Игорь Корсар Мастер

Каким я был начальником?

Я много пишу про начальников, пытаюсь отобразить их психологию и взаимоотношения. А был ли я сам им? Приходилось, господа, приходилось.

Случилось это, когда в нашем отделе добавили штатные единицы, и были сформированы два новых бюро. Начальником бюро программирования назначили меня.

Я знал рабочие коллективы, где на руководящую должность обязательно приглашали человека со стороны. А продвижение по служебной лестнице своих почему-то считалось нерациональным. Впрочем, понять можно. Во-первых, боялись дисбаланса в коллективе. Ведь обычно далеко не один работник с вожделением смотрит на руководящее кресло. При выдвижении одного кто-то может затаить обиду или даже уволиться. А внутренние распри к повышению производительности не приводят.

К тому же они забивают голову тех, самых высоких, которые конкретными делами не занимаются, а стоят у руля. При забитой таким образом голове руль крутить трудно. Поэтому все решалось просто. Человек из внешнего мира не вызывал вулкана страстей, а коллектив зачастую еще больше спаивался (иногда против него, но это уже другой вопрос). На заводе, где я работал, в руководители проводили только тех, кто долго работал и хорошо знал эту работу.

Я был горд и внутренне ликовал. Полученное место казалось мне венцом моих долгих успехов на ниве программирования. К тому же мне было легко. При случае я сам мог заменить собой все бюро и быстро решить нависшие над ним проблемы. Это меня и сбило с толку. Вместо того, чтобы давать более полновесные задания, я чуть ли не половину работы каждого брал на себя. Зато никаких конфликтов у меня не было. Мной были довольны, и я был доволен всеми.

Мне непомерно доверяли подчиненные и знали, что если у них что-то не получится, то я успею все исправить. Моя линия вела к тому, что люди больше развивались как исполнители, а не как вдумчивые инженеры. Если нет по-настоящему трудного задания, то не возникает и необходимости эти трудности преодолеть. Конечно, были трудности, но я умудрялся их решить еще до того, как их начинали понимать окружающие. И, вообще, я привык быть последней инстанцией в своих вопросах, после которой уже обращаться не к кому.

Обычных же присущих начальникам черт я не имел. Не конфликтовал с соседними службами за место под солнцем, не выбивал премии для подчиненных и для себя, не пытался выставить ту деятельность, которой бюро занималось, в более выгодном свете. Я спал глубоким трудовым сном, и мне снились только хорошие сны. Впрочем, многое из того, что я перечислил, было не моей прерогативой. Все решалось выше, а на нас только опускали решения. Остальное с удовольствием брал на себя начальник отдела. Он и делил премии, и составлял списки для повышения окладов, и добывал левую работу. Для чего я это пишу? Что хочу сказать? Восхваляю себя? Наоборот, ругаю? Не то и не другое.

Просто быть начальником — понятие гораздо более растяжимое и многообразное, чем мы привыкли себе представлять. У всех по-разному. Я ехал в утепленном вагоне и вполне поддерживал порядок внутри вагона, даже не замечая того. Выходить на морозные станции и страдать от холода мне почти не приходилось. Это брали на себя другие. А я вполне устраивал и тех, других, и себя. Все в работе мне казалось достаточно доступным и легким, и к тому же интересным. Я искренне считал, что это так же легко и просто для остальных. Я искренне ошибался. То, что очень прозрачно для одного, может оказаться дремучим лесом для другого. Но тогда я так не считал и рвался осваивать новые, более сложные горизонты.

Между тем, собственное программирование повсеместно отходило на задний план. С запада хлынули и компьютеры, и готовые написанные системы, в которых многое из того, что было заводу необходимо, учитывалось. Надо было только настроить и адаптировать их к местным условиям. Островки создания и поддерживания программ сужались. Программистов начали переориентировать на конструкторские работы. Коснулось это и моего бюро. Сначала отобрали одного человека, потом второго. Третий, оставаясь в бюро, решал совершенно другие вопросы и, вроде бы, под моим началом, хотя на самом деле и начало, и конец были уже совершенно чужими.

Я подлил масла в огонь. Вместо того, чтобы укреплять свой островок и заниматься понятными мне работами, я попросил конструкторский заказ. Это было не мое дело. Мне тогда казалось, что я быстро освоюсь и справлюсь, как всегда и везде. Но ни мне, ни моим подчиненным (впрочем, я опять львиную долю дела взял на себя) не удалось выполнить работу в срок. Ошибка оказалась роковой. Переводили меня с начальника бюро на должность ведущего инженера на очередной аттестации. Делали это ласково и безболезненно. Никакого понижения оклада. Говорили ободряющие слова: «Ну, не получилось, и не страшно! Нечего переживать».

