Каждый год второе майское воскресенье принято посвящать нашим любимым и дорогим матерям. Именно во...
Мы тогда жили в бараке, рядом с аэропортом. Соответственно, о том, что где-то там, в центре города, есть водопровод, я слышал. Но вот так, живьем на него в упор посмотреть… Нет, не было такого. Не оборудовали ещё в те времена бараки водопроводом.
Поэтому мыли меня в городской бане. Где в буфете был лимонад. Или сок. Но лимонад – лучше. Потому что сладкий и с газом, пузырьки которого приятно щекотали в носу.
Правда, в баню – это с мамой. И не так, чтобы часто. По выходным, как правило. А так, обычно меня с рук на руки отдавали кому из отцовых приятелей. И мы с ним ехали на шахту.
Не помню, чтобы на проходной у нас возникали какие проблемы. Видно, начальство знало о таком способе помывки детей своих работников и давало на это молчаливое согласие.
После того, как мужики переодевались, я вместе с ними топал к аккумуляторной, где все по очереди, а кто и минуя её, получали у молодой, смешливой тётеньки соответствующее устройство, называемое батареей, подвешивали его на себя, подключали к нему фонарик на шахтерской каске и шли дальше, к площадке, на которую приходила клеть.
Если кто-то не знает, то клеть – это такой промышленный лифт, на котором шахтёры опускаются в забой и после отработанной смены поднимаются на поверхность.
Слышно, как гудит электромотор, с натугой, чуть поскрипывая, идут вверх толстые, матово отливающие металлом и графитовой смазкой тросы. Остро пахнет горячим отработанным машинным маслом, а если присмотреться через железные прутья двери, прикрывающей зев шахтного ствола, то можно увидеть, как по его вертикальной поверхности куда-то вниз, в самые шахтные недра, с тихим шелестом бежит вода.
Но смотреть и слушать – не очень интересно. Лучше попросить кого из мужиков, чтобы налил в стаканчик воды, открутив барашек на любом из кранов, что, как воробушки, устроились рядком на выходящей прямо из стены длинной трубе. Они-то пьют прямо так, нагнувшись к направленному в бетонный желоб носику. И как только кто наклоняется к крану, так все остальные почему-то начинают смеяться, хлопать по спине того, кто, смешно двигая головой под краном, старается поймать открытым ртом бьющую в дно желоба светлую струю. А те, кто подальше и не могут достать рукой до стоящей жестким фанерным коробом спецовки пьющего, обязательно говорят что-то типа: «В пьянстве замечен не был. Но по утрам пил холодную воду». После чего все дружно и громко смеются.
Мне не достать рукой, а тем более ртом, до крана. И я пью из налитого мне кем-то стакана. Вода, такая же, как лимонад. С газом. Но невкусная. Солоноватая и с небольшой кислинкой. Правда, пузырьки – настоящие. И так же приятно щекочут в носу.
* * *
Уже в училище, когда проходил практику на ремзаводе… Там тоже была газированная вода. Но уже из обычного, похожего на большой железный шкаф, автомата. Одного из тех, чьи многочисленные братья-близнецы очень часто стояли прямо на улице. Но не у нас. А в тех городах, что значительно южнее Воркуты.
И там надо было опустить в специальную прорезь копеечную монету. Если без сиропа. Ну, а когда хотелось сладкого, приходилось искать по карманам монетку покрупнее. С отчеканенной на её круглой мордахе цифрой «три».
А на заводе автомат наливал газировку бесплатно. Нажал на кнопку, и побежала в стакан шипящая, солоноватая жидкость. На вкус – точно такая же, как и тогда, у отца на шахте. В уже далеком детстве.
* * *
Ещё немного, и из шахтного ствола начинает подниматься огромная металлическая коробка. Сначала только верхним краем, потом всё больше, больше и, наконец, громко звякнув железом, ударившимся при торможении о бетонный край площадки, останавливается.
Ещё одна, но уже не смешливая и пожилая женщина, открывает двери и на площадку из клети – с шумом, гамом и приветственными возгласами, вываливается отработавшая смена. И среди них… Не похожий на себя, но по голосу узнаваемый отец.
Уже с ним повторяю только что пройденный путь, но в обратном направлении. Специальный стенд, на который отец вешает свой рабочий жетон, аккумуляторная, раздевалка. Которая буквально через несколько минут наполняется разноголосым гомоном, шутками, смехом и голыми, белыми, незагорелыми мужскими телами, на которых контрастом выделяются покрытые въевшейся угольной пылью черные кисти рук, шеи и лица с радостно поблёскивающими глазами – всё, на поверхности. И уголь ушел «на гора» и сами – поднялись!
И отец тоже. Уже голый. В одной руке мочалка с мыльницей, другой – осторожно, чтобы не измазать меня угольной пылью, не ладонью, а согнутым локтем – поторапливает. Давай, мол, быстрее. Туда, в другое помещение. Из которого слышны обрывки громкого разговора, смех, шум падающей, с силой бьющей по кафельным стенам и полу воды и какие-то непонятные шлепки, приглушенные закрытой дверью. А как только кто входящий или выходящий оттуда, открывает её настежь, в раздевалку врываются клубы мутного и даже отсюда, от шкафчика с одеждой, чувствуется – горячего пара.
Но «быстрее» – не получается. Или получается, но плохо. Мешают тапки, надетые отцом мне на ноги. В них, даже стараться не надо, легко войдёт не одна моя ступня, а, как минимум, три. Поэтому шагать, поднимая ноги, не рекомендуется. Тяжело, да и тапки, то один, то другой, постоянно сваливаются. Приходится толкать их вперед, как лыжи. Правда, пол раздевалки не снег, но если приноровиться, то ничего, терпимо. Двигаться можно. Но не так быстро, как того хотелось бы отцу…
* * *
Следующий раз с этими тапками я встретился уже в армии. И как увидел их – обычные черные шлепки с открытым носком…
Увидел, и сразу легче стало. А та тревога, что с неприятным холодком легла куда-то в самый низ живота ещё на пересыльном пункте, отступила чуть в сторонку.
Конечно, оно и без каких вопросов понятно, что армия – не шахтерская помывочная. И за широкую отцову спину, в случае чего, уже не спрячешься. Да и просить кого-то незнакомого, чтобы налил в стаканчик шипучей воды с газом, не стоит.
Но тапки… Родные, до боли знакомые и теплые своими воспоминаниями – вот они. Рядом. А значит, и ты – уже не один. А миром с любым делом справиться можно. И с армейской службой, наверное, тоже.
Вот же они, только руку протяни – тапочки. Родные… Не подведут и не выдадут. А там… Живы будем – не помрем. Если Бог не выдаст, то и свинья не съест. Отслужим!
И отслужил ведь…
Самая приятная и добрая статья в выпуске. Так легко и понимаемо написана. Спасибо!
Оценка статьи: 5
Это Вам, Ксения, большое спасибо за такие теплые слова.
Коcтя, видит Бог, для меня такая добрая повесть была бальзамом на сердце после двух сегодняшних статей Пичугина и Ткачёва о ущербности женщин.
Я просто прочитала и поняла, что вот, есть и добрые, наблюдательные, настоящие Мужчины!
Костя, вы не просто мужчин реабилитировали, вы и мне настроение на весь день прекрасное создали! Правда!
Оценка статьи: 5
Ой, Ксения...
Вы меня прямо в краску вогнали. Честно-честно. Ну, что у меня в этой небольшой миниатюрке такого мужского? Чисто детское воспоминание с небольшим подростковым налетом. Из тех самых времен, когда мы все даже не подозревали, что нам предстоит стать мужчинами и женщинами. И когда было значительно почетней хлопнуть соседку по парте учебником "Природоведения", чем взять у неё порфель после школы...
Но всё равно. Мне было очень приятно прочитать Ваше. Большое спасибо!!
Ксения Печий,
разрешите мне подписаться под вашим комментом. Первая мысль по прочтении упомянутых Вами статей - написать своё "фу". А потом не стала окунаться в эту липкую грязь...
Константин, Вам огромное спасибо за статью! Очень теплая и душевная. Затронула какие-то щемящие детские... даже не столько воспоминания... ощущения. В детстве меня каждое лето отправляли на месяц-другой к бабушке в Донецк. Она жила на окраине города, в рабочем поселке. Запах угля до сих пор вызывает что-то приятное в душе.
Казалось бы, просто бытовые мелочи из детства, а сколько в них для теперешних нас, взрослых, позитива!
Оценка статьи: 5
Точно! Этим умением радоваться вот таким мелочам надо дорожить!
Оценка статьи: 5
Спасибо, Оксана.
А по запаху угля... Как-то был в командировке, совершенно в нешахтерском городке. Но! Долго не мог сообразить, почему так приятно пахнет чем-то очень знакомым и родным. Только через несколько дней сообразил.
Поселили нас недалеко от товарной станции. И буквально в нескольких сотнях метров от дома где мы жили располагались топливные склады. А уже к весне дело поворачивало. И вот этот острый запах влажного угля...
Прямо как домой вернулся. Только непонятно - а почему это хозяйки бельё прямо во дворах сушат? Не жалко что ли своего добра?!
Константин,
вот-вот, у меня то же самое. Иногда ощущаешь этот запах в совершенно "не мОгущем так пахнуть" месте. Или он просто почудится? И сразу так приятно защемит в душе...
А бабуся моя тоже сушила белье во дворе, а больше и негде было. И это при том, что печка топилась углем, т.е. белье вываривалось, сажа летела из трубы... Старались, конечно, подгадать это событие, когда ветер в другую сторону и соседи не топят печи
И еще хочу сказать Сергею Дмитриеву, комментарии которого чуть ниже по ветке. Если, конечно, прочитав заголовок, сразу определить для себя жестко, что статья будет точно "о сравнении шахтеров и подводников", то само собой по прочтении наступит разочарование. Не надо делать скоропалительных умозаключений.
И по поводу ассоциаций. Уже давно абсолютно точно известно (до сих пор была уверена, что всем) о том, что какие-то воспоминания, ассоциации может вызвать любой, казалось бы совершенно посторонний, предмет, запах, слово, взгляд, жест и пр. Может показаться, что никакой связи нет. Но выстроив полный ассоциативный ряд, восстановив , так сказать, пропущенные элементы, все становится понятным.
На мой взгляд в статье именно показан вот этот самый ассоциативный ряд, и все очень понятно. (Константин, прошу прощения за такую сухость данного комментария. Это никак не вяжется с искренностью Вашей статьи)
Оценка статьи: 5
Оксана, какая сухость? У Вас замечательный, искренний, теплый и душевный комментарий.
Ну, а в продолжение темы по белью, у нас никогда и никто на улице его не сушил. С какой бы стороны ветер не дул, обязательно он нес угольную пыль от какой-то шахты, которых в Воркуте была не одна и даже не пять. Поэтому к концу сушки белье становилось серым и по второму кругу отстирать его уже от въевшейся угольной пыли было малореально...
Константин, да, наверное Вы правы. Ближайшая шахта была километрах в 1,5 - 2 от бабусиного дома. А те улицы, что непосредственно окружали шахты, действительно все были серыми.
Оценка статьи: 5
Оксана С, можно подпишусь под вашим комментом?
Запахи, тапочки, бельё на веревке ........... и всё! Пошли воспоминания.
Оценка статьи: 5
Комментарий отредактирован 11 февраля 2011 в 03:10
Жаль не могу присоединиться к этому мини-клубу воспоминаний.
В Олонец сегодня надо съездить. Кстати, от последней поездки к соответствующей статье добавилось несколько новых фотографий. В комментах...
Элина Мурашкевич, я только рада таким единомышленникам!
Оценка статьи: 5
Константин Кучер, связь Армия - шахта притянута за тапочки.
Заголовок обещал сравнение шахтёров с подводниками, но увы. Осталась неясность при спуске в клети, как-будто и дети туда спускались. Абзац с питьём газировки то ли в клети, то ли по выходе - переход не обозначен. А так... обычное бытописательство без особого изюма. "В Одессе все так могут, только стесняются" - всплывает в памяти бессмертная реплика Л.Утёсова на конкурсе артистов эстрады. Надо б перечитать для верности, но как-нибудь попозже.
Советую автору прочитать(или перечитать) "Розовый чулок" А.Чехова, особенно 6-й абзац. Да и не только автору. Он многим может поубавить авторской спеси.
П.С. Перечитал-таки сразу: Костик не опускался в шахту, а только смотрел сквозь решётку в ствол, на канаты и слушал музыку эл. моторов. Немножко пардон.
Комментарий отредактирован 31 января 2011 в 07:33
Думаю, Сергей, просто в Вашей памяти нет тех тапочек, что остались в моей. Вот связь и показалась Вам притянутой. Но, уверен, в Вашей памяти обязательно есть что-то такое, чего мне и не снилось.
Вопрос по поводу того, можно ли маленьким мальчикам кататься в клети, мне показался не актуальным, поэтому я на нем и не заострял внимание читателя. Здесь действовало общеприменимое правило - "если договоришься с клетевой, то можно всё". Если канарейкам можно, то почему низ-зя маленьким мальчикам?
По остальному согласен с Вами - надо просто перечитать внимательно, не торопясь, И всё должно встать на свои места.
Ну, например, откуда Вы взяли, что автор обещал сравнение шахтеров с подводниками? Он ведь за армию говорил. Но про флот ничего не обещал...
Комментарий отредактирован 31 января 2011 в 08:06
Константин Кучер, близнецы-братья. Просто подводники ближе к шахтёрам "по определению". И в Армии любая команда, экипаж "одной верёвкой связаны", тапочки для такой связи слабоваты.
...А "Розовый чулок" почитайте, не пожалеете.
П.С. Из-за "договорённостей с клетьевой" (или с закопёрщиками) происходят "взрывы и пожары" в шахтах.
Комментарий отредактирован 31 января 2011 в 15:11
Сергей... Даже близнецы-братья - разные личности. У нас в классе было три брата близнеца. И всех их мы очень хорошо различали. Потому что были они - разные.
Ну, и вспомним классику: 23 февраля День Советской Армии и Военно-Морского флота. Или ДОСААФ. Поэтому как Вы перекинули мостик от армии к флоту, для меня всё-таки не очень понятно.
Да, если говорить о том, что "экипаж машины боевой" связан накрепко, - даже спорить о том не буду, всё верно. Но опять же - читаем ВНИМАТЕЛЬНО! Где по тексту статьи я говорю об экипаже? Я рассказываю о том, что для меня шахтерские тапочки были первой ниточкой, связавшей мою срочную службу с оставшейся где-то далеко (пока далеко) гражданской жизнью. Не внутри армии и одного экипажа ниточка, а между ней и гражданской жизнью, в которой есть место не только подвигу, но шахтам и шахтерам тоже.
За ссылку - спасибо. Как-нибудь постараюсь добраться.
Константин Кучер, " СтОит изумиться рифмочек порой нам -
мы почитаем поэтика гением.
Одного называют красным Байроном,
другого - самым красным Гейнем." (В.Маяк.) Так и у нас в ШЖ.
Константин, ага, мой брат на атомной подлодке служил, так он День Армии никогда не отмечал, а вот Военно-Морского флота - это святое.
Оценка статьи: 5
Константин Кучер, "Если канарейкам можно, то почему низ-зя маленьким мальчикам?" Видимо, потому, что канарейки - смертницы, а мальчиков поберечь надо бы...
Марианна Власова, а как же помыться?
Оценка статьи: 5
Надежда... Для того, чтобы помыться, в забой опускаться не надо.
И по миниатюре это видно. Я же стою на площадке, жду, пока отец из забоя наверх, с помощью этой самой клети, поднимется.
Так что Марианна здесь совершенно права, маленьким мальчикам кататся в клети (или на клети, по аналогии с лифтом?!) - не рекомендуется. Сам я в клеть попал значительно позже, когда, как будущий горный электромеханик, проходил на шахте практику. Но там уже всё было по взрослому. Получение индивидуального разрешения на спуск, роспись в книге инструктажа ТБ, плюс обязательное сопровождение в лице рукводителя практики.
Но это так, чисто ознакомительная экскурсия была, чтобы видели и знали - где, как и какое шахтное оборудование используется. А основная-то практика была на РМЗ, как я об этом и пишу в миниатюре.
Константин, помните ли Вы что про аварии в шахтах в Вашем детстве? Как часто они случались?
Оценка статьи: 5
Надежда... Что значит "авария"? Они же разные бывают. У меня отец за 12 подземных лет дважды с гипсом был. Первый раз ещё горнорабочим кусок угля с транспортера неудачно ему на ногу упал. Второй раз он уже буровзрывником был, и бракованный детонатор у него прямо в руке сработал.
А о крупных авариях нам тогда никто не докладывал. Только помню, что в субботу перед Днем Шахтера многие горняки (и отец с бригадой, естественно) ездили на городское кладбище помянуть погибших в крупной аварии, что была на шахте "Капитальная" в 60-х. Кстати, об аварии в городе узнали из "Голоса Америки". Наши о ней молчали намертво.
Константин, про "помыться" пыталась пошутить
. Про аварии просто у меня пошла отдельная ассоциация. Спасибо за ответ.
Оценка статьи: 5
Не за что, Надежда. Это вам всем - БОЛЬШОЕ СПАСИБО. Мне очень приятно, что эта работа вызвала такой отклик и живой интерес у многих читателей.
Сергей Дмитриев, да ведь вся наша жизнь соткана из деталей и ассоциаций. И чем дольше живешь, тем больше их в памяти накапливается. Разве у Вас не так?
Оценка статьи: 5
Надежда Приходько, также примерно. Вся проблема в их отборе и сочетании.
Сергей Дмитриев, не поняла проблему.
Мне всегда казалось, что ассоциации у нас как-то ненасильственно, без отбора и сочетания, возникают, неожиданно-спонтанно. Так же и у Константина в тексте - более поздние тапочки воскресили в его памяти более ранние. Что до бытописательства, я, к примеру, люблю, когда автор подробен и при этом точен - у меня тотчас свои картины в голове выстраиваются, хоть кино снимай. Когда автор точно отражает окружающий мир, мы чувствуем, что он ему доверяет, он с ним в гармонии, и это успокаивает, снимает депресняк. Вот почему столько хороших отзывов от женщин, а не по какой-то иной причине.
Конечно, на вкус и цвет... Я лишь увидела Ваше искреннее непонимание высоких оценок и попробовала объяснить их, как я это чувствую.
Оценка статьи: 5
Надежда Приходько, что не поняли. Кто-нибудь другой поймёт. Общий дИФЦИТ романтики и сентиментальности завышает оценки. Кроме того, накануне я прочитал рассказ А.Чехова "Розовый чулок", что и Вам советую, чтобы быть скупее в оценках. "Не надо оваций !" - сказал общий любимец.