Люба Мельник Бывший модератор

Почему мы такие Смирновы?

О прошлых временах мы узнаем из разных источников. Рукописи и книги, произведения живописи и архитектуры, декоративно-прикладного искусства, — это все исторические источники.

Исследованию еще одного, весьма необычного «исторического источника» посвящена статья «Русь фамильная» доктора биологических наук Е.В. Балановской и кандидата биологических наук О.П. Балановского, опубликованная в журнале «Химия и жизнь» (№ 8, 2007).

Ученые рассказывают о возникшей на стыке различных дисциплин науке геногеографии, основанной А. С. Серебровским. Отмечается: «Исследуя современное состояние генофонда, можно многое узнать о возникновении народов и центрах их происхождения. Прошлое генофонда важнее всего, ибо оно определяет и настоящее, и будущее».

Существует возможность привлечения для исследования генофонда такого массового материала, как… фамилии. Предлагается рассматривать частоты фамилий в популяциях «как частоты аллелей одного гена и применить к фамилиям все обычные методы популяционной генетики».

Именно такое исследование и геногеографический анализ русских фамилий сейчас ведут в лаборатории популяционной генетики человека Медико-генетического научного центра РАМН. В первую очередь ученых интересует история формирования русского генофонда, для чего исследовано распространение десятков тысяч русских фамилий.

Поскольку ученых интересовало прошлое русского генофонда, исследовались фамилии коренных жителей «исконного» русского ареала: территории — Центральной России и Русского Севера, если конкретнее — восьми областей, сгруппированных в пять регионов: Северный (Архангельская), Восточный (Костромская), Центральный (Кашинский район Тверской), Западный (Смоленская) и Южный (Белгородская, Курская и Воронежская). В материалах для исследования были учтены фамилии почти миллиона сельских жителей, обнаружены 67 тысяч разных фамилий.

Поскольку необходимо было выявить население коренное, потребовалось создать методику удаления из материалов анализа фамилий мигрантов. Чтобы исключить «залетные» фамилии, исследователи «выбрали только те из них, которые носят, по крайней мере, четыре человека в изучаемом районе, например двое родителей и двое их взрослых детей, то есть фамилии, которые уже исторически не случайны и с высокой вероятностью сохранятся в грядущих поколениях». Это позволило существенно — до одной четверти от исходного — сократить исследуемый список. «Именно эти коренные фамилии, — отметили биологи, — заменяют генетические маркеры в наших популяционных исследованиях. Они и ведут себя подобно аллелям гена».

Затем было выявлено для каждого региона 50 самых часто встречающихся фамилий. Сразу была обнаружена такая закономерность: «Самая частая русская фамилия — Смирнов. Для нее четко выделяются три широтные зоны: северная, среднерусская и южная. Основная масса Смирновых обосновалась в средней полосе. На Русском Севере Смирновы встречаются хотя и повсюду, но редко. На юге Смирновых нет».

Отмечено, что, вопреки расхожему мнению, не столь часты оказались Ивановы: «…на некоторых территориях Ивановы практически отсутствуют. Их ареал расположен на западе и северо-западе, откуда тянется почти сплошным „горным массивом“ до северо-востока. На севере и на юге, за исключением отдельных „островков“, Ивановы очень редки».

Авторы статьи, проанализировав базу фамилий, классифицировали их. Классов оказалось пять: «календарные» (то есть фамилии, произведенные от имени из святцев — православного календаря), «звериные», к которым отнесли все фамилии, имеющие связь с живым на Земле — не только зверями, но и птицами, и рыбами, и насекомыми, и растениями, и даже их частями (например, Листьев, Цветков), профессиональные, «приметные», которые отмечают особенности внешнего или социального облика человека, и «иные» фамилии, не отнесенные ни к одному из перечисленных классов".

Оказалось, что принадлежность фамилий к этим «классам» интересно распределяется по регионам. Вот, с небольшим сокращением, выводы об этом распределении:

«Отличительная черта Южного региона — огромное число профессиональных фамилий: 34%. Они охватывают широчайший круг профессий — это и ткачи, и кузнецы, и гончары, …и шапошники (Шаповалов), и пекари (Калашников)… Причем один и тот же род деятельности представлен несколькими частыми фамилиями. Бондари — Бондарев и Бондаренко. Ткачи — Ткачев и Ткаченко. Кузнецы — Кузнецов, Ковалев и Коваленко. Портные — Кравцов и Кравченко, Шевцов и Шевченко. Очень мало в Южном регионе «звериных» фамилий, но Медведевых почему-то в три раза больше, чем на Севере… «Приметных» фамилий тоже мало (14%), но они очень выразительно говорят о наличии миграции и, возможно, об облике пришельцев: Новиков, Литвинов («литвинами» русские называли и белорусов, которые до воссоединения с Россией жили в составе Литовского, а затем Польско-Литовского государства), Черкашин («черкаши» — население Правобережной Украины и казаки Поднепровья), Черных, Лысенко, Головин (большеголовый, умный). Кстати, только на юге встречены фамилии, производные от названий других регионов, — Смоленский (120 чел.), Курский (64 чел.), Костромицкий (46 чел.) и Архангельский (23 чел.).

Главное отличие Севера — обилие «иных», в том числе диалектных, фамилий: 34%! Среди них две очень северные — Мерзлый и Морозов (обычно Морозом называли ребенка, родившегося в морозный день). Но основная часть — это диалектные фамилии: Лешуков (так называли детей для «оберега» от леших), Порохин (связывается с зимней порошей), Ошуков (диалектное производное от православного имени Осип), Сауков (диалектное от православного имени Савва), Галашев (диалектное имя от Галактион), Фофанов (диалектное имя от Феофан, но также и прозвищное имя, «простофиля»), Чурсанов (Чур — славянское языческое божество домашнего очага), а также Третьяков и Шестаков (третий и шестой ребенок в семье), Булыгин, Кувалдин, Когин, Дверин и Карманов.

Обилие «звериных» фамилий — отличительная черта Центрального региона. Таких фамилий — половина. Помимо общерусских, в этом списке есть и особые фамилии, рисующие специфический облик Центрального региона: Бобров, Воронин, Жуков, Журавлев, Калинин, Корольков, Крылов, Скворцов, Соболев, Цветков.

В Восточном регионе прежде всего бросается в глаза необычайно высокая частота Смирновых — 5,9%! Эта частота в 2−7 раз выше, чем частоты лидеров в других регионах. Особость Смирновых ждет своих исследователей. Тем более что Тихомировы распространены в Восточном регионе тоже с высокой частотой (0,8%). Но главная особенность Восточного региона — это необычайно высокая частота «приметных» фамилий — 36%. И фамилии какие славные: Смирнов и Тихомиров, Беляев и Белов, Серов и Рыжов, Сизов и Румянцев, Шорохов (со следами оспинок) и Крутиков, Большаков и Громов (сильный голос, такие фамилии часто носили певчие), …Кудрявцев и Кудряшов, Разумов и Веселов… Все вместе они рисуют очень радостный портрет Восточного региона. А вспомним «приметные» фамилии Русского Юга: Новиков, Литвинов, Черных, Головин, Лысенко. А на Севере — Хромцов, Рябов, Черноусов, Лешуков, Суханов…".

Заключая статью, исследователи обобщают выводы:

«Во-первых, фамилии оказались еще одним надежным источником сведений о … структуре (генофонда — Л.М.). «Показания» фамилий удивительно совпадают с «показаниями» генов. Они подтвердили известные различия между южными и северными русскими популяциями при меньших различиях между западными и восточными. Фамилии дали дополнительную информацию и по многим более частным вопросам, уточняя и проясняя структуру русского генофонда. Например, используя коренные фамилии, мы составили прогноз случайного инбридинга для коренного населения в 49 районах. Этот уровень и связанный с ним груз наследственных болезней неуклонно возрастают с юго-запада на восток.

Во-вторых, анализ фамилий можно использовать как разведку для планирования собственно генетических исследований: сначала изучить структуру генофонда по фамильным данным, выявить основные закономерности, основные группы популяций — и уже исходя из этих данных проводить генетические исследования. Можно предложить и еще одно яркое применение фамилий: для изучения переселенческих генофондов. Например, зная частоты генов в исходных группах и располагая данными о фамилиях, можно узнать частоты генов в переселенческой группе, не изучая ее!

Конечно же польза от фамилий этим не исчерпывается. Главный результат нашей работы с фамилиями — это возможность изучать «устройство» разных генофондов, как русского, так и множества других".

Электронная версия статьи сообщит интересующимся много дополнительных фактов о методике и ходе описанного исследования.

Обновлено 10.02.2015
Статья размещена на сайте 13.08.2007

Комментарии (26):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: