• Мнения
  • |
  • Обсуждения

Игорь Хентов

  • Игорь Хентов
    • Статус
    • Читатель

    Дата регистрации: 23.03.2019
    Последний раз был(а) на сайте: 23.11.2019 в 17:45


Последние комментарии

23 ноября 2019 в 17:45 отредактирован 23 ноября 2019 в 21:09

БАНКИР ХАИМ СОЛОМОН

Жизнь еврея… то редьки чуть слаще, то горше,
И метались евреи за счастьем по странам,
И в Нью-Йорк Хаим прибыл из Лешно, что в Польше,
Чтоб хоть в США поглядеть на небесную манну.

А Америка билась за вольную волю
Не на жизнь, а на смерть с львом британским могучим –
В Филадельфии Хаим нашёл свою долю,
И, как мог, разгонял над Америкой тучи:

Хаим первым в стране мудрым стал финансистом –
Что издревле присуще иным Соломонам,
(Жил бы позже, бесспорно, примкнул к сионистам),
Патриотом страны и, конечно, масоном.

Хаим то собирал, то разбрасывал камни –
В данном случае, мысли свои и идеи,
И молились Творцу под извечное «амен»
Протестанты, католики и иудеи.

Пережил приговоры, и пытки, и тюрьмы,
И был выброшен жизнью, как шхуна на берег,
Находя Вашингтону искомые суммы,
Сам остался с детьми и женою без денег.

Правда или неправда – мы ныне не знаем:
Напечатан на долларе США могендовид –
Виноват, ходят слухи, в деянии Хаим,
Приведя Вашингтону весомый свой довод.

Человек после смерти – горсть стылого праха,
Но Вс-вышним всегда у черты узнаваем.
Стоит памятник в городе славном Чикаго:
Моррис*, Вашингтон в центре и Соломон Хаим.
Прим. *суперинтендант финансов США

23 марта 2019 в 18:57 отредактирован 24 марта 2019 в 13:29

ТРУМПЕЛЬДОР
«Хорошо умереть за Родину!» - Иосиф Трумпельдор.

Живут на свете люди, чьи души выше гор
И шире океанов, что в их лежит основе:
Сын Вульфа-кантониста – Иосиф Трумпельдор
Родившись в Пятигорске, жил в городе Ростове.

Окраинным народам давался тяжко хлеб
Во взращенном под плетью великом русском царстве,
Но самой горемычной из всяческих судеб
Была судьба еврея в Российском государстве.

Просил Иосиф Б-га в одной из синагог
О счастье человечьем и, видно, потому-то
Открылась Трумпельдору одна из тех дорог,
Что вывела на волю из сирого галута.

Вела дорога к свету и снятию оков,
Петляла, чтоб пробиться среди различных …измов,
И Трумпельдор Иосиф встал без ненужных слов
Под Герцля Теодора знамёна сионизма.


Лились ручьями слёзы, звенел весёлый смех –
Еврейские богатства – не больше и не меньше,
И чтоб достигнуть цели и обрести успех,
На фронт ушёл Иосиф, как воин и как фельдшер.

Стал унтер-офицером. Георгиевский крест
Сиял, как на параде – Иосиф был героем,
И раз, во время боя – неважно, там иль здесь –
Остался, как Сервантес, лишь с правою рукою.

А дальше сумасшедшей неслись чредою дни:
Россия, Палестина, арабы, англичане…
А дальше Трумпельдора мечты и даже сны
Неясно проявлялись в причудливом тумане.

Одной рукой сражался, порой, пахал, как вол,
Свою родную землю под солнцем Иудеи,
Чтоб маленький ребёнок не бос был и не гол
И обрели Отчизну гонимые евреи.

Иосиф мало прожил – всего лишь сорок лет,
Но каждый год героя сравним с теченьем века.
Есть доля Трумпельдора в любой из всех побед
Израиля, и мира, и просто человека.

Его сразила пуля в бою, в недобрый час,
И дух его, бесспорно, витает в кущах Рая,
И тихо прозвучали слова в последний раз:
«Я счастлив, хорошо ведь погибнуть за Израиль!»