Евгений Жарков Грандмастер

Кто прославил итальянское кино? Висконти и Пазолини

Итальянское кино в эпоху своего высочайшего расцвета — это не только певцы неореализма Росселлини и Феллини, но и мрачный в своих предсказаниях Лукино Висконти, исследовавший темную сторону человеческой души в т.н. «германской трилогии». А еще жизнерадостный правдолюбец Пьер Паоло Пазолини, фильмы и взгляды на жизнь которого создавали слишком много неудобств окружающим.

Рисунок с постера фильма «Аккаттоне», 1961 г. Фото: kinopoisk.ru

Лукино Висконти

В 1960-м Висконти снял эмигрантскую драму под названием «Рокко и его братья», вобравшую в себя как оттенки неореализма (история обычного человека), так и привкус авангарда (исследование межличностных отношений). Висконти осовременил историю сицилийского рыбака из собственной ленты «Земля дрожит» (1948), превратив ее в рассказ об эмигрантах из Лукании, попавших в чуждый им индустриальный город Милан. Данный фильм стал каноническим примером итальянского авторского кино.

Следующая лента режиссера, «Леопард» (1963), является адаптацией бестселлера Джузеппе Томази Ди Лампедузы о сицилийском князе, лишенном власти и положения в объединенной Италии. В «Леопарде» Висконти продемонстрировал падение аристократии — явления, к коему сам режиссер относился с симпатией и пониманием, ибо сам принадлежал к аристократическим слоям общества. Смерть князя в данном случае — это метафора упадка.

Лукино Висконти
Лукино Висконти
Фото: kinopoisk.ru

Князь, сыгранный американским актером Бертом Ланкастером — это воплощение взглядов уходящего в небытие сословия, отвергающего страх перед революцией и истинно верующего в то, что восстающий средний класс мечтает стать частью системы. Князь является прекрасным примером так называемого «трансформизма», выдуманного Агостино Депретисом — одним из первых премьер-министров объединенного итальянского государства: «Чем больше видимых перемен, тем вероятнее, что все останется на своих местах».

Фильм заканчивается грандиозным балом, на котором племянник князя (Ален Делон) объявляет о своей скорой женитьбе на красавице Анжелике (Клаудиа Кардинале), дочери богатого выскочки и нувориша Дона Калоджеро. Эти финальные сцены подтверждают исключительное внимание Висконти к историческим деталям и скрупулезному воссозданию эпохи столетней давности. Экстравагантность и роскошь фильма знаменуют окончательный разрыв Висконти с неореализмом, а также доказывают, что режиссеру подчас удавалось придать кинематографу тот же высокохудожественный стиль, что чаще ассоциируется с живописью и оперой.

В 1969 году Висконти снова шокирует общественность своим фильмом «Гибель богов». Итальянское название ленты ссылается на оперу Рихарда Вагнера, а сама картина представляет собой хронику восхождения нацизма в Германии на примере клана Эссенбек, списанного по образцу и подобию Круппов, семейства оружейных магнатов. Висконти смело соединяет фашизм и сексуальные извращения, что особенно удалось ему в эпизоде художественной реконструкции «Ночи длинных ножей» — расправы гитлеровских эсэсовцев над «нелояльными» фюреру штурмовиками СА.

Картина Лукино Висконти «Смерть в Венеции» (1971) основана на романе Томаса Манна о немолодом мужчине, который отказался покинуть Венецию, охваченную эпидемией холеры, дабы ценой собственной жизни продлить удовольствие от наблюдения за юным польским мальчиком. В то время как «Смерть в Венеции» рассказывает об упадке отдельной личности, то последующие работы мастера — о деградации целого семейства («Семейный портрет в интерьере», 1974) или даже эпохи («Невинный», 1976). «Семейный портрет в интерьере» повествует о жизни современной итальянской ячейки общества и создает весьма мрачный взгляд на день сегодняшний, отравленный нехваткой общения, наркотиками и политическим терроризмом.

Последний фильм режиссера, скончавшегося в возрасте 69 лет после осложнений от банальной простуды — это драма «Невинный», экранизация книги Габриэле Д’Аннунцио. Лента рассказывает об аристократе, убивающем незаконнорожденного младенца своей супруги, и является своеобразным исследованием природы фатализма и саморазрушения, присущего дворянскому сословию.

Пьер Паоло Пазолини

Пьер Паоло Пазолини
Пьер Паоло Пазолини
Фото: ru.wikipedia.org

Наш рассказ был бы неполным, не упомяни мы Пазолини, новый голос авторского итальянского кино шестидесятых. Пьер Паоло начинал с сочинения стихов на диалекте родного региона Фриули, затем перешел к написанию прозы и только после этого приобщился к кинематографу.

Его первой картиной стала «Аккаттоне» (1961), рассказ о короткой карьере римского воришки. В эти дни Пазолини не только снимал свои фильмы, но и подрабатывал сценаристом, внеся вклад в создание «Сладкой жизни» Феллини и «Бурной ночи» Мауро Болоньини.

В «Аккаттоне» Пазолини смешал мирское и сакральное, намешав в кучу религию и цитаты из «Божественной комедии» Данте. Режиссера всегда влекла бедность, будто то в Италии или в Третьем мире. Его ностальгия по архаичной культуре средневековья реализовалась во множество картин, визуализирующих классические тексты. Это и «Евангелие от Матфея» (1964), и «Царь Эдип» (1967), «Декамерон» (1970), «Кентерберийские рассказы» (1972) и «Цветок тысяча и одной ночи» (1974).

Пазолини был неудобным глашатаем. Голосом, который без запинки и без стеснения указывал обществу на его пороки. И в то же время ему были не чужды политические амбиции. Одно время он даже являлся членом Коммунистической партии Италии, откуда его, впрочем, выгнали за нетрадиционную сексуальную ориентацию. Пазолини был неравнодушен к католицизму, он публично выступал против абортов, а его фильм «Евангелие от Матфея», свободная и бесхитростная притча, по-прежнему входит в список картин, официально одобренных Ватиканом.

Кадр из к/ф «Евангелие от Матфея», 1964 г.
Кадр из к/ф «Евангелие от Матфея», 1964 г.
Фото: kinopoisk.ru

Режиссер выражал свое недовольство загрязнением окружающей среды, обнажив удручающие последствия экологической катастрофы в своей знаменитой статье об исчезновении светлячков, насекомых, очень чувствительных к загрязнению воздуха. Частью легенды о Пазолини была и его способность сохранять независимость в своих социальных комментариях. Когда студенты оккупировали Римский университет в 1968 году, Пазолини, скорее, склонялся на сторону полицейских, а не мятежников. Он отмечал, что представители закона изо всех сил старались поддерживать порядок и не допустить кровопролития. Это были простые парни из рабочих семей, не имевшие не единого шанса на хорошее образование, тогда как митингующие студенты, в большинстве своем, воспитывались в привилегированных условиях.

Пазолини погиб при трагических обстоятельствах. Большая часть теорий, связанных с его смертью от рук уличных жиголо на римском пляже (1975 год), описана в книге Марко Туллио Джорданы «Пазолини. Преступление по-итальянски» (1995).

Обновлено 17.07.2018
Статья размещена на сайте 8.07.2018

Комментарии (0):

Чтобы оставить комментарий зарегистрируйтесь или войдите на сайт

Войти через социальные сети: