Mаша Романофф Мастер

Кто он - «краеугольный камень» немецкой журналистики? Знакомьтесь - Ханс-Рюдигер Карутц

Добрый день, гутен таг, любезный читатель. Сегодня ваш берлинский корреспондент познакомит вас с… кем бы вы думали? С корреспондентом. И посвятим мы наш сегодняшний репортаж несравненному мастеру репортажа, блестящему немецкому журналисту Хансу-Рюдигеру Карутцу.

kornik, Shutterstock.com

После этой фразы он, конечно, вмешался бы и слегка смущенно сказал: «Ах, Маша, пожалуйста, давайте обойдемся без этого тяжеловесного немецкого „Ханс“. Просто — Рюдигер. И с несравненным Вы тоже преувеличиваете. И вообще, давайте перейдем с немецкого на французский, а то я его уже забывать стал». Это легкое кокетство простительно — Рюдигер Карутц настолько известен, что все хвалебные эпитеты ему и в самом деле ни к чему.

Признаюсь сразу, на первую встречу с Карутцем я направлялась не без робости. Ну, во-первых, он — человек старшего поколения, во-вторых, сам факт того, что русскоязычный журналист-любитель собрался писать статью о знаменитом немецком журналисте-суперпрофессионале и получил согласие на встречу и интервью, даже для демократичного Берлина редкий. С тех пор прошло несколько месяцев, текст был уже написан и Рюдигер Карутц стал моим добрым знакомым.

Хрупкий, даже субтильный, очень спокойный, среднего роста голубоглазый пожилой мужчина, Карутц в действительности — «железный капут, глыба и матерый человечище». Вот скажите, как вы чувствовали бы себя, если бы практически всю жизнь были личным врагом какого-либо государства?

Подчеркну — не врагом народа, не членом семьи изменника Родины, а действительным врагом иного государства, со всеми прилагающимися к таковому званию атрибутами — круглосуточной слежкой, известной кличкой, угрозой семье, дюжиной персональных филеров, явками, паролями, уходами от погони, игрой в смертельные прятки со Штази, томами донесений и секретных сводок в архивах Госбезопасности ГДР — всего не перечислить.

Полагаю, не слишком комфортно вы бы себя чувствовали.

А Рюдигер Карутц так жил. Как западногерманский репортер и личный враг ГДР. И такой образ жизни продолжался до падения Берлинской Стены.

Родился он недалеко от Познани, тогдашнего немецкого Позена, в мае сорок первого, в прекрасной буржуазной семье — отец его был судьей и доктором славистики, свободно владевшим русским языком. Матушка — образованная и утонченная светская дама. Вскоре семья переезжает в Потсдам.

Отец Рюдигера был призван переводчиком на Восточный фронт. После войны провел несколько лет в воркутинских лагерях, выжил, вернулся к родным. Пожив немного в Потсдаме, не выдержав идеологического давления, быстро увез жену и детей на Запад, в американский сектор.

Я не зря привлекаю ваше внимание к дате рождения Карутца. Май сорок первого в Германии — триумфальный месяц, уже готов план «Барбаросса», блицкриг в России кажется совершенно реальным, победный немецкий марш по Европе продолжается, и ничто не предвещает трагического исхода. Рождаемость достигает невиданных высот.

Дети, рожденные в период с 1935 по 1942 годы — дети триумфа, надежда и гордость страны, первые «настоящие» граждане Третьего Рейха. И имена им дают соответствующие, гордые и славные, обязательно двойные истинно немецкие имена — Ханс-Рюдигер, Карл-Отто, Фридрих-Фердинанд. Этих имен многие из них потом будут стыдиться, сокращать их, переделывать на интернациональный лад. Потому что долгое время после войны быть немцем будет позорно. На вопрос о национальности они станут отвечать «европеец».

Именно этому поколению немцев — детям войны, в сущности, ни в чем не виноватым, придется всю жизнь нести неподъемный груз — груз огромной исторической вины своего народа.

Им в детстве или ранней юности придется пережить трагедию расчленения Германии. Осознать, что две части единой страны будут жить после войны в жесточайшей идеологической вражде. Не сойти от этого с ума. И может быть, все это сформирует детей войны интереснейшим, мужественным и тонко чувствующим, умным и рефлексирующим, самым замечательным поколением немецкой новой истории.

Именно они сделают все возможное и невозможное, чтобы искупить вину своих отцов, чтобы не переложить груз вины на плечи своих детей и внуков. Они построят свою страну, Западную Германию, заново — демократические институты, прекрасную медицину, промышленность, образование, возродят славу немецкой науки и создадут новую, острую, свободную западно-немецкую журналистику. У истоков послевоенной журналистики и нового стиля репортажа и стоял молодой тогда Рюдигер Карутц.

Энциклопедист, ироничный остроумец, знаток прусской истории и «певец земли прусской», полиглот, Карутц не имеет высшего образования. Этим он тоже не прочь слегка пококетничать. По образованию он букинист, книжный торговец. Писать начал еще в школе, тогда же предложил первые статьи издательству «Аксель Шпрингер». Стиль молодого репортера-дилетанта оказался блестящим.

Его приглашают на работу в издательство Шпрингер, в известнейшую газету «Die Welt». Быстрая карьера, корпункты в Бонне, Кельне и, наконец, вершина — должность шеф-репортера и директора корпункта «Die Welt» в Западном Берлине. Карутц в это время — уже очень известный, жесткий и правдивый репортер-эксперт по проблемам ГДР. Его называют «краеугольным камнем «Die Welt» и немецкой журналистики. Его хлесткие тесты и безжалостные репортажи регулярно публикует «Вельт», приводя в неистовство службу Госбезопасности ГДР.

И начинается усиленная параноидальная кампания непрерывной слежки за Карутцем — отныне его прозвище «Шофер», и все передвижения «Шофера» отслеживаются Штази. Если удастся его поймать на каком-нибудь противоречащем законам ГДР действии, живым его вряд ли отпустят, и он это знает.

В командировке в Дрездене он, знаток церковной архитектуры, убегая от преследования, прячется в тайнике одной из церквей — и не подозревающие о существовании этого тайника Штази остаются с носом.

Его телефон в Западном Берлине постоянно прослушивается. Его квартира и семья непрерывно фотографируются спецслужбами ГДР. В его квартире происходят так называемые «кражи», во время которых удивительным образом ничего ценного не крадут.

А Рюдигер Карутц продолжает, с угрозой для жизни, вести репортажи из ГДР «до упора», до самого падения Берлинской Стены, прямо у которой и стоит издательство «Аксель Шпрингер». Он ведет колонку в своей газете «Die Welt», пишет для журнала «Bild», «Berliner Morgenpost» и многих других.

В ГДР он берет интервью, не задавая своим собеседникам вопросов вслух, быстро записывает вопросы на салфетке в кафе, а собеседник на той же салфетке молча пишет ответы. Разговор же идет на незначащие темы, ибо прослушивается все.

Я беседую с ним в этом кафе.

 — Скажите, Рюдигер, Вам было страшно?

 — Страшно? Было, наверное.

 — Не хотелось все бросить и заняться другой журналистикой?

 — Понимаете, Маша, я репортер. А репортер — это образ жизни. Это не профессия даже.

Он привык работать по ночам. Он может писать великолепные тексты за несколько минут, что называется, «на одной ноге», буквально «на коленке». Он пишет речи политикам. Он может непрерывно выдавать стихи, ситуационные экспромты и фонтанировать интеллектуальными шутками. Он галантен и прекрасно воспитан. У него великолепная богатая речь.

Он отлично водит машину. Он знаток хорошей литературы и кино. Он, похоже, вообще ничего не боится. «Нет, я боюсь, что Маша, беседуя со мной, проголодается и не скажет об этом. А я буду так рад ее накормить. А то она такая худенькая». О своей стране и о своих Берлине и Потсдаме он знает все.

Его всю жизнь обожают дамы всех возрастов, его любят дети — и свои, и чужие.

Сейчас Рюдигер Карутц на пенсии. «Только нам по душе непокой, мы сурового времени дети», — это точно о нем. Он пишет книгу о Потсдамском замке, раз в неделю «ходит в школу» — помогает ученикам младших классов освоить чтение, сам читает им вслух. Эта работа называется «Lesepate», по-русски что-то вроде «читающий крестный отец». Он желанный гость на всех политических приемах, все известные люди Берлина — его знакомые или друзья.

Еще он любит классическую музыку. Особенно оперу. И, разумеется, отлично ее знает.

Наша беседа продлилась вместо часа целых три часа.

А дальше нам было по пути, Рюдигер Карутц любезно довез меня до дома, и в машине модератор ШЖ и шеф-репортер «Die Welt» дружно, громко и почти не фальшивя пели сначала марш из «Аиды», потом хор из «Набукко». Такой вот получился культурный резонанс.

Обновлено 26.09.2013
Статья размещена на сайте 26.09.2013

Комментарии (12):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети:

  • Маша, поставил 5, но потом призадумался: а почему его просто не грохнули? Слежки, обыски, тома дела, тайники в церквах... Что-то как-то на кино по Джеймса Бонда похоже...

    Оценка статьи: 5

  • Прекрасный пример того, как человек распорядился своим талантом и релизовал жажду справедливости в конструктивном русле. Многим поучиться бы.

  • Яркая эмоциональная статья об очень интересном человеке. Ещё и встреча с ним самим!

    Оценка статьи: 5

  • Сергей Дмитриев Сергей Дмитриев Мастер 27 сентября 2013 в 04:09 отредактирован 27 сентября 2013 в 06:10

    Создаётся впечатление, что Х-РК годами мотался по ГДР, строчил свои негативы в газету, за ним следили, но как бы позволяли продолжать своё дело. И только благодаря знанию пустующих ниш в храме он избежал когтей Штази.

    Недавно здесь прошла статья о Паульсе - совершенно с нейтральным гарниром. Но у Маши так не получилось: без дежурных пинков ГДР не обошлось, более того, это стало красной нитью всей карьеры Х-РК - этакий упёртый борец с режимом.

