Сергей Курий Грандмастер

Фильмы Жана-Пьера Жене. Как «личный» фильм «Амели» стал кинохитом?

После «голливудской авантюры» с четвёртой частью «Чужого» Жану-Пьеру Жене захотелось вновь окунуться в родную стихию и снять «маленький, очень личный, фильм», задуманный ещё до поездки в Америку. Однако неуёмная фантазия режиссёра привела к тому, что у «маленького» фильма вышла очень большая смета, поэтому найти продюсеров получилось далеко не сразу. Да и сам Жене понимал, что с таким необычным фильмом он сильно рискует провалиться (как это уже было с «Городом потерянных детей»)…

скрин, Кадр из к-ф «Амели» (2001).

Однако на этот раз судьба, критики и зрители повернулись к режиссёру лицом. Более того — фильм «Амели» стал самым коммерчески успешным фильмом Франции за последний десяток лет…

Жан-Пьер Жене:
«В этот раз я хотел сделать более эмоциональный фильм, современную историю, потому что так легче отождествлять себя с героями. „Город потерянных детей“ — это сказка, и я не хотел опять снимать сказку. В „Амели“ могло произойти всё что угодно. Я не желал ограничивать воображение и фантазию, но я хотел больше чувств».

Сюжет фильма сложился из множества забавных историй и наблюдений, которые Жене долго собирал.

Жан-Пьер Жене:
«Я думаю, что у меня что-то вроде дара — замечать маленькие сюжетики, анекдотики. Я их запоминаю, заношу в свой компьютер. „Амели“ появилась именно из этой привычки — туда пошли истории, собранные за двадцать-тридцать лет!»

Хотя главным персонажем фильма стала весьма странная девушка, режиссёр признавался, что Амели — это во многом он сам. Многие истории были перенесены в фильм из реальной жизни Жене. Например, пристрастия и антипатии (которые режиссёр равномерно распределил между несколькими персонажами), побег красной рыбки из аквариума, женщина-ипохондрик, торгующая сигаретами.

Что касается истории про «путешествующего» садового гнома, то её происхождение приписывают одному австралийцу. Он действительно похитил статую у своего соседа и отправился с ней в путешествие. А сосед долгое время впадал в ступор от присылаемых фото, где гном-беглец был запечатлён то на фоне Эйфелевой башни, то в районе Трафальгарской площади.

Коллекция снимков из фотоавтомата тоже существовала в реальности. Похожий альбом был у знакомого Жене — писателя и сценариста Мишеля Фолько. Правда, для фильма пришлось собрать свою коллекцию фото, иначе бы пришлось получать разрешение у каждого сфотографированного. В итоге Жене организовал, якобы, кинопробы. Пришедших просили зайти в фотоавтомат, ошарашивали вопросом вроде «А у вас не было проблем с сердцем?» и в этот момент снимали…

Имя главной героини фильма тоже не было случайным. Жене не раз рассказывал, что в процессе создания сценария постоянно думал об актрисе Эмили Уотсон, которая особенно понравилась в фильме Ларса фон Триера «Рассекая волны». Собственно, имя Амели — это и есть Эмили на французский манер.

Сама актриса не раз говорила, что не прочь сняться у Жене, однако была одна существенная проблема — Уотсон не говорила по-французски. Ради Эмили режиссёр готов был поменять сценарий и сделать героиню англичанкой. Однако и тут не срослось. Однажды актриса позвонила Жене и сказала: «Прости, Жан-Пьер. Я не могу сниматься в твоём фильме, так как по личным мотивам не хочу покидать Лондон в течение 5 месяцев».

Заменить актрису, под которую создавался сценарий, было очень непросто. И вот здесь выручил случай — Жене увидел на афише салона красоты «Венера» очаровательную девушку с распахнутыми чёрными глазами… А ведь сегодня даже трудно представить, что Амели мог сыграть кто-либо другой кроме Одри Тоту — настолько органично молодая актриса вписалась в эту роль!

Не сразу родилось и окончательное название фильма. Поначалу Жене планировал назвать его «Амели с площади Аббатисс», но затем логично решил, что эту площадь мало кто знает за пределами Парижа. Однажды, листая каталог старых фильмов, режиссёр увидел название «Сказочная судьба Дезире Клари», и оно его зацепило. Отныне оригинальным названием фильма стало «Сказочная судьба Амели Пулен», хотя в нашем прокате он шёл как «Амели с Монмартра» или просто «Амели».

Для написания сценария был привлечён Гийом Лоран — в дальнейшем постоянный соавтор Жене. А вот старого напарника — Марка Каро — режиссёр не позвал (хотя даже в «Чужом» Каро принимал эпизодическое участие в разработке персонажей и костюмов).

Жан-Пьер Жене:
«Я хотел сделать личный фильм, этого же хотел и Марк Каро, и я уверен, что Марку не нравятся любовные истории, невозможно представить Марка с Амели».

Действительно, съёмки «Амели» стали переломным моментом в творчестве Жене. Как мне кажется, в определённый момент режиссёр решил отказаться от той жутковатой и мрачноватой эстетики, которая до этого царила почти во всех проектах, сделанных совместно с Каро. Заметьте — именно после расставания с Каро Жене стал выпускать исключительно жизнеутверждающие, светлые и человечные фильмы.

Другим новаторством «Амели» стало то, что Жене чуть ли не впервые снимал не в студии, а с натуры. Да ещё и действие разворачивается не в фантастическом безвременье (привычном для предыдущих работ режиссёра), а в конкретном месте и времени (на это в фильме указывают новости о смерти принцессы Дианы). Впрочем, от своего фирменного стиля Жене не отказался.

Жан-Пьер Жёне:
«Я люблю те атрибуты, которые сопутствуют моим фильмам: теплые цвета, мультипликационность, юмор, детская наивность».

Кроме того Жене всегда относил себя к художникам, «не фиксирующим, а преобразующим реальность». Вот и в «Амели» он захотел снять не реальный Париж, а «Париж своей мечты».

Жан-Пьер Жене:
«Я снимал во многих местах сам, разыскивая их, и это было испытание — сделать Париж таким, как в конечном варианте, Париж, о котором я мечтал, я много для этого сделал. Мы изменяли всё. Мы меняли плакаты на стенах и в метро, и мы меняли небо с помощью компьютера, когда оно было пасмурным. Пришлось много поработать, чтобы сделать Париж таким, каким он был при монтаже!»

Как всегда, фильм был полон невероятно красивых сцен, ракурсов и спецэффектов. Например, гениально и трогательно обыграна сцена со слепым стариком, которому Амели устраивает настолько подробную «экскурсию», что мир снова обретает для слепца краски. При этом большинство спецэффектов были использованы с таким вкусом и изяществом, что многие зрители их даже не замечали.

Всё это было подкреплено блестящим актёрским составом (к слову, главную мужскую роль сыграл коллега Жене — другой режиссёр Матье Кассовиц) и трогательным сюжетом. Это история странной мечтательной девушки, которая с одной стороны — замкнута в мире своих фантазий, а с другой — пытается всеми силами реализовать их в реальном мире, вовлекая в свою игру посторонних людей и даже манипулируя ими. Или можно сказать ещё проще — это история об одиноком человеке, который хочет любви и понимания, но одновременно сам этого боится.

При просмотре «Амели» переживаешь настоящую гамму эмоций — глаз восхищает картинка, ум наслаждается изобретательными извивами сюжета, а сердце трогает теплота и наивность (в лучшем смысле этого слова). Помню, как, посмотрев фильм, я в сердцах воскликнул: «Ну, можно же снимать фильмы стильно, умно и при этом без арт-хаусной скуки и мерзости!»

Интересно, что когда «Амели» была снята, Жене решил вспомнить о «голливудском опыте» и устроить тестовый предпросмотр, чтобы выявить места, трудные для восприятия. Так выяснилось, что зрители не поняли, что ключ, найденный Амели — это ключ от квартиры лавочника. Чтобы «помочь» зрителю, создатели сделали акцент, «высветив» ключ в кармане героини.

В 2001 году с огромной опаской и волнением Жене выпустил фильм в прокат. И что тут началось! Даже въедливые кинокритики чуть ли не в один голос стали расхваливать «Амели». Ещё более неожиданной стала реакция простых зрителей. Уже за первую неделю фильм собрал столько же людей, сколько дебютная работа Жене — «Деликатесы» — за весь прокат.

Одри Тоту в мгновение ока стала знаменитой. Как и Ян Тьерсен, написавший к «Амели» замечательную музыку.

Парижские гиды стали водить туристов по «местам Амели». Особенно прославилось кафе «Две мельницы», где героиня фильма работала официанткой. Во время съёмок хозяин кафе даже подумывал его продать. Теперь он об этом и не помышляет — он раздаёт интервью и показывает знаменитое стекло, на котором Амели писала меню «зеркальными» буквами. А напротив «Двух мельниц» есть булочная, где торгуют специальными батонами «Амели»…

Единственной «каплей дёгтя» стала статья одного критика, который не только назвал «Амели» фильмом «для лоснящихся эстетов», но и обвинил режиссёра в… фашизме — только из-за того, что в картине не было ни одного араба или гомосексуалиста.

Но один идиот погоды не сделал. «Амели» собрал 4 премии «Сезар», 2 премии Британской киноакадемии и имел 5 номинаций на «Оскар».

Жан-Пьер Жене:
«Я был честен в этой картине. Мне повезло как никому: я сделал фильм для себя и прославился на весь мир».

Теперь Жене, наконец-то, мог легко находить деньги на свои новые проекты. Чем он тут же не преминул воспользоваться. В следующей статье поговорим о фильме «Долгая помолвка».

P. S.: Кое-что посмотреть и послушать вы сможете в 1-м комментарии к этой статье.

Обновлено 12.09.2015
Статья размещена на сайте 3.09.2015

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: