Наша история за последние 100 лет особенно богата примерами переименования городов. Конечно же, это...
Впервые услышал строчки этого поэта много лет назад (в 1965 году) из уст бывшего балтийского моряка Юрия Курганова, с которым мы учились в Оренбургском техникуме железнодорожного транспорта. И строчки эти, под хорошее настроение зазвеневшие в студенческом общежитии, запомнились сразу (и на всю жизнь!) своим безудержным оптимизмом, широтою, правдивостью, юмором:
Стукну по карману – не звенит.
Стукну по другому – не слыхать.
Если только буду знаменит,
То поеду в Ялту отдыхать…
И еще:
Мое слово верное
прозвенит!
Буду я, наверное,
знаменит!
Мне поставят памятник
на селе –
Буду я и каменный
навеселе!..
Когда я спросил своего однокурсника об авторе полюбившихся стихов, он ответил примерно следующее: стихи написал простой матрос, они известны на всех флотах СССР, моряки переписывают их друг у друга в свои самые заветные блокнотики. А вот фамилия автора «подзатерялась»… Я тоже записал эти удивительные строчки в свой блокнот, и прошло много времени, прежде чем стихи матроса вновь напомнили о себе.
В самом начале 70-х годов прошлого века у меня постепенно появилась полезная привычка: по дороге с работы я заглядывал во все попутные книжные магазины и просматривал новые книги, особенно поэзию. (И поэтому теперь, когда друзья изучают мои книжные полки, они хорошо понимают, почему у меня до сих пор нет автомобиля, как и всего другого – более-менее материального…).
Однажды, находясь в состоянии обычного поискового транса, я вдруг заметил книгу под названием «Последний пароход», ее автором был неизвестный мне в ту пору Николай Рубцов. Стихи, давшие название всему сборнику, он посвятил интересному поэту и писателю Александру Яшину. Листая книгу, вдруг нахожу хорошо и много лет знакомые строчки – те, что первыми цитирую в начале этой статьи…
Читаю то, что написано об авторе в предисловии, и то, что он сам о себе сказал в стихах: родом из Емецка, но детство прошло в селе; перед Великой Отечественной войной потерял мать, отец ушел на фронт и после войны забыл детей; а Николай – детдомовец, студент, рабочий кочегарки, слесарь-сборщик военного полигона, матрос Северного флота, моряк тралового флота, друг Яшина, учился в Литинституте… Вот стихотворение «Стихи» из памятного сборника «Последний пароход»:
Стихи из дома гонят нас,
Как будто вьюга воет, воет
На отопленье паровое,
На электричество и газ!
Скажите, знаете ли вы
О вьюгах что-нибудь такое:
Кто может их заставить выть?
Кто может их остановить,
Когда захочется покоя?
А утром солнышко взойдет, –
Кто может средство отыскать,
Чтоб задержать его восход?
Остановить его закат?
Вот так поэзия, - она
Звенит – ее не остановишь!
А замолчит – напрасно стонешь!
Она незрима и вольна.
Прославит нас или унизит,
Но все равно возьмет свое!
И не она от нас зависит,
А мы зависим от нее…
Не хочу комментировать то, что так верно и точно сказал сам Николай Рубцов. Все в этом стихотворении понятно и без «переводчика», такие стихи близки сердцу читателя, как и многие другие стихи поэта…
Последующие мои изыскания добавили немного: Рубцов издал книги стихов «Волны и скалы», «Лирика», «Звезда полей», «Душа хранит», «Сосен шум», «Зеленые цветы», сдал в издательство рукопись сборника стихов «Подорожники»… И почти тут же узнаю, что в живых Николая Рубцова уже нет – удавлен в своей квартире после вечеринки. А преступление совершила поэтесса, женщина, которую поэт собирался назвать своей женой… Только-только узнал поэта-современника, а его уже нет.
Но открытия продолжались… Друг дал почитать сборник Николая Рубцова под названием «Зеленые цветы». Стихи так понравились, что выписал их все в особую тетрадь, и она сохранилась до сей поры. По радио песню замечательную запели: «В горнице моей светло…» – слова Николая Рубцова. И еще поют: «Я буду долго гнать велосипед…» – и опять слова песни принадлежат Рубцову.
Мне тоже посчастливилось учиться в Литературном институте имени А.М. Горького СП СССР. Как иногородний я жил в институтском общежитии, а там, среди других легенд, еще бродили воспоминания о талантливом и непревзойденном молодом поэте Рубцове. Николай учился то на очном, то на заочном отделении. То безудержно веселился в компании товарищей, исполняя свои песни под гармошку и показывая однокашникам-первокурсникам типографский экземпляр «своего сборника стихов» (сработанный на самом деле самиздатовским способом), то становился угрюмым и нелюдимым, как обиженный зверь; то внезапно исчезал из Москвы в неизвестном направлении в разгар учебы…
Говорят, в зрелые годы жизни он был невыносим и много пьянствовал. Тогда на этом фоне вызывает сомнение количество знакомых и друзей, появившихся с публикациями-воспоминаниями в периодической печати после трагической гибели поэта. Не может быть в окружении алкоголика столько приличных, солидных и талантливых людей! А сколько книг он успел издать при жизни, к тому же, немалое количество стихов (по свидетельствам очевидцев) ушло вместе с поэтом в могилу, и сколько сборников стихов издано позднее! Кстати, в год, когда сельские власти объявили Рубцова тунеядцем, им было написано около 50 стихотворений, которыми сейчас гордится Отечество.
Я встречал многих литераторов, заявлявших о прочном знакомстве и даже личной дружбе с Н.М. Рубцовым: в Москве, в Дубултах (г. Рига), в Самаре и в Оренбурге. И мой личный вывод такой: на самом деле в друзьях у него ходили сиротство и одиночество, неустроенность, неприкаянность в жизни и непонимание в среде сотоварищей по литературному цеху, чувство быстротечности земного праздника и неотвратимого рока, которым поэту давно было назначено: «Я умру в крещенские морозы…».
В столице Северного Флота – городе Североморске, когда пришлось побывать в редакции газеты «На страже Заполярья», мне дали возможность познакомиться с подшивками той поры, когда матрос Рубцов регулярно печатал первые свои стихи. Я вчитывался в каждое стихотворение и не узнавал поэта, известного широкому кругу читателей: можно сказать, перед глазами мельтешили обычные стихотворные строчки с барабанной дробью шаблонных военно-морских обстоятельств. И вдруг:
…И только сын заводит речь,
Что не желает дом стеречь,
И все глядит за перевал,
Где он ни разу не бывал…
Вот с такими строчками пришла к Николаю Михайловичу Рубцову высота Поэзии, которую потом стали узнавать все в России и даже назвали «рубцовской и русской». Откуда появилась новая, своеобразная, самозвучная, почти осязаемая интонация? Как в обычном матросе вдруг появился Поэт? Как он заимел свой голос – тот самый, который теперь знают все любители поэзии, который любят, которому подражают, о котором пишут книги и статьи? Тайна! Непознанная никем из современников…
Отличная статья. Большое спасибо. Вот я уже не первый год думаю, что заставляет "белую кость" русской литертуры пить? Есенин, Рубцов, Шукшин, Высоцкий... Тема отдельной статьи...Правда, статья по-любому получится субъективной, мы ведь не ОНИ...
Оценка статьи: 5
Спасибо за внимание, отзыв и оценку!
мой личный вывод такой: на самом деле в друзьях у него ходили сиротство и одиночество, неустроенность, неприкаянность в жизни и непонимание в среде сотоварищей по литературному цеху, чувство быстротечности земного праздника и неотвратимого рока, которым поэту давно было назначено: «Я умру в крещенские морозы…».
я согласна.
Спасибо за отзыв!
Отличная статья, настоящий литературный очерк. Здорово!
Оценка статьи: 5
Статья неплохо написана. С любовью.
Что же до непознанной тайны Н.Рубцова, позвольте и мне добавить: тайны не вижу. Его стихи просты, порой примитивны и в образах, и в технике. За искючением некоторых качественных произведений - некоторые были положены на музыку, другие незаслуженно не замечены. Остальное - "деревенская простота". Это не значит "плохо". Это просто "есть".
В России было много поэтов, пишущих не хуже, а часто сильнее, выше, лучше. Гораздо.
Но судьба - читайте люди - рспоряжается на свой лад. А большинство просто повторяет то, что за него определили "эстеты", отказывая себе в праве иметь собственное, СВОЕ, мнение.
Благодарю за внимание, мнение, оценку! Спасибо!
Николай Рубцов- один из самых моих любимых поэтов. Рубцовская лирика нравится многим моим знакомым. Статья интересная. Благодаря ей, я узнала некоторые подробности его жизненной и творческой биографии.
Оценка статьи: 5
А вот некоторые любители литературы называют его примитивным, не понимая, что простота поэта суть выражение его гениальности... Спасибо за внимание к статье!
Все правильно, Саша. Тайна сия есть велика... Каким образом проявился столь же мощный дар у Геннадия Лысенко - нашего дальневосточного поэта? А ведь и пил, и сидел где не надо... Тоже ведь - тайна!..
Кстати, Саша, а ведь мы с тобой учились в Литинституте в конце семидесятых. Вспомнил Серегу Чевгуна? Если - да, то черкани пару строк на chevgun@rambler.ru. Для этого, собственно, и зарегистрировался...
Привет, Сергей! Как же тебя не помнить, и амнезией пока в полной мере не страдаю. Спасибо за память, отзыв, оценку. Обязательно напишу...