    Как корреспонденту ШЖ в Берлине, у меня заказ на две статьи "по месту жительства".

    1. Известно, что в крайне нехорошей ГДР ковались кадры для будущей объединённой ФРГ. Яркий представитель таких Ангела Меркель вот-вот, того и гляди, заступит на третий срок канцлера ФРГ. Но меня терзают смутные сомнения, что она не одна, не одинока в своём нечаянном взлёте. Вот о других её однокашниках поподробней тоже, если такие отыщатся.

    2. Дело прОшло, и сейчас можно говорить на запретные темы. Я уже кого-то просил и сейчас пользуюсь случаем попросить написать статью о фольклёре, о песнях немецких солдат на Восточном фронте. Что они распевали в землянках "в белоснежных полях под Москвой"? Были же среди них и поэты и музыканты. Известно что на подступах к Сталинграду они пели русскую "Фольга,Фольга - муттер Фольга."

    Оценка статьи: 4

    • Mаша Романофф Mаша Романофф Мастер 27 сентября 2013 в 10:19 отредактирован 27 сентября 2013 в 10:34

      Сергей Дмитриев, как обычно, создается впечатление, что вы невнимательно читаете тексты, торопясь скорей-скорей откомментировать. Мы с Вашим лирическим героем на эту тему уже говаривали неоднократно. Не спешите, перечитайте.
      По существу: да, Карутц - борец с режимом. Сергей, займите сначала пост шефрепортера "Вельт", а потом мы побеседуем с вами о красных нитях вашей карьеры. ОК? Уровень известности и популярности Карутца в ФРГ да и ГДР, кстати - люди ведь не дураки - был таков, что просто так арестовать его в ГДР было невозможно - реноме страны бы сильно пострадало.
      Что касается пинков в сторону ГДР - их нет. Штази - это не вся ГДР.
      Вы не увидели в тексте главного, увиденного остальными читателями - уникальности, фантастического обаяния и силы личности Карутца.

      Заказы на статьи я принимаю только при их адекватной оплате.
      Что касается Меркель - да, она пионерка из ГДР. Но не будем забывать, какую огромную роль в ее продвижении наверх сыграл Хельмут Коль - без него ничего бы не было.

      • Mаша Романофф, оказывается, если Вас попросить, то можете объяснить "непотопляемость" в ГДР Вашего кумира. Что ж он так детективно прятался от Штази? Возникает несварёнка.

        По заказу статей так: я хочу "удовлетворить своё любопытство" за счёт ШЖ; Вам же начислят бонусы. Но есть один "ход конём", давайте по бартеру: Вы снисходите заказать мне, как "корреспонденту ШЖ в США" статью на посильную для меня тему, а Вы "адекватно" напишите о преуспевших в ФРГ однокашниках Меркель и лиричности немецких войск на Восточном фронте. ОК?

        Оценка статьи: 4

        • Сергей Дмитриев, удовлетворить любопытство необычайно помогают поиски в Интернете. Это просто, дешево и необременительно. Там об однокашниках Меркель и ее партийных соратниках сказано столько, что посвящать этому еще одну статью нет ни малейшего смысла.
          Я никому и никаких статей не заказываю и сама пишу только о том, что очень хорошо знаю.
          По поводу Карутца вы все-таки недопоняли. Человек балансировал на очень тонком канате надо пропастью. Ему нужно было брать интервью и делать репортажи так, чтобы нигде на территории ГДР себя формально не подставить. Любой формальный промах был чреват арестом.

          • Mаша Романофф, если "просто,дёшево и необременительно удовлетворить любопытство в Интернете" или в Вике, зачем тогда познавательный журнал ШЖ?

            Плавучесть Карутца понять сложно, дело тонкое и тёмное в контексте того времени.

            Фамилия напоминает мне каруцу - телега по-молдавски.

            Сорри за попытку посоваться "к великим в почётнейшие лики".

            Оценка статьи: 4

            • Сергей Дмитриев, прошу Вас завершить комментарии не по теме. Откройте ссылку на немецком, почитайте по-английски, если не верите моему тексту.
              И еше, извините за прямоту. Неужели Вы не понимаете, что формулировки "У меня вам есть заказ на статью", когда Вы не работодатель, не заказчик и не собираетесь текст оплачивать, в высшей степени бестактны и неприличны? Вам на это уже не раз намекали в комментариях. Пришлось сказать открытым текстом. Если Вам что-то интересно - уместна вежливая и тактичная просьба. И только.

  • При том, что мне очень понравилась статья про портвейн, сейчас, после прочтения этой статьи (про Ханц-Рюдигер Карутц) я бы разместила именно ее в разделе "Статья дня" (если бы от меня это зависело, конечно ). Можно сказать, что это биография от первого лица. Блестящий текст, спасибо!

    PS: Как правильно пишется Ханс-Рюдигер Карутц на языке оригинала? Попробовала погуглить на русском, ничего не нашла.

    Оценка статьи: 5