Я и не переживал. Меня оставляли в лоне программирования и системного сопровождения, где я ориентировался лучше, чем рыба в воде. Вместо меня появился мой сотрудник — профессиональный конструктор. Первым делом он добыл для комнаты, где обитало наше бюро, холодильник. У меня конфликтов с ним не было, как, впрочем, ни с кем. Но гораздо позже я наполовину узнал, наполовину догадался, что мое снятие не ограничивалось моими ошибками и незрелым руководством. Мое место потребовалось другому… А с тем заказом еще несколько лет возились, так и не могли справиться. Правда, тому другому или другой оно все равно не досталось. Досталось третьему… Так что мне тем более переживать было нечего!

А остался ли я обижен на своего непосредственного начальника, с которым проработал много лет, написал сотни программ и который тщательно спланировал «успех» моей аттестации? Считаю, что нет. Обиды никакой, зла тоже. Тем более я ему косвенно обязан. Если бы не он, никто бы меня сдвинуть с места не осмелился, и я бы до сих пор корпел бы над проблемами мелкого руководства, искренне считая, что это предел моих желаний. Выше — это не мое. Но это место я заслужил! Все бы мои мысли были ограничены поддержкой завоеванных позиций, и я бы наслаждался своим, как казалось мне, вполне высоким и умным положением. Я бы еще глубже провалился в этот чертов трудовой сон и громко бы храпел, храпел на весь завод. И уж я бы никак не писал этих строк, как и многих других.

Именно в то время я начал постепенно просыпаться. Конечно, увлеченность делом — это прекрасно! Но если она до маниакальности сильная и не оставляет время на общение и вообще ни на что… Позже я ясно понял, что, лишившись должности начальника бюро, я приобрел целый мир, в котором эта смешная должность занимает слишком крохотное и ограниченное место.

Вот вам я и рассказал, как был начальником и как остался программистом. А что было бы лучше для меня, судите сами. Хотя не судите. Не получится. Слишком от многих факторов все вокруг зависит. И то, что я сейчас духовно свободен от руководящих забот, — просто великолепно! Не так ли?

Обновлено 25.12.2009
Статья размещена на сайте 24.11.2009

Комментарии (7):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Катерина просто Катерина Читатель 4 июня 2010 в 21:11 отредактирован 24 мая 2018 в 08:15

    Игорь, как давно у Вас случилась сия жизненная ситуация? Как скоро Вы смогли переключиться на мир вокруг Вас?. С могли ли Вы вернуться к той работе, которая Вам нравилась до того, как Вы стали начальником?
    Это не праздный интерес - у меня сейчас, СЕГОДНЯ! то же самое. После того, как я создала свою группу, не спала ночами, выбивала для подчиненных деньги (хотя для меня это очень, очень трудно - для себя я бы никогда не унижалась и не скандалила) делала и свою, и чужую работу (т.к как я, начальник, чувствовала себя ответственной за надлежащее качество) . После этого мне предложили уйти в ведущие, т.к. отдел расширяется и приходит начальник со стороны. Щелчок по самолюбию? - не только.

  • Игорь Корсар, Вы молодец, что ни на кого не озлобились.. Я тоже была начальником.. Когда мне предложили эту должность, я чувствовала, что это не моё. Но я согласилась, т.к. решила рискнуть, проверить на что способна, да и деньги лишние не помешали. Ноша была, в отличие от Вас, очень тяжела, а я всё доказывала себе на что я способна. Жалела о принятом решении, нервные срывы. В общем хочу сказать, что каждый должен заниматься своим делом, желательно любимым

  • интересная история.
    если без понижения зарплаты, то почему бы и не заниматься любимым делом

  • Игорь Корсар, когда-то давно вычитал, что в какой-то "крутой" американской фирме (Не у Форда ли?) считалось, что если подразделение за время отпуска начальника ухудшает результативность своей работы, то такого начальника нужно менять.
    Я очень много лет руководил небольшими творческими коллективами и всегда гордился, если удавалось подобрать ребят, которые умнее меня. Технически более грамотных, толковых, инициативных, амбициозных и т.д.
    Было истинным наслаждением работать в таких коллективах!
    Но все это было очень хорошо в те старые времена. После 91 года, когда появилась возможность "урвать" свой кусок хлеба с маслом, большинство из них и "урвало". Сами стали начальниками, точнее, хозяевами своих фирм, зачастую совершенно позабыв и то откуда они вышли и, без ложной скромности, благодаря кому...
    Вот такие пироги.

    Оценка статьи: 5

  • Игорь Корсар, откровенный рассказ. Чем-то похоже и на мою жизнь. Правда, мне удавалось отбиваться от "заманчивых" предложений - свободу я считал дороже.

    Оценка статьи: 5

  • Игорь Корсар, устраивался как-то я на работу. После нескольких минут разговора, управляющий вынес вердикт-ты не начальник и никогда им не будешь. Что так и оказалось.

    Оценка статьи: 5

  • Интересно

    Оценка статьи: 5