Владината Петрова Мастер

Почему Минин и Пожарский указывают в разные стороны?

Как-то раз мое внимание привлекла странная картина Михаила Ивановича Скотти «Минин и Пожарский». Простолюдин Минин указывает Пожарскому в одну сторону, а князь указует своим мечом в противоположную. На картине видны здания Кремля (насколько я понимаю, к зрителю обращен вход в Успенский собор). В то же время известно, что алтарь в храме ориентирован на восток, соответственно, вход — на запад. Таким образом, Минин призывает идти на восток, а Пожарский — на запад, или точнее на юго-запад, поскольку именно туда обращен его меч.

Другие персонажи картины также сомневаются, куда им идти. Человек слева от Пожарского тоже показывает пальцем в сторону Москвы, в то время как его собеседник смотрит на него с недовольством и сомнением. Указывает пальцем на Москву и человек, стоящий к зрителю спиной справа от Пожарского. Совершенно очевидно, что художник не случайно повторяет на своей картине один и тот же жест трижды, настаивая на его правильности (как говорится, бог троицу любит). Пожарский к тому же смотрит куда-то вверх, будто ждет указаний (это, кстати, придает его лицу одухотворенность, что отвлекает зрителя от символизма картины).

Какие общественно-политические споры отражает эта картина? Может быть, дискуссии западников и славянофилов? Возможно, поскольку к моменту написания картины в 1850 г. эти идейные течения уже оформились. Кроме того, не исключено, что картина была создана «на злобу дня». Обратим внимание на красную одежду и знамя князя Пожарского. Как известно, в 1848 г. красный цвет был цветом восставших во Франции и в Германии (революция, произошедшая в этом году во Франции, была уже третьей). России эти события коснулись непосредственно. В 1849 г. Николай I подавил национально-освободительное движение в Венгрии, начавшееся после французской буржуазной революции 1848 г., и в том же 1849 г. в России был разгромлен кружок Михаила Буташевича-Петрашевского, участники которого обсуждали западную литературу, находившуюся под запретом.

Возможно и другое толкование картины, если обратить внимание на очертания птицы, летящей там, куда показывает Минин и его единомышленники. Эта птица, если рассмотреть картину крупным планом, представляет собой одноглавого орла так, как он изображался на гербах некоторых германских княжеств (Германия к моменту написания картины еще не была единым государством) и Австрии, правда, у австрийцев орел был тоже двуглавым, как и в Российской империи. Тем не менее очевидно, что орел — это привычный символ австро-германского мира, в отличие, например, от Англии, символом которой являлся лев, или Франции, в гербе которой орел не присутствовал. Таким образом, картина может отражать и политические дискуссии о том, «с кем дружить»: с Англией и Францией или с Германией и Австро-Венгрией. Последние, если посмотреть на карту, находятся восточнее.

Споры эти действительно имели место и были связаны с тем, что во времена борьбы с Наполеоном и даже после этого Россия действовала, по сути, в интересах Англии. Не забудем о том, что через три года после того, как была написана эта картина, началась Крымская война 1853−56 гг., в ходе которой Англия и Франция пытались добиться разделения России на зоны влияния. Недаром при Александре II был создан «Союз трех императоров» — Австрия, Пруссия и Россия, чтобы противостоять Англии и Франции, поделившим к тому времени весь мир в качестве своих колоний.

Читатель может возразить мне, что толкование картины с точки зрения политики является надуманным, однако следует учитывать, что написавший картину Михаил Скотти — учитель художника-передвижника Василия Перова, а уж творчество передвижников было донельзя политизированным.

Совершенно откровенный политический подтекст имеют картины другого передвижника — Ильи Репина (например, картина, именуемая в народе «Иван Грозный убивает своего сына», кстати, посмотрите ее настоящее, причем полное название — оно недвусмысленно указывает на идейный замысел создателя). Политический смысл имеет и картина некогда дружившего с передвижниками, а затем перешедшего на «черносотенные» позиции Васнецова «Три богатыря», хотя искусствоведы этого упорно не замечают. Но об этом мы поговорим как-нибудь в следующий раз.

Что касается того, почему именно князь Пожарский был избран Михаилом Скотти для своей аллегории, можно предполагать, что идея была навеяна знаменитой скульптурой Ивана Мартоса на Красной площади, созданной в 1818 г. в честь победы над Наполеоном. Там Пожарский также изображен нерешительным, в отличие от Минина, призывающего князя к действиям. Впрочем, не исключено, что на этот вопрос есть какой-то другой ответ.

Статья размещена на сайте 4.11.2014

Комментарии (3):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: