещал. До революции, когда все искренне верили - церкви не доверяли.

  • Вячеслав Озеров Вячеслав Озеров Профессионал 28 октября 2014 в 11:15 отредактирован 28 октября 2014 в 18:49

    Что важнее: парк или храм в данном месте - вопрос времени и решится он после ряда обсуждений, согласований, утрясок, увязок, поиска средств и т.д., но в статье не об этом.

    В статье рассказывается о поведение т.н. "истинно верующих" в отстаивании своих позиций. Где мы только этого не наблюдаем: при защите строительства православных храмов и мечетей, выступлениях "зеленых", "экологов", "уфологов", защитников "непознанного", "чистоты нации"... Везде «истинно верующие» требуют признания лишь их действий (понятий, воззрений) непогрешимыми и "истинно верными".

    Одна из причин такого явления в том, что основная масса "истинно верующих" когда то "сбежала" в большой городи из деревень ( в которых "стоят развалины" храмов) и, живя в городе, достигла "большого УСПЕХА" в жизни. Это-то является основой у таких борцов признавать "истинно верным" только свое мнение.

    Правда, когда уточняется суть их УСПЕШНОСТИ, то она ими же соизмеряется с успешностью..., оставшихся на их родине. Не дай бог, если у таких борцов за храм нет детей или их единственное дитя также сбежало от них (или оказалось «неуспешным»), то ... противникам не поздоровится.

    Не интересует их и восстановление храма на Родине - "не их дело"

    Сегодня по одному из каналов ТВ было сказано, что в Москве более 50 тыс. верующих мусульман и более 500 тыс. верующих христиан. Можно предположить, что среди них не так уж много «истинно верующие», но …, учитывая, что мечетей 2, а храмов 200.

    • Вячеслав Озеров, хороший социологический анализ.

      "Не их дело" … Их постоянный аргумент - вы здесь не живёте. Даже если живёшь на 500 метров дальше. Удивляло, а теперь понятно, откуда такой пунктик

  • Парк важнее,конечно!

    Оценка статьи: 5

    • Особенно сейчас, когда за считанные годы уполовинились площади газонов и парков. Одно только Нововладыкино: площадь запечатанных почв увеличилась с 119,63 до 133,68 га, а площадь газонов уменьшилась с 5,19 до 2,54 га (данные журнала "Почвоведение")

  • Актуальная статья. У нас во дворе происходило похожее. Недалеко от цирка на Вернадском. Собирались кучки народа, читали молебны о строительстве храма на территории небольшого сквера с детской площадкой.
    Слава Богу вроде решили строить где-то в другом месте.
    В Москве действительно много понастроено церквей в которых по большей части продается утварь. Такие церкви называют метким словом "новоделы".
    Раньше строили с молитвой в определенных местах. Каждый кирпичик пропитывался особым отношением. Сейчас же возводят церковные постройки, выполняют план.
    И еще в ущерб паркам и лесу, которого и так в Москве с каждым годом все меньше.

    Оценка статьи: 5

    • На митинге я услышала еще несколько интересных слов: гундяевка, срамострой, подпопник, поповня и попняк. Запопление Москвы идёт с безумной скоростью, и верующие не признают того, что это делает их церковь, но предлагают познакомиться с тем, кто такие ЛОМЕХУЗЫ.
      Трудолюбивые муравьи погибают из-за этого жука-драгдилера

      Вот отрывочек о них: "Личинок ломехузы муравьи выхаживают вместе со своим потомством, не делая между ними никакой разницы. И вот какое "святотатство" увидели исследователи: личинки ломехузы сосут, оказывается, яйца муравьев, а подрастая, начинают пожирать их личинок.

      Да и сам жук их ест. А муравьи в это время... Муравьи "сидят вокруг приемышей и спокойно наблюдают за их грабежом. Больше того - они даже подкармливают разбойников из своего рта. Стоит лишь личинке ломехузы заимствованным у муравьев жестом пошевелить туда-сюда головой, прося новую порцию пищи, как без меры предупредительные няньки бросаются к ней, готовые тотчас удовлетворить ее желание" (Эрих Васман).

      Ломехузы в православии умеют пользоваться заимствованными у православных жестами, и все и их услугам.

  • Парк или храм - что важнее для городского жителя?

    Городские жители - в основном потребители. "Дай!" - вот и всё. А чтобы дать, нужно поставить на баланс, обслужить, деньги найти в бюджете,.. рабочим объяснить, что горожане - не сознательные еще, оттого и засирают всё вокруг.

    В другом случае - прихожане сами будут следить за чистотой.

    • Вячеслав Старостин, с несознательными горожанами в данном случае вышло чуть не так. Конкретно тот парк, о котором идет речь, убирали постоянно сами горожане, управа его только стригла вопреки воле горожан и выпиливала в угоду храмострою. Говорят, что и в других парках та же история, но про те утверждать не берусь.

      Глава управы ссылался на корпус машины, валявшийся в овраге, и на шприцы, появившиеся перед его приходом, когда доказывал запущенность территории и необходимость отдать ее кому-нибудь как бы сознательному, тем признал своё бессознательное состояние. В отличие от него, священники не спят. Во всяком случае во время битвы за Москву

  • Церковь - это мощная и богатая организация, поддерживаемая как властью так и теми в верхах кто живет по принципам "не погрешишь не покаешься". Да и фанатиков среди верующих наверно побольше будет, чем среди атеистов.

    Так что увы, строительство церквей на месте парков и детских площадок еще будет продолжаться. В Питере тоже идет аналогичная тенденция - церкви хотят отдать Смольный, музей Арктики, про церкви в парках уже не говорю.
    Все это грустно, но сделать мы тут ничего не можем - не тот уже запал у большинства людей чтобы спорить и на митинги ходить. Да и чего тут добиться можно - фанатиков не переспорить.

    Кстати я очень сильно не уверен, что те кто так жаждет церкви у дома будет в нее ходить чаще чем пару раз в году на пасху...

    Хотя строить можно что угодно, просто если это не будет ухудшать условия жизни остальных горожан. Снести заброшенный дом например и построить вместо него церковь - ради бога, никто возражать не будет. Но ведь это сложно и дорого, гораздо дешевле в парке построить.

    • Дмитрий, Вы совершенно правы, они безразличны к аргументации и ведут яростную борьбу за столичные земли и здания. Позорнейшая история со зданием РГГУ на Никольской улице привела не к смирению в рядах ПРЦ, а к принятию закона N 327-ФЗ
      "О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности" от 30 ноября 2010 года, позволившему забрать 17 тысяч объектов недвижимости. Закон исключил из передаваемого имущества музейные экспонаты, и теперь бьются за изменение этой части закона. Идёт узаконивание рейдерства и воровства, а прикрывают это заботой о душе русского народа. Вот и с парками главный аргумент - "о душе детей надо заботиться, а не о здоровье, здоровье им бог даст, всё во власти его" - и дальше о том, как пышут здоровьем детки верующих, с предложением прийти и посмотреть, зподно исповедоваться, в грехах покаяться.