Александр Казакевич Мастер

Эмиль Золя: писатель, который воздвиг «самую высокую кучу нечистот»? Часть 2

Кому не хватает секса в жизни, тот переносит его в книги
Постоянные неудачные ухаживания за сестрами и кузинами товарищей, роман с «розовой шляпкой» — все это приводит к тому, что мысль о женщине начинает постоянно преследовать его. Даже женившись, Эмиль Золя все еще тяготится комплексом какой-то неудовлетворенной страсти, потаенных желаний, которые он не мог утолить в реальной жизни. Эти желания выплеснутся на страницы его романов, и для многих будет казаться странным, что этот опрятный, заботливый и почти образцовый муж является автором не в меру грубых натуралистических сцен.

Когда одна из газет начала публиковать «Землю» — один из его самых скандальных романов, — возмущенные читатели забросали главного редактора гневными письмам с требованием немедленно прекратить публикацию «этой порнографии». В дело вмешалась полиция. Публикацию прекратили, а Золя чуть было не отправили в тюрьму.
Только после встречи с Жанной Розеро, ставшей его второй, неофициальной женой, Золя оставит натурализм и превратится в самого настоящего романтика.

Муж двух жен
Это будет странный союз: Золя и его две любимых женщины. Умная, трезвая, как осень, Александрина и юная, пьянящая как весна, Жанна. Золя долго будет скрывать от Александрины свою связь с Жанной. Жанна подарит ему дочь, а затем и сына. Золя снимет для них дом, неподалеку от своего. Каждое утро у окна, прячась от Александрины, он будет рассматривать в бинокль, как в соседней беседке играют его дети. Каждый вечер он будет выходить «на прогулку» — проходить окольным путем два-три квартала, чтобы затем тайком прокрасться в дом к своей второй жене и детям.
Умная Александрина, конечно же, не могла не узнать о случившемся. Однажды Золя, стоя у окна, смотрел на играющих неподалеку детей. Он не услышал, как к нему подошла Александрина. Она положила ему руку на плечо и тихо сказала: «Позови их в дом»… Отныне Золя первую половину дня будет проводить с Александриной, а после полудня уходить к Жанне. Сидя в большом глубоком кресле с малышами, забравшимися к нему на колени, он вместе с ней будет пить чай, как всегда, очень горячий.
После смерти своего мужа Александрина помирится с Жанной Розеро, разрешит обоим детям носить фамилию Золя и будет следить за их воспитанием и образованием до самой своей кончины 16 апреля 1925 года. Жанна будет хранить верность отцу своих детей и, как Клотильда, героиня «Доктора Паскаля», не снимая, будет носить под платьем его ожерелье — тонкую золотую цепочку с семью жемчужинками. Золя сам надел его Жанне на шею. Она будет носить его до самой смерти, последовавшей во время неудачной операции в клинике в 1914 году.

«Я обвиняю!»
Каждый год Золя выпускал по роману. Его слава росла. Его дом обрастал благополучием и уютом. Казалось бы, самое время насладиться плодами своего кропотливого труда и терпения. Поэтому тем более странным кажется тот факт, что Золя, человек домашний и неконфликтный, решился принять участие в скандальном «деле Дрейфуса». Золя выступил общественным защитником несправедливо осужденного Дрейфуса, еврейского офицера. Золя пишет знаменитую статью — «Я обвиняю!», производящую во всей Франции эффект разорвавшейся бомбы.
Маленький, скромный Золя отваживается выступить в защиту «какого-то еврея» против чуть ли не целого класса «людей уважаемых и отменно благородных»! Этого, конечно, ему не могли простить. Золя, спасаясь от расправы, вынужден вместе с семьей бежать в Англию и там скрываться, каждую неделю меняя фамилию и место жительства.
В результате судебного разбирательства Дрейфуса все-таки оправдывают, и Золя может наконец вернуться на родину. Имя Золя становится не только визитной карточкой Франции, но и «совестью всей Европы».

Красные цветы
И вновь потекли размеренные дни, полные привычного труда и домашних хлопот. Золя работает. Ему некогда отдыхать.
Смерть Золя наступила в результате несчастного случая: несработавший дымоход задержал угарный газ в комнате, где он спал, и Золя умер от удушья…
Нa кладбище его будут провожать пятьдесят тысяч человек: студенты, ремесленники, буржуа, журналисты, военные.
…Анатоль Франс у свежевырытой могилы держит пламенную речь. Люди слушают. Лишь слабый гул голосов время от времени проносится над толпой. Но что это?

 — Смотрите, манифестанты! — раздается чей-то голос.
К кладбищу движется огромная толпа народа — это рабочие пришли проститься с писателем. Они несут красные цветы. Слышатся крики: «Жерминаль! Жерминаль! Жерминаль!». Неразумная, слепая, жестокая, захваченная животными инстинктами толпа, пережив изумительный миг коллективного прозрения, произносит во весь голос то, что не смогли ясно сказать тогдашние критики, — название шедевра Золя!

…Да, конечно, не все равнозначно и равноценно в творчестве Эмиля Золя. Но его романы и сегодня вызывают интерес у читателя. Вероятно, он не самый увлекательный рассказчик, прекрасный стилист и тонкий психолог. Но мы любим его не за это. За что же? У каждого найдется свой ответ на этот вопрос. Я уверен лишь в одном: каждый честный человек, доживи Золя до наших дней, с благодарностью пожал бы ему руку. Хотя бы за то, что на протяжении всей своей жизни он находил в себе мужество оставаться человеком. Человеком с большой буквы.

Обновлено 8.10.2017
Статья размещена на сайте 30.01.2008

Комментарии (2):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: