Галя Константинова Грандмастер

Как жили и чем занимались бояре Романовы?

«Шел я улицей Варваркою/Со знакомою кухаркою». Песня очевидно не такая старая. А вот приключения у лирического героя песни (или не очень лирического) случились все там же — на улице Варварке.

Как и у лирического героя другой уже песни:

Как по улице Варваринской
Пробежал мужик Камаринской.

А еще есть поговорка: «К Варваре на расправу». Что же за Варвара такая?

А Варвара — Храм Варвары Великомученицы на Варварке. Он и сейчас стоит. «На расправу» — потому что неподалеку была пыточная тюрьма. Но на нам нужно продвинуться еще немного вглубь веков — в 16 век, когда на этом месте была большая усадьба бояр Романовых. Часть усадьбы сохранилась, сейчас там филиал Исторического музея.

Удивительно, но от древнего боярского района что-то все-таки осталось. И это тот редкий случай, когда можно увидеть столь древние здания гражданской архитектуры — той стародавней Москвы уже давно нет. Частично это объясняется временем — на века, устремленные в вечность, строят только культовые сооружения. Частные дома всё же строят на несколько поколений. Частично объясняется стихией: Москва горела многократно. Частично это объясняется и фактором властного произвола — Москва была одним из самых разрушенных городов. И этот район — исторический район Зарядье — крепко разрушили, когда строили гостиницу «Россия». Теперь, правда, снесли уже и эту гостиницу.

Тем не менее кусочек боярской Москвы здесь сохранился. Со стороны улицы Варварки видно только два этажа, но это — большой трехэтажный дом, и спустившись вниз, можно увидеть его целиком.

Построил палаты боярин Никита Романович Захарьин-Юрьев, эта его усадьба обозначена уже на первом плане Москвы 1597 года. По преданию именно здесь и родился его внук, первый царь из династии Романовых — Михаил Федорович.

Усадьба горела при нашествии хана Девлет-Гирея и в последующих пожарах, разорялась стрельцами, перестраивалась — все как обычно. Сам боярский дом был отреставрирован и по нему можно более или менее с уверенностью судить о том, как жил древний и знатный боярский род.

Неплохо жили и достаточно крупные царские «чиновники», но были готовы и попасть в опалу, и принять смерть. Бояре Романовы, несмотря на знатность и родственные связи с царями (еще с Рюриковичами), тоже подвергались преследованиям вплоть до воцарения Михаила Романова.

Боярский дом Романовых был довольно вместительным, продуманным до мелочей, но и не чуждым представлениям о красоте. Стены дома расписаны в виде многогранников — это называется бриллиантовый руст.

В белокаменной подвальной части дома — «подклети» — располагались поварня, или стряпушная, хозяйственные помещения с утварью и казна. Вряд ли сами бояре носили рюкзак из лыка (да еще и смазанный гусиным жиром от дождя) и вряд ли сами катили овальные баулы, но уж свой сундук точно сами открывали — покрепче швейцарского сейфа будет хранилище. А еще известно, что на Романовых Годунову был написан донос: дескать, хранят они в казне волшебные коренья, дабы извести врагов и соперников. После этого Романовы попали в опалу.

Мужская половина дома — «клеть» — на втором этаже. На мужской половине, ясное дело, шумели пиры, в трапезной вкушали блюда из оловянной и медной посуды, пили из братин, которые пускали по кругу. Дорогую посуду не каждому гостю ставили, ее держали в отдельном шкафу — назывался такой шкафчик поставец (а не горка, не стенка). Поставец часто делали в виде многоярусной горки, отсюда, говорят, и выражение «пир горой». Посудой могли и похвастаться, вынув ее в конце пира. Особое внимание уделялось наградным ковшам — они все были именные.

Кабинет боярина весь в обоях из золоченой свиной кожи — вид строгий, но нарядный. И документ можно написать пером и чернилами за письменным столом, и, притомившись, прикорнуть на лавке.

Рядом комната старших сыновей, где они жили и учились — целый день с дядькой, и не пошалить. Боярские детки вставали в 4 часа утра, они не завтракали, прямо сразу садились за риторику или арифметику. Есть версия, что латынь детям могли преподавать англичане, жившие и работавшие по соседству в Старом английском дворе. Эти занятия перемежались занятиями военным делом: по рукопашному бою, владению оружием, верховой езде. В 12 лет их могли уже взять в военный поход.

Третий этаж — деревянный, это терем, женская половина дома. Хозяйка сидела наверху, в своей светлице, занималась там рукоделием. Окна здесь выходят на три стороны, они большие, и в них не тусклый пузырь, а прозрачная слюда. Глаза поберечь надо, пока учишь дочек приданое шить — без этого замуж не брали. Сама же боярыня могла заниматься вышивкой: ведь вышивкой золотом или серебром занимались только богатые и знатные женщины.

Комната боярыни — вполне большая и комфортабельная. Здесь и дети малые, до 6 лет обитали, здесь и указания по хозяйству удобно давать, да и стол солидный — можно было прекрасно попировать женской половиной дома.

После венчания на царство Михаил Романов переселился по соседству в Кремль, а эти палаты стали называться Старый Государев двор. Впоследствии Михаил Фёдорович основал здесь Знаменский монастырь и отписал палаты монастырю.

В первоначальный вид Палаты приказал вернуть Александр II. Он выкупил у монастыря свой родовой дом за 20000 рублей и устроил здесь один из первых московских музеев. В этот музей хорошо ходить и семьями, с детьми, рассказать им про преданья старины глубокой да про самый «обычный» боярский московский патриархальный быт.

Не будем уходить из центра: впереди еще очень много интересного.

Обновлено 14.11.2017
Статья размещена на сайте 3.06.2015

